Колорадо

Аспен

Когда Михаил Задорнов с неподражаемой мимикой рассказывает нам с телеэкранов о том, что «ну американцы туп-ы-ы-е…», ему хочется верить. Но, похоже, он никогда не бывал ни на одном из курортов Скалистых гор, расположенных в штате Колорадо…

Дорога до лучшего курорта США, а может быть, и мира, почему-то не показалась утомительной, хотя и заняла ровно сутки. Сначала была поездка в «Ша-2», потом многоступенчатая процедура досмотра багажа: в дополнение к принятым в Европе мерам безопасности, американцы ввели еще пару этапов на своих рейсах через океан. Помимо изъятия из ручной «склади» любой жидкости и намеков на режущие предметы, изучения ноутбука и фотоаппарата, перед трансатлантическим рейсом пришлось пройти короткую и очень вежливую процедуру ответов на вопросы и полный досмотр всего багажа.

Потом был десятичасовой перелет в Нью-Йорк, ожидание в длинной очереди к пограничному офицеру, снятие отпечатков пальцев и фотографирование, марш-бросок по аэропорту, снова сдаю багаж, снова личный досмотр, короткий поиск нужных ворот, где уже шла посадка на мой рейс — до Скалистых гор еще нужно долететь.

На борту очередного Боинга — человек 20 максимум, так что можно занять три кресла сразу и полежать — в Москве уже поздняя ночь, но сон не идет. Соотечественников на этом рейсе буквально пара человек, да и те, похоже, здесь живут давно. Стюардессы разносят чипсы, орешки, напитки — жмоты, могли бы и нормально покормить, летим почти два часа. На рейсах другой авиакомпании могут предложить и горячее, но за дополнительную плату — пять долларов. В гудящей от усталости голове крутится строчка из песенки «…Колорадо мое, Колорадо…».

Вот, наконец, и Денвер, где меня встречает Дмитрий Акчурин — организатор поездки, наш человек в самом сердце скалистых гор штата Колорадо. Но о Диме и его очаровательной жене Дениз — в следующий раз, когда речь пойдет об Аспене, самом фешенебельном курорте Америки. Куршевель, кстати, по сравнению с Аспеном отдыхает «по полной программе». Но об этом тоже в другой раз. А пока — пока мы едем по почти пустому ночному шоссе, вдоль которого периодически перемещаются дикие кролики, и вот уже впереди виднеются похожие на Урал горы. Но высота здесь совсем не уральская — на перевале Vail Pass высота почти 4000 метров! Мощный 2,5- литровый мотор Subaru едва тянет: мало кислорода. И что бы тут делали, интересно, распространенные у нас машины со слабыми движками? Да, это не Европа…

Катание в Колорадо довольно сильно отличается от европейского. Прежде всего, высота на здешних курортах — как в ледниковых зонах катания Европы и даже больше. В  Брекенридже, например, сам город расположен на высоте почти 3 километра, высшая точка зоны катания немного не дотягивает до 4 км — сюда поднимает самый высотный в Северном полушарии кресельный подъемник. Но, несмотря на это, на подавляющем большинстве склонов довольно плотный лес — в основном ели и осины, среди которых проложены широкие извилистые ленты спусков. С лесом связано и еще одно отличие: вместо того, чтобы выбрить всю гору и сделать из нее одну гигантскую «поляну», подобно некоторым местам во французских Альпах, где основная зона катания находится выше уровня леса, местные проектировщики курортов прорезали в лесу сходящиеся и расходящиеся ленты трасс. Так что издали горы с горнолыжными склонами похожи на произведение пьяного парикмахера или газонокосильщика. Благодаря такой «стрижке» от ветра защищены практически все трассы, кататься комфортно, да и снег не сдувает.

Просторы курортов и вообще здешних мест, после европейских ущелий или даже родной Баксанской долины по-настоящему поражают воображение. С макушки каждого из курорта открывается вид, подобный тому, что можно увидеть разве что с верхней станции подъемников на Эльбрусе: видны бесконечные горные вершины, ближайшие из которых довольно далеко — за широкой долиной, в которой уютно расположился иногда совсем немаленький городок. Сами городки, может быть, не так сильно отличаются от тех, что расположены по нашу сторону океана (исключение — Аспен и Брекенридж). Ну разве что своими окраинами: в некоторых местах они представляют собой что-то очень похожее на декорации к фильмам о Диком Западе — первый же с самого краю дом — как минимум двухэтажный, да и в центре курортных городков высокие здания редкость. Так что идешь по такому городу-курорту, и вдруг раз — и он уже кончился.

Поворачиваешься назад — тут и кафе, и бары, и рестораны, и магазины, и украшенные к Рождеству фонарные столбы, а за спиной — только шоссе и горы. До самого горизонта -  широченные долины, изредка — ранчо с пятнистыми лошадками, а в маленьких городках, которых здесь много — громадных размеров паркинги, закусочные вдоль шоссе, красивые женщины… Нет, правда: много красивых именно с русской кочки зрения женщин. Может быть, смешение кровей всему причиной? Или просторы страны. Не знаю, но такое количество красивых женщин, как на горнолыжных курортах США, можно увидеть только в России.

Но, пожалуй, самое главное отличие — то, что вся территория курорта — это открытые для катания склоны. В Альпах есть понятие трасс и внетрассового катания, а здесь все, что входит в ski area boundary — границы зоны катания — разрешено, и в случае неприятностей лыжный патруль вас обнаружит и окажет всю требующуюся помощь, и самое главное — страховка здесь действует. Кстати: для вызова спасателей на всех склонах установлены специальные телефоны в ярко-красных ящиках: помощь вызывается намного быстрее, да и локализовать место, откуда сообщают о несчастном случае, спасатели могут,  даже если звонивший никаких примет кроме «рядом елки и трасса» сообщить не смог. Причем склоны могут быть, мягко говоря, весьма неподходящими для массового катания. Это и лесное катание, и спуски с аккуратными, как для соревнований по могулу, буграми, и трассы крутизной свыше 45 градусов.

Другое заметное отличие — подготовка склонов. Точнее — ее разнообразие. Утром перед подъемником можно взять не только общую карту склонов региона, но и ежедневное дополнение: карту свежеотратраченных трасс. Очень, знаете ли, невредное приложение. Дело в том, что трассы очень сильно различаются по своей подготовке. Часть трасс ратрачится, причем именно часть, а не случайно забытые или те, которые не успели подготовить. Причем выглаживаются трассы любого уровня сложности, от самых простых, до наиболее сложных — и в этом случае ратраки, естественно, используют тросы и лебедки, чтобы сделать склоны абсолютно идеальными — стыков между следами от ратраков нет. Дело здесь в системе подготовки — штук восемь ратраков идут сразу целой кучей — клином или уступом, и след от одного не успевает «схватиться». Так что любители карвинга могут выбирать склоны по своему уровню и кататься на максимальной скорости, не уделяя внимание мелким неровностям — их попросту нет. Часть трасс остается в чуть раскатанном состоянии — отличное скоростное катание, но не карвинг, такие склоны скорее отлично подойдут тем, кто катается в райдовом стиле или по старинке, используя для точного контроля скорости дозированное проскальзывание в каждом повороте. Третья часть склонов представляет собой аккуратные бугры, как будто специально подготовленные для любителей могула. И эти склоны — тоже самой различной крутизны. А участки леса, естественно, не ратрачатся, и любители лесного катания могут тут оттянуться вдоволь: даже в начале декабря уровень снега был выше ботинка.

Благодаря такой системе подготовки трасс, поклонники самых различных стилей катания и даже лыжники с различной степенью подготовки могут кататься в одной компании, не поступаясь своими интересами и постоянно встречаясь воле подъемника. Кстати: система классификации трасс в США отличается от той, что принята в Европе. Зеленые — это зеленые, простые, ровные, широкие, практически без перепадов. Синие в США — это синие и многие красные в Европе. Черные в США — это наиболее сложные красные Альпийские трассы и черные по Европейским меркам. Но в США есть и еще один класс трасс — синие трассы с черными кусочками, так и обозначаются. Это значит, что на несложной, в общем-то, трассе, существуют спады, которые многих заставят задуматься. Если и не о смысле жизни, то, по крайней мере, о том, что пора подучиться. Есть и еще одна категория трасс: двойные черные. Ну… Вот тут необходимо быть очень вдумчивым, потому как прокатившись без каких-либо проблем (технических или эмоциональных) по одной из довольно доступных хорошо подготовленных трасс, помеченных двумя черными ромбами — а таких довольно много, можно переоценить свои силы. И залезть, например, в верхнюю часть Аспен Хайлэндс — безлесный цирк Хайлэндс Боул, где крутизна отдельных участков склона достигает 52 градусов, а лететь оттуда в случае падения придется очень и очень долго — остановишься примерно на полкилометра ниже. И вот такой совсем не слабый фрирайд тоже, понимаешь, включен в границы зоны катания. Ну а возможности для бэккантри благодаря просторам окружающих гор и их расположением ограничиваются только вашей собственной фантазией: практически в любом месте можно от верхней точки подъемника забраться далеко-далеко в стороны, и получить потрясающие спуски по нетронутым снегам. Ну а для тех, кто предпочитает более цивилизованное целинное катание, почти на каждом курорте организовано катание с использованием ратраков, оборудованных пассажирской кабиной или санями для перевозки лыжников. Хочешь? Легко! День такого катания обойдется в несколько раз дешевле хели-ски.

Но и этого мало. На трассах курортов Колорадо, в отличие от Европейских, частенько создается впечатление, что ты чуть ли не один на всей горе. Судите сами: на трех различных курортах бывали моменты, когда ни на трассе впереди меня — на расстоянии в полкилометра, ни позади, ни даже в креслах, проплывающих недалеко от нас, не было видно ни одного человека. Среди бела дня, снега хватает, трассы открыты… Подъезжаешь к подъемнику — и бодрый парень выскакивает из своей будки: «Хай! Как тебе сегодня катается?» Садишься в кресло, а впереди кресел на двадцать — никого. И после тебя пусто еще на столько же. Как говаривал Карабас-Барабас в известном анекдоте: «Это просто праздник какой-то!». Наплыв народа здесь бывает в Рождество, сразу же после Нового Года начинается низкий сезон. Правда, и масштабы курортов немаленькие: В Сноумассе, только одном из регионов катания курорта Аспен, к примеру, территория зоны катания — 1266 гектаров, обслуживает ее 24 подъемника (в основной массе — высокоскоростные многоместные кресла, есть и гондолы), самый длинный спуск — 8,5 км, перепад высот около 1300 м. А снега здесь выпадает за год почти 8 метров. От одного края курорта до другого, конечно, можно добраться существенно быстрее, чем из конца в конец Трех долин во Франции, но вот количество трасс, разделенных лесными рукавами, по которым тоже весьма неплохо прокатиться, честно говоря, слегка запутывает — приходится разбираться, куда направить лыжи, чтобы попасть в нужную точку. Да и после катания нужно не ошибиться: если приехали на машине, то не забыть, на какой из доброго десятка парковок, которые есть в каждом регионе катания, была оставлена машина: автобусы бегают повсюду, а вот машины к подъемникам не пускают. Наверное, чистоту воздуха берегут.

Еще одно отличие — и для многих весьма важное — здесь почему-то все вокруг говорят по-английски. И стараются вас понять, даже если ваши познания ограничиваются знаменитым «гебен зи мир битте…». Ведь США — страна эмигрантов, и испаноязычного населения, которое может вообще не знать английского, здесь хватает. А остальные аборигены вас поймут. Все, за исключением дикобразов, которых можно заметить прямо возле трасс: они залезают на ели и оттуда с любопытством изучают проезжающих лыжников. Правда, увидеть этих зверей непросто: они медлительные, и разглядеть поросший колючками ком среди густых ветвей, причем тоже покрытых колючками — отдельно дело. Другое дело — белки. Они то и дело встречаются на трассах. Носятся друг за другом, а при приближении лыжников сваливают куда-то на деревья. Олени тоже встречаются, но в основном в сумерках или в темноте. И на дорогах водители очень внимательно всматриваются в дорогу и снижают скорость после знака «дорогу переходят животные». Олени здесь чувствуют себя весьма вольготно, и действительно переходят, а не перебегают дорогу. А удар на скорости в 90 км в час может оказаться неполезным не только для оленя. А вот на скунсов и белок, перебегающих дорогу, такого внимания никто не обращает — их тут слишком много. А летом, если забраться подальше в горы, можно встретить и пуму — горного льва, и медведя.

Ну, хищников я не встречал, а вот доброжелательные, внимательные и сосредоточенные на своих учениках инструкторы встречаются на каждом шагу. Даже на перекладине, которую вы опускаете, садясь на кресло подъемника, размещен своеобразный столик, на котором есть не только подробная карта склонов, но и короткая информация об услугах лыжной школы. Причем не традиционное приглашение, а хорошо продуманный текст, который в вольном пересказе звучит примерно так: «Возможно, вы хорошо умеете кататься. Но на самом деле, как бы хорошо вы не катались, мы всегда поможем вам улучшить вашу технику, а значит — и получать еще больше удовольствия от катания.» И это не пустые слова: среди инструкторов встречаются и члены национальной команды демонстраторов, и бывшие спортсмены или тренеры, члены сборной США. И клиенту, обратившемуся в школу, подбирают не первого попавшегося инструктора, а того, кто соответствует его требованиям. Хотите покататься с бывшим чемпионом мира по фристайлу или с хели-ски гидом, который здесь работает инструктором, когда на Аляске «не сезон», а может — с бывшим кандидатом в сборную Австрии? You are welcome.

Да и вообще гостеприимство — Welcome! — здесь ощущаешь на каждом шагу. Подходишь, к примеру, утром к нижней станции подъемника, и на твоем пути возникает некий доброжелательный служитель в униформе, и предлагает испить горячего кофейку: «Здесь высоко, нужно пить много! Как сегодня настроение?» и настроение, между прочим, улучшается. Кофе, кстати, бесплатно. Поднимешься наверх, подъезжаешь к карте склонов — еще один возникает: «Как насчет горячего сидра? И возьми пару батончиков с орехами в карман — наверняка захочешь на подъемнике подкрепиться!» И снова все бесплатно. И поневоле вспомнишь Европу с надписями: «Никаких пикников!» Да и после катания в магазинах тебя сначала подробно расспросят о том, где сегодня катался, как понравились склоны, городок, погода, снег, посетуют на то, что снегопада давно не было, разузнают, откуда ты, а уже потом спросят — что-нибудь ищете? Нет? Ну O’K, добро пожаловать!»

Понятное дело, что конечная цель любого продавца — плавно подвести вас к тому, чтобы потратить как можно больше денег. С этим на курортах Колорадо проблем нет, магазинчиков и ресторанов здесь хватает. Своими бутиками особенно славится Аспен, да и отели здесь просто великолепны. Но даже на этом элитном курорте можно, если постараться, найти вполне бюджетный вариант проживания: например, снять небольшой домик чуть в стороне от центра города или скромные (по Европейским меркам) апартаменты. В зависимости от срока проживания, такое размещение обойдется от 80 долларов в сутки — причем площадь этого помещения будет побольше, чем тех апартаментов, которые вы за эти деньги получите где-нибудь в Мерибеле. И прокормиться в Колорадо проще, чем в Европе — цены заметно ниже. Причем и в магазинах, и в ресторанах и барах. Если говорить «в общем», то за аналогичное по своим размерам и качеству размещение в США придется заплатить меньше, вещи стоят дешевле, еда тоже дешевле, а вот ски-пассы и перелет дороже, чем в случае отдыха в Европе. Правда, и на рейсы в США бывают распродажи…

Так что если не брать совсем бюджетные поездки в Европу, горнолыжный тур за океан обойдется примерно в ту же сумму, что и на один из известных Альпийских курортов. Лететь дольше, это факт, но мне как-то пришлось добираться до одного из курортов Андорры в пургу — дорога от Москвы у нас тогда заняла почти сутки, да и в заметаемом снегом автобусе, ползущем по скользкому горному серпантину, мы, помнится, провели тогда чуть не десять часов. И не кормят — это ведь не самолет. Но вот смена часовых поясов, удлиняющая сутки почти в полтора раза при перелете на запад (jet-lag) и связанный с этим дискомфорт имеет место — организм долго не может привыкнуть к тому, что еще можно спать.

Добавлю еще одно отличие: здесь нельзя перекупить чужое место. Это вам не Куршевель. То есть, если вдруг кто-то возжелает столик в ресторане, который уже занят, то, несмотря на солидную пачку чаевых, предложенных метрдотелю или официанту, обладателя толстого кошелька здесь пошлют. Вежливо, конечно… Так что тем, кто привык ни в чем не получать отказ, сюда лучше не ездить — здесь соблюдается абсолютный порядок. Американцы говорят, что все деньги одинаковы, и не хотят терять клиента, который зарезервировал столик раньше. Ведь им может оказаться кто угодно: да хоть Джек Николсон или Джулия Робертс, они ведь тоже катаются на лыжах. И ладно бы еще кинозвезды: их мы хоть в лицо знаем! А вот какого-нибудь биржевого или нефтяного магната, да и просто миллиардера мало кто из американцев узнает… Думаете, известные персоны не встречаются с простыми смертными? Еще как. Например, в аэропорту Детройта рядом со мной, вместе со всеми проходил досмотр на предмет наличия в багаже недозволенных вещей американская кинозвезда Вэл Килмер. И совсем даже не в VIP зале. Правда, он летел не в Москву…

Добавочка:

Визу в США сейчас получить проще, чем еще пару лет назад, а учитывая то, что виза сразу выдается на год и многократная, то можно ведь, заранее озаботившись получением визы, потом и билеты по специальной цене приобрести. Конечно, тоже не слишком дешево, но уже вполне сравнимо со стандартной ценой перелета в Европу в пиковый сезон. Так, в сезоне 2008–2009 билет Москва-Аспен (!) можно было найти за 720 долл.

Еще добавочка:

Еще один совет: в случае поиска более или менее бюджетного варианта, для перелета по США постарайтесь поискать недорогие полеты с пересадкой. Ведь по США летают самолеты нескольких авиакомпаний, и билет с пересадкой в их «домашнем» аэропорте может обойтись намного дешевле, чем прямой перелет, а пересадка занимает всего 30 минут. Так, например, перелет из Денвера до Нью-Йорка с пересадкой в Шарлот (время в полете — более 4 часов) мне обошелся в 113 долларов…

Благодарю за организацию поездки

Туристическую компанию RUSA (Москва) — http://www.rusa.ru;

Apen Skiing Company (Aspen) — http://www.aspensnowmass.com;

Vail Resorts Management Company (Vail) — http://www.snow.com;

VipSki Company (Aspen) и лично Дмитрия Акчурина — http://www.vipski.com

Продолжение рассказа о горнолыжных курортах США — в следующих материалах.

Георгий Дубенецкий

Красная Поляна

Изумительный снег, красивые горы, теплая погода, отлично подготовленные склоны, гостеприимные местные жители, домашнее вино, свежепойманная форель и масса небольших уютных отелей — это Красная Поляна.

Теплое местечко

В феврале в Москве нежарко, а в Адлере светит солнышко, и уже распустились какие-то цветы возле аэропорта, чувствуется запах моря — настоящая весна. Теперь, когда открыт новый туннель в горах, дорога от аэропорта до Красной Поляны занимает буквально минут сорок. Дорога красива — сначала она идет по равнине, потом резко ныряет в ущелье и жмется к одной из стен, а внизу шумит река.

Проходит буквально полчаса — и Красная Поляна встречает великолепной погодой, солнцем и отлично подготовленными трассами, подмороженными за ночь. Вообще здешняя погода — тема отдельного разговора. Иногда и в январе низкое небо набухает темными тучами, а внизу может пойти дождь.

А выше дождь переходит сначала в тяжелый мокрый снег, а в районе третьей очереди снег такой, что издалека слышный ратрак с включенными прожекторами можно увидеть всего метров за тридцать. Снег — это основная причина того, что любители целины после снегопада срываются с мест и летят сюда со всех концов России, да и из других стран. В ресторанах и на подъемниках теперь не редкость гости из-за рубежа: экзотики ищут. Здесь можно встретить киногруппы из США, как-то раз мы встретили знаменитого Пепа Фухаса, чьим именем названы лыжи K2 Fujative — он прилетал сюда для съемок очередного горнолыжного фильма. Вертолет в одиночку уже не справляется с потоком желающих провести день на тех склонах, где никто еще не оставил свой след: даже в будние дни число желающих покататься «где надо» переваливает за полсотни человек.

Это было недавно…

Несмотря на свою многовековую историю, Красная Поляна — достаточно молодой горнолыжный курорт. В отличие от знаменитых Домбая и Приэльбрусья, горные лыжи как самостоятельный вид отдыха здесь начали развиваться буквально лет 15 — 20 назад. До этого времени здесь работало всего две турбазы, а горнолыжников обслуживал один буксировочный подъемник. Сейчас здесь 7 км отлично подготовленных трасс, на которых работает 5 кресельных канатных дорог, ведется строительство нового аэропорта в Адлере, множества гостиниц и самое главное — сразу четырех больших отдельных регионов катания, так что в ближайшие годы здесь одновременно смогут кататься десятки тысяч горнолыжников. Этот регион уникален: здесь пушистый и мягкий снег, а лавинная опасность, в отличие от Приэльбрусья, относительно невелика. Вдобавок здесь не бывает холодно — даже в разгар зимы температура на самом хребте Аибга, куда тянутся нити канаток, редко опускается ниже 10 градусов мороза. А внизу — почти субтропики. Недаром именно здесь любил бывать Император Николай II, чей охотничий домик сейчас переоборудован в гостиницу, а в советское время в Красной Поляне отдыхало высшее руководство наших Вооруженных сил. Да и президент Путин здесь иногда бывает — и летом, и зимой.

Красная Поляна это общее название региона. В него включается одноименный поселок, расположенный километрах в пяти от «горнолыжки» — так местные жители называют нижнюю станцию канатной дороги, основанный эстонцами поселок Эсто-Садок, от которого до канатной дороги километра два, и застроенная частными отелями, турбазами, кафе и ресторанами поляна вокруг нижней станции подъемника. «Центров цивилизации» здесь два: эта поляна и поселок Красная Поляна, с отличным отелем «Рэдисон Сас Лазурная Пик». В любое время суток везде дежурят такси, так что где бы не оказался, добраться до отеля или ресторана не составит труда.

И комфорт, и фрирайд

Пожалуй, больше ни на одном из Кавказских курортов нет такого уникального сочетания комфортных трасс и внетрассового катания. С первого взгляда кажется, что сильным лыжникам будет скучно, но это не так. На трассах отличное скоростное катание, любители скоростного карвинга чувствуют себя на трассах, которые еженощно выглаживаются ратраками, не менее комфортно, чем на склонах курортов Европы. Эти трассы — очень комфортное место для лыжников всех уровней катания, от начинающих до опытных. Причем все могут кататься рядом — в нижней части третьей очереди, в самом широком месте, работает буксировочный подъемник, здесь раздолье для тех, у кого еще недостаточно опыта. Совсем рядом — кафе и ресторан, так что время пролетает незаметно. Параллельно «третьей» работает и новая дорога «Родниковая» с мягкими креслами и движущейся дорожкой, эта дорога решила проблему очередей.

Неинтересно на подготовленных трассах? Любители фрирайда тоже могут от души покататься на четвертой и третьей очередях — их общий перепад высот более километра по вертикали, что сопоставимо со спусками Домбая и Приэльбрусья, причем пока больше нигде в России нет системы борьбы с лавинами при помощи дистанционно управляемых газовых пушек «Газэкс». В самой верхней части склонов «четвертой» эта система и установлена, вызывая своим видом недоумение.

Частые и обильные снегопады делают шансы покататься по свежему снегу довольно реалистичными. Правда, в дни после особенно сильных снегопадов на четвертой очереди существует «фэйс-контроль»: пропускают только тех, кто действительно готов к катанию по глубокому снегу в условиях повышенной лавинной опасности. Однако существует достаточно возможностей кататься вне трасс и под опорами канатных дорог 2 и 3 очередей, по лесу и полянам. Буковое редколесье — отличный полигон для лесного катания, деревья растут на расстоянии 5–7 метров друг от друга и практически не мешают проезду. Огромное количество мест для прыжков, как правило, с мягкими и предсказуемыми приземлениями. Когда снега много, можно получить первые уроки катания по целине рядом с подготовленными трассами — глубокий пушистый снег перехлестывает через колени и летит в лицо, заставляя отплевываться и останавливаться хотя-бы для того, чтобы стряхнуть его с очков. Можно вдоволь порезвиться в свеженападавшем снегу и после падения — как в перину, напоминать то ли Дедов Морозов, то ли снеговиков. Поднимаясь в кресле, будешь испытывать глубокое удовлетворение от лицезрения то перекрещивающихся, то расходящихся снова следов — и своих, и других таких же любителей свежего снега.

Apres-ski

После катания обязательно загляните на небольшой рынок у нижней станции канатной дороги: здесь колоссальный выбор местного меда, всяческие сувениры, а заодно попробуйте и местное вино — типа Изабеллы. Советуем найти вино, которое привозят с побережья: в здешних условиях виноград, все-таки, не добирает требуемой сладости. Вдобавок за последние годы местное вино сильно проиграло в качестве — сейчас его даже в нужный «Изабелльский» цвет красят какой-то химией… Любители рыбалки могут отправиться в форелевое хозяйство, чтобы собственноручно выловить радужную рыбину, которая будет немедленно приготовлена на огне отличным поваром. А можно сесть в машину и меньше чем через час оказаться на берегу моря, на набережной Сочи. Но все же основная масса отдыхает в отелях и ближайших барах и ресторанах. Здесь есть и бассейны, и сауны, и прекрасная кухня, можно поиграть в бильярд, отправиться в боулинг или на дискотеку — в каждом из многочисленных отелей есть масса возможностей провести время после катания, разнообразный отдых обеспечен. А можно отправиться в здешнее культовое место — бар «Мюнхаузен», правда столик лучше заказать заранее. Здесь танцуют и на столах, и на балках, которые проходят над головой, но это происходит уже ближе к полуночи.

На здешних склонах отличное катание с конца декабря по начало апреля. А небольшая высота обеспечит по-настоящему полноценный отдых. Пиковое время, как и на всех курортах — Новогодняя неделя и начало марта, но даже в это время номер в одной из гостиниц или частных домиков в поселках, как правило, можно найти.

Основные плюсы этого места — отличный снег, большое количество небольших отелей и мест, где можно вкусно поесть, гостеприимство местного населения, большое количество пунктов проката. Инструктора можно найти, обратившись к администратору отеля или возле нижней станции подъемника, где расположены офисы туристических компаний, которые могут организовать практически любые развлечения — от полетов на параплане до поездки в горы на джипе. Среди минусов — нестабильная погода и недостаточное разнообразие трасс для тех, кто любит подготовленные склоны, а также большие очереди в пиковые сезоны. Но для отдыха всей семьей лучше места на Кавказе найти, как нам кажется, просто невозможно.

Хели-ски

Красная Поляна по праву считается меккой хели-ски, причем не только в России, но и в Европе. Большая часть клиентов — иностранцы, преимущественно французы. На сегодняшний день в Поляне работает четыре вертолетных компании, летает два вертолета Ми-8 МТВ. Продолжительность сезона — с конца декабря по середину апреля. Продолжительность спусков от 3 до 6 километров. Спуски выбираются в зависимости от погодных условий, состояния снега и уровня подготовки группы. Как правило, это спуски среднего или небольшого уклона, с максимальным количеством свежего снега. Лыжники летают здесь уже на протяжении 15 лет, что позволило собрать хорошую статистику по лавинной безопасности разных склонов при различных условиях. Группы состоят, как правило, из 10 человек и сопровождаются двумя гидами. Всем участникам выдаются лавинные датчики, лопаты, щупы, рюкзаки с системой спасения в лавине. Если вы хотите попробовать хели-ски, но не уверены в своих силах, обратитесь в компанию хели-ски и попросите вас протестировать. Дело в том, что по правилам, принятым у всех хели-компаний, если вы не успеваете за группой, вам могут отказать в последующих спусках без возврата денег. Так что лучше начать с фрирайда. В нелетную погоду гиды обычно выкатывают группы вне трасс, в непосредственной близости от канатных дорог, так что есть смысл присоединиться к такой группе. Стоимость полетов в прошлом сезоне составляла 350 долларов с человека за 4 спуска, дополнительные спуски — по 85 долларов каждый. Офис расположен у нижней станции подъемника.

Ски-пасс — недешевый. Но что поделаешь? Даже в Приэльбрусье в Новый год 2008–2009 цена дневного абонемента выросла до 1000 рублей.

Проживание

Стоимость размещения в будние дни и в выходные отличается, поскольку на выходные приезжает довольно много любителей лыж и с Черноморского побережья, и из Москвы. Номера, особенно в «пиковые сезоны» лучше бронировать заранее. Можно снять и комнату в частном доме, и целый дом целиком — предложения есть в Форумах сайта курорта http://www.kraspol.ru.

Зона катания Альпика-Сервис

Ширина трасс порядка 40 — 60 метров. На обкатанных трассах работают 3 ратрака.

Время подъема по каждой очереди 12–15 минут.

Общая протяженность подготовленных трасс около 7 км.

Общая протяженность всех трасс около 25 км.

1-я очередь — парнокресельный подъемник от 550 до 790 м над уровнем моря, длина 1309 м. Зеленая, а может быть даже «салатовая» трасса. Очень пологая, если-бы там был снег — то идеальное место для начинающих — на первой очереди народ бывает только с утра, пока все наверх не уедут.

2-я очередь — парнокресельный подъемник от 790 до до 1144 м, длина 1100 м. Синяя трасса, с единственным чуть более крутым коротким (метров 300) участком в средней части.

3-я очередь — парнокресельный подъемник от 1140 до 1500 м, длина 1050 м. Синяя трасса с единственным более крутым коротким (метров 300) участком в средней части, достаточно сложным для начинающих. Ниже этого участка — прекрасный широкий учебный склон, оснащенный буксировочным подъемником. Достаточно вариантных спусков в лесу и под опорами.

Канатная дорога «Родниковая» от 1112 до 1561 м, длина 1312 м, проходит параллельно 3 очереди, четырехместные кресла.

4-я очередь — парнокресельный подъемник от 1500 до 2238 м, длина 1637 м. Не самым опытным лыжникам рекомендуется сойти на станции подсадки перед крутым взлетом в верхней части — выше склоны не обрабатываются, а крутизна спусков может достигать 45 градусов. Ниже станции подсадки с обеих сторон от подъемника

Где поесть

Бар «Мюнхгаузен»

Расположен на Горнолыжном комплексе Красная Поляна, у начала канатной дороги. Работает с 10.00 и до последнего клиента. Самое тусовочное место на горнолыжном комплексе. Бар славится своими коктейлями.

Ресторан «Пирамида»

Расположен у самого начала подъемника, с правой стороны. Уютная атмосфера, хорошая музыка, камин, разнообразие блюд. Работает с 10.00 и до последнего клиента.

Элит-кафе «Водолей»

Расположено у подъемника. Работает с 10.00 и до последнего клиента. Располагается у самого начала подъемника с левой стороны. Уютная атмосфера, живая музыка, множество оригинальных блюд: жаркое из оленя, ребрышки кабана, рагу из медведя, речная форель, перепела. Довольно высокие цены.

Кафе «Мзымта»

Располагается напротив автостоянки Альпика-сервис у быстрого участка реки Мзымта. Легкое строение поселкового типа из дерева. Основу кухни составляют грузинские блюда.

Кафе «Аибга»

Располагается на второй очереди подъемника. Теплое уютное место с простой пищей (в основном пицца). Горячий чай и глинтвейн.

Кафе «2238»

Работает, как и все кафе на склонах, вместе с подъемником. Кафе располагается на самой вершине горы Аибга, на отметке 2238 метров. Кухня отсутствует, но вам разогреют блины и бутерброды. Горячий чай, шоколад, глинтвейн — быстро и недорого.

Ресторан «Сугроб»

У верхней станции третьей очереди подъемника. Часы работы совпадают с часами работы подъемника. Ресторан находится на пересадке с 3 на 4 очередь. Все сделано из дерева. Есть открытая площадка и камин. Обслуживают медленно, но вежливо. Кормят вкусно.

Кафе «Смак»

Работает с 10.00. Располагается в Красной Поляне примерно в 500 м от автостанции. Вкусная кухня и широкий спектр напитков. Место популярно у экскурсоводов из Сочи.

Ресторан «Атмосфера»

Бревенчатый терем с камином, расположен в центре поселка Красная Поляна. Русская и французская кухня (владелец — француз). Многоуровневый зал с камином и лонж-баром.

Ресторан «Полуночное барбекю»

Рядом с «Рэдиссон САС Лазурная Пик». Деревенский стиль и кухня.

Ресторан «Каньон»

Примерно 30 км от горнолыжного комплекса, на берегу реки Мзымта при выходе из ущелья Ах-цу.

Всегда свежая форель (форелевое хозяйство).

Как добраться

Из Москвы можно ехать на поезде, время в пути 28 часов.

Есть поезда, которые идут дольше, около 39 часов, билет дешевле.

Самолетом из Москвы — ежедневно летают десятки рейсов из Домодедово, Внуково и Шереметьево, авиакомпании Сибирь, Аэрофлот. Самые дешевые — Пулковские авиалинии. От аэропорта или железнодорожного вокзала Адлера ходят микроавтобусы и такси, стоимость проезда в такси примерно 300 рублей с человека. Если забронирован отель — лучше закажите трансфер из отеля.

Отели Красной Поляны

Рэдиссон САС Лазурная Пик — 4 звезды

Признан лучшим отелем более 100 номеров в горах России. В поселке Красная Поляна, в 5 км от горнолыжного комплекса. Двухместный номер обойдется в высокий сезон в 185 Евро (с полупансионом). В стандартных номерах туалет, душ/ванна, спутниковое телевидение, телефон, минибар, фен.

Телефоны: 8- (495) -411–77–66, 8- (8622) -66–36–00

http://www.peakhotel.ru

Вилла «Дежа Вю» — 3 звезды

В поселке Красная поляна, в 500 метрах от вертодрома, в 5 км от горнолыжного комплекса. Двухместный номер обойдется в высокий сезон в 4000 рублей (с полупансионом). В стандартных номерах французская кровать, туалет, душ/ванна, туалетные принадлежности, телевидение, телефон, минибар, фен.

Телефоны: 8- (8622) -43–77–77, 39–99–99

http://www.villa-dejavu.ru

Клуб-отель «4 вершины» — 3 звезды

В поселке Эсто-Садок, в 2 км от горнолыжного комплекса.

Двухместный номер обойдется в высокий сезон в 2400 рублей (с завтраком). В стандартных номерах французская кровать, туалет, душ, телевидение, телефон, минибар, фен.

Телефоны: 8–800–505–44–44, 8- (8622) -43–92–22

http://www.4peaks.ru

Отель «Вертикаль» — 3 звезды

В поселке Эсто-Садок, в 1,5 км от горнолыжного комплекса.

Двухместный номер обойдется в высокий сезон в 3300 рублей (с завтраком). В стандартных номерах мягкая мебель, двуспальная или две раздельные кровати, туалет, душ, туалетные принадлежности, спутниковое телевидение, телефон, минибар, фен, балкон с видом на горы.

Телефон:

8- (495) -933–39–21

http://www.verticalhotel.com

Коттеджи «Пирамида» и «Исида» — 3 звезды

В 600 м от горнолыжного комплекса.

Двухместный номер обойдется в высокий сезон в 1980 рублей (доплата за питание 300 рублей). В номерах две или три раздельные кровати, туалет, душ, кабельное телевидение.

Телефоны: 8- (8622) -92–15–28, 43–99–10

http://www.poliken.sochi.ru/

Отель «Форт-Эврика» — 3 звезды

В 60 м от горнолыжного комплекса.

Двухместный номер обойдется в высокий сезон в 100 Евро (с завтраком). В номерах две раздельные кровати, туалет, душ, спутниковое телевидение, минибар, холодильник, балкон.

Телефоны: 8- (8622) -43–04–88, 43–74–88

http://www.fort-evrika.ru

Бутик-отель Татьяна — 3 звезды

Первый отель сети MSGroup. В 1,5 км от горнолыжного комплекса. Двухместный номер обойдется в высокий сезон в 3500 рублей (с полупансионом). В номерах две раздельные кровати или двуспальная, туалет, ванная комната с подогреваемым полом, туалетные принадлежности, фен, спутниковое телевидение, телефон, холодильник, балкон.

Телефоны: 8- (8622) -44–12–04, 44–08–89

http://www.hotelalpik.ru

Статья подготовлена для журнала Ski Pass.

Ноябрь 2006. К сейзону 2008–2009 построены новые регионы катания — «Лаура» и «Горная Карусель», запущены подъемники. подготовлены трассы, построены новые гостиницы. Да и в Адлере или Сочи можно жить, дорога не так длинна, а вечером можно пройтись по берегу моря.

Георгий Дубенецкий

Gosha

Неважно, почему вы решили покататься на горных лыжах не в одной из Альпийских стран, а в России — не успели оформить загранпаспорт или просто в Европе этой зимой уже побывали, и захотелось покататься еще раз. Поезжайте в Приэльбрусье. В главной долине, где протекает река Баксан, сходится множество боковых ущелий, ведущих к самым знаменитым и красивым вершинам Кавказа, таким как Донгуз-Орун, двуглавая Ушба, Шхельда и, разумеется, Эльбрус — самая высокая вершина в Европе (5642 м).

Прежде всего Приэльбрусье — это красиво. Это сердце Кавказа, самая высокая и прекрасная часть этой горной системы. Сюда легко добраться от Минеральных Вод или Нальчика по автомобильной дороге идущей по Кабардино-Балкарии. В ясную погоду уже с равнины можно увидеть Эльбрус, который как бы парит над всем Кавказом. Живописная дорога к его подножию сначала идет по равнине, потом пологие холмы становятся все выше, появляются осыпи, начинается Баксанская долина. То там, то здесь виднеются небольшие группы коров и овец. Здесь нет серпантина, узенькой полоски шоссе и бездонных пропастей. Только в районе поселка Эльбрус склоны долины начинают сходиться, становится чуть сумрачнее, и за поворотом открываются настоящие горы с вечными снегами и языками ледников. Еще минут двадцать, машина сворачивает с основной дороги, и вот уже перед вами поляна у подножия горы Чегет.

Чегетская поляна — своеобразный центр Приэльбрусья. Сюда, на поляну, приходят автобусы с экскурсантами, сюда спускаются трассы, проложенные на горе Чегет, здесь назначают свидания и встречи, здесь же ждет множество машин с водителями, готовыми отвезти вас хоть на край света и днем и ночью. Над головой серебрится ледниками вершина Донгуз-Оруна, а дальний край поляны упирается в выкат Чегета. Вот где можно увидеть массу сценок «из жизни отдыхающих!» Экскурсанты и отдыхающие из кавказских здравниц катаются на санях, картонках и собственных попах. Во всех направлениях ползают неуправляемые новички, между ними проскальзывают спускающиеся сверху более опытные лыжники, скоростные снаряды с алкоголем внутри и детьми наперевес носятся на пересекающихся курсах.

Вся поляна завалена снегом, по которому проложены тропки к рядам кафе, а чуть в стороне — ожерелье из частных отелей, небольших и очень уютных. В каждом отеле есть прокат, так что везти с собой снаряжение совершенно не обязательно, а некоторые из них имеют выделенную линию Интернет, так что здесь можно и поработать после катания. Окна большинства отелей смотрят на Чегет. Утром после снегопада пьешь кофе и смотришь, что за погода, включили-ли подъемники.

Два пункта проката, магазинчики и комфортабельный туалет около нижней станции «парной» канатной дороги — это граница цивилизации, выше, на горе, имеются только два дощатых «места общего пользования», из которых открывается потрясающий вид на Баксанскую долину — двери в них отсутствуют. Но сюда в основном приезжают те, кто готов мириться с отсутствием сервиса и склонов «как в Альпах».

Любители гор в эту долину начали ездить еще в 30-е годы, тогда отдыхающих принимали старейшие турбазы Приэльбрусья — расположенная ниже по долине «Эльбрус» и военная «Терскол» в одноименном поселке, которые в модернизированном виде существуют и сейчас. Летом здесь очень красиво, горные луга с дурманящим запахом цветов, рододендроны, черные тюльпаны, а сверху — шапки вечных снегов на красивых вершинах привлекают массы альпинистов и горных туристов. Горнолыжный «бум» стартовал в начале шестидесятых годов, именно тогда по дну Баксанского ущелья проложили благоустроенную асфальтированную дорогу и приступили к строительству туристских гостиниц. Одновременно с гостиницами строились и комплексы канатных дорог по склонам Чегета и Эльбруса. Первый, как тогда писали, «дворец из стекла и бетона» — гостиница «Иткол», ориентированная на прием интуристов, заработала в 1966 году. Кстати — именно здесь во время съемок фильма «Вертикаль» жил Владимир Высоцкий, он очень любил эти края, иногда приезжал буквально на пару дней погулять-подышать здешним воздухом. Восемь лет спустя первые горнолыжники поселились в туристской гостинице «Чегет». Она и сейчас всегда полна, но уровень комфорта, кухни и сервиса не выдерживает конкуренции с новыми частными отелями. Подавляющее большинство приезжающих сюда зимой любят эти места такими, какие они есть: не слишком комфортными, но фантастически красивыми, где в очереди у подъемника можно из года в год видеть знакомые лица, в концертном зале послушать песни о горах и лыжах, а вечером в баре от души наговориться о лыжах и посмотреть свежие фильмы — опять о лыжах.

Некоторые из завсегдатаев этих мест, не обремененные большим количеством свободных дензнаков, едут сюда в плацкартном вагоне или на автобусе и останавливаются в частном секторе в поселке Терскол — хозяева-балкарцы уже давно стали хорошими знакомыми, да и старенькая мебель уже «обмялась» под все выступы тела. Правда, отопление и электричество временами отключают, а из соседней комнаты может доноситься сильный запах шерсти — надо же где-то хранить и перерабатывать продукцию натурального хозяйства, но это, как и рынок на Чегетской Поляне — с обязательными кавказскими свитерами, медом, бараньими шкурами и куклами в национальных костюмах, лишь добавляет колорита в долгожданный отпуск,

Утром у подъемников Чегета может быть народ, но в остальное время очереди, как правило, вполне терпимые, как раз успеваешь немного отдохнуть — спуски здесь непростые. Большие очереди бывают только в выходные и праздничные дни, когда снизу — из санаториев региона Кавказских Минеральных Вод, приезжает большое количество экскурсантов, которых завсегдатаи этих мест называют «шапками», и не слишком жалуют.

Пока поднимаешься на канатке, на трассе видишь «павших», не справившихся со своими лыжами на неподготовленном склоне. Неопытным лыжникам на Чегете приходится очень непросто: учебного подъемника нет, сложные склоны вынуждают слабо катающихся лыжников уходить в заднюю стойку — «садиться на стул». Чегет — гора дикая, и ратраки (машины для подготовки трасс, похожие на легкий бульдозер с широченными пластиковыми гусеницами) на его склонах хотя и имеются, но не слишком утурждают себя своим прямыми обязанностями. Да и камни никто с так называемых «трасс» не убирает, кое-где можно встретить и опоры давным-давно не работающих подъемников. С раскатанных лент, в стороны лучше не уходить. Трассы здесь не оснащены ограждением и разметкой, с непривычки легко заблудиться — совсем рядом крутые или с виду спокойные, но лавиноопасные склоны. Зато здесь рай для опытных любителей внетрассовых спусков, которых легко узнать по загорелому лицу и постоянному спутнику — рюкзаку, из которого торчит рукоятка лавинной лопаты. Встретить их можно только на подъемнике: поднявшись, они уходят вдаль от подъемников, на хорошо знакомые им очень непростые спуски, где местами ширина «проезжей части» крутизной под сорок пять градусов едва вмещает в себя лыжи, поставленные поперек склона.

В шести километрах выше Чегета находится второй регион катания — трассы на склонах горы Эльбрус. Спуски на склонах Эльбруса на большей части относительно комфортные, их готовят ратраки. Сюда обязательно нужно приехать хотя бы раз, чтобы подняться на новом скоростном подъемнике и насладиться великолепным видом. Здесь — единственная отратраченная трасса в Приэльбрусье, и народа на ней хватает. Со станции Мир, где есть кафе и музей обороны Приэльбрусья, и еще выше — от «Приюта 11», в хорошую погоду открывается фантастическая панорама Кавказа. От верхней станции подъемников до скал в районе высокогорной базы «Приют 11», на высоту более четырех километров желающих подвозят ратраки — экзотика! Где в Альпах вы найдете такое место? Выше одного из символов Французского Шамони — пика Эгюй дю Миди, откуда начинается спуск по знаменитой Белой Долине, намного выше вращающегося ресторана на горе Аллалин в Швейцарском Саас-Фе. И дикая красота безмолвных гор вокруг, до самого горизонта…

Постоянные посетители этих мест раньше выезжали к подъемнику на Эльбрус часиков в семь утра — позже время на стояние в очереди у нижней станции подъемника могло достигать 3 — 4 часов.Сейчас здесь заработала новая гондольная дорога и теперь очередей на Азау не будет. по крайней мере, внизу.

И еще одно: с раскатанных трасс и на Эльбрусе, и на Чегете, без сопровождения гидов уходить не советуем. Если хотите увидеть нереально красивые дикие места, договоритесь с гидами. Ежедневно опытные специалисты будут информировать вас о состоянии снега и погодных условиях, подберут маршруты спуска по силам, обеспечат необходимым снаряжением — для обеспечения лавинной безопасности, а также широкими лыжами, если ваши не слишком подходят для катания вне трасс.

На высоте, под ярким солнцем, аппетит разгуливается просто фантастический. Но потерпите — пообедать лучше внизу, на склонах питание может стать причиной проблем. Одна из причин — воду привозят снизу, и на хозяйственные нужды ее просто не хватает, и посуду могут мыть снегом. Коньяк имеет мало общего с этим напитком, а салат может оказаться не слишком свежим… На горе Чегет рекомендуем только пирожковую, расположенную чуть ниже кафе «Ай», а на Эльбрусе — кафе на станции Старый Кругозор.

А вот внизу, в кафе и ресторанчиках, разбросанных у подножия Чегета и Эльбруса, можно вкусно пообедать рублей за сто-двести. Вот уж с чем не могут тягаться Европейские курорты — так это с дешевой и очень вкусной едой. Кстати, об алкоголе: домашние вина «типа Изабеллы» необходимо пробовать — они везде разные по вкусу и качеству. Очень рекомендуем при случае попробовать белое десертное вино «Янтарь Ставрополья», а также дешевые и вкусные Дагестанские коньяки. А вот с Прасковейскими коньяками будьте внимательны — множество подделок, поскольку оригинал просто великолепен.

Словом, здесь во всем примерно поровну плюсов и минусов. Для опытных лыжников, любителей экстрима, плюсы перевешивают, и они возвращаются сюда из года в год. Но даже если вы и не слишком опытны, хотя бы раз приезжайте в Приэльбрусье. И вы убедитесь, что, несмотря на все минусы, вам после возвращения домой очень скоро снова захочется увидеть суровую ледяную шапку Донгуз-Оруна, нависающую над склонами Чегета.

Ски-пасс

Два отдельных региона катания, расположены на расстоянии около 6 км

Абонемент на день — 850 рублей (сезон 2008–09)

Где отдохнуть

В основном ночная жизнь проходит непосредственно в гостиницах. Стоит упомянуть гостиницу «Чегет» — бар с рок-н-рольным уклоном и фильмами по снежной теме, тир, игровой зал, кинозал, проходят различные концерты.

Где поесть

Среди кафе и шашлычных, расположенных на Чегетской поляне, отметим «Теремок» — это действительно ресторан. Очень неплохо готовят в ресторанах и кафе всех отелей, перечисленных ниже. Остальные кафе и шашлычные примерно одинаковы — в каждом найдутся вкусные блюда. Где-то хорош борщ, в другом месте — шорпа, обязательно попробуйте густой лагман и чанахи — картофельный суп с бараниной. И возьмите хычины — это сытные лепешки с различной начинкой, в каждом кафе свой рецепт. Очень неплохи шашлыки из осетрины, жареная на решетке форель, фаршированный карп.

Где поспать

Лучшими малыми гостиницами России в этом году признана сеть отелей «Озон». Все отели сети — безусловно, лучшие в Приэльбрусье. Например, «Озон-Чегет» на Чегетской поляне — 5-ти этажное здание — 20 номеров, оборудованных итальянской мебелью. Сутки проживания в двухместном номере обойдутся в высокий сезон 5600 рублей (включая завтрак — шведский стол и ужин — меню из 3-х блюд). В отеле есть каминный зал, комната отдыха, биллиард, дискотека, интернет, игровые автоматы, ресторан, бар, кафе, прокат снаряжения, прокат автомобилей.. Бесплатный автобус от отелей «Озон» постоянно курсирует до станций подъемников на г. Чегет и г. Эльбрус. В номере — все удобства, фен, сейф, телефон, мини-бар и спутниковое ТВ.

Телефон/факс: +7 (866 38) 71–453, +7 (866 38) 71–345

cheget@hotelozon.ru

http://cheget.hotelozon.ru

«Балкария»

Очень уютный отель на поляне Азау (у подножия Эльбруса) с самыми разнообразными номерами, некоторые из которых оборудованы джакузи. Сутки проживания — от 3000 рублей за номер, бесплатная парковка, завтрак стандарт, ужин a la carte. В отеле автономное электро- и водоснабжение, сауна, своя прачечная, бизнес-центр, выделенная линия Интернет, кардридер, цветной принтер. Прокат снаряжения, видеотека, библиотека, кафе-бар в традиционном стиле с камином и кальяном и диско-бар с бильярдом и киноэкраном.

Приэльбрусье: +7 (866 38) 71–257

Московский офис: +7 (095) 250–6637

hotel@balkaria.com

http://www.balkaria.com/

«Заповедная Сказка» — расположенный на Чегетской поляне комплекс срубов-коттеджей (всего 13 номеров). Двухместный номер обойдется в высокий сезон 2600 рублей (с полупансионом). В отеле есть автостоянка, сауна с бассейном, массаж, биллиард, ресторан, бар, прокат снаряжения. В номере — все удобства (есть фен), мини-бар и спутниковое ТВ.

http://www.hotelscazka.ru

Телефон/факс: + 7 (866 38) 71–279

mail@hotelscazka.ru

«Поворот» — уютный отель в сосновом лесу около Чегетской поляны. 5-ти этажное здание — 16 номеров (от 36 до 70 кв.м.), в каждом из которых по желанию может разместиться 4 человека и даже больше, двухместный номер обойдется в 2000 рублей в сутки (с полупансионом). В номерах различные варианты двуспальных и односпальных кроватей, большие холодильники, все удобства (есть фен), сейф, телефон, мини-бар и спутниковое ТВ. Шесть люксов, (4 двухэтажные) с каминами. Завтрак шведский стол, ужин  из трех блюд. В отеле есть биллиард, дискотека, интернет, ночной клуб, ресторан, бар, шашлычная, прокат снаряжения.

Телефон: + 7 (866 38) 71–499, 71–449
Факс:       + 7 (866 38) 71–499
povorot2004@mail.ru
http://www.povorot.ru

«Эсэн» — 5-ти этажное здание, расположенное прямо возле подъемника на г. Чегет. 30 номеров, 76 мест. Двухместный номер со всеми удобствами обойдется в высокий сезон 2000 рублей (с завтраком). В отеле есть автостоянка, камера хранения, кафе, бар, прокат снаряжения. В номере — все удобства (есть фен), ТВ.

http://www.esen.ru/

Телефон: + 7 (866 38) 71–474

Как добраться:

Аэропорт и железнодорожный вокзал находятся в Минеральных Водах.

Рейсы Москва — Минеральные воды выполняют авиакомпании Сибирь, Аэрофлот, КавминВодыАвиа. Тарифы на билеты зависят от сезона, около 4000 рублей в одну сторону. Время в полете около 2 часов.

Поездка по железной дороге: меньше всего по времени (24 часа) идет поезд №4 Москва-Кисловодск. На поездах Москва-Нальчик или Москва-Владикавказ ехать часов на 6 подольше, но билеты стоят в полтора раза дешевле. В сезон есть и автобусные рейсы, но их рекомендовать мы не можем.

Можно заказать трансфер из отеля или воспользоваться услугами такси или микроавтобуса, которых в аэропорту очень много. До Приэльбрусья 200 км (примерно 2,5 часа езды). Есть и дешевые автобусы, но поездка на них вдвое дольше.

Внетрассовое катание с гидами:

На Чегете — «Фрирайд с гидами» http://www.freeski.ru/ freeski@mail.ru

Телефон: +7(926) 230–8464

На Эльбрусе — www.go-elbrus.com

Места в группах нужно резервировать заранее.

И совет напоследок: Помните сентенцию (немного перефразированную) товарища Сухова из «Белого солнца пустыни»: «Кавказ — дело тонкое».

Статья подготовлена для журнала Ski Pass.

Ноябрь 2006

Георгий Дубенецкий

Белая Долина, вид с площадки Эгюй дю Миди

С вокзала Шамони на неторопливом поезде, ползущем по зубчатой железной дороге, можно подняться на станцию Монтенвер (Le Montenvers) — к леднику, где расположен ресторан и смотровая площадка. Здесь завершают свой спуск по Белой Долине те, кто не хочет спускаться на лыжах до городка. Туристы поднимаются сюда для того, чтобы сфотографировать величественную панораму гор и острый пик Пти Дрю — легендарную вершину, чьи фотографии в закатных лучах обошли все путеводители и книги о французских Альпах. Андрей Каменев как-то сказал: «когда я видел раньше фотографии с оранжево-красными вершинами долины Шамони, я был уверен, что таких цветов не бывает, автор просто поработал в графическом редакторе Adobe Photoshop. Теперь вижу, что напечатанные краски блеклые, на самом деле вершины просто светятся ярким оранжево-красным огнем…»

Но все это те, кто спускается по Valle Blanche на лыжах, увидят вечером, снизу, когда длинный спуск останется позади…

Накануне вечером один из участников предстоящего спуска спросил: «а там сложно?» Семь лет назад я один раз спускался по Белой Долине, никаких сложностей не было: мы прокатились по очень красивому маршруту, попили кофе на веранде возле высокогорной хижины, съехали вниз на поезде, и поэтому ответил совершенно искренне: «да нет, если бы не было обледенелого гребня наверху, можно брать женщин…» Если бы я тогда предвидел, что нас ожидает!

Спуск начинается с одной из остроконечных вершин, которые хорошо видны из долины — Эгюй Дю Миди (L'Aiguille de Midi), где расположены смотровая площадка и верхняя станция подъемника. Именно отсюда берет начало самая длинная трасса в мире — 22 км. Отправляться сюда утром нужно, если небо абсолютно чистое. Правда, возле верхушки Монблана, этого «гнилого угла» долины Шамони, может висеть небольшая «линза» облака, но это бывает очень часто, есть надежда, что погода резко не ухудшится. Завтрак, добавочная чашка кофе или стакан сока, в рюкзак с собой — бутылка воды. Это обязательно. Причем лучше — как минимум литр на каждого, полулитровой может и не хватить, если хижина будет закрыта… Запасные батарейки и память для фотокамеры, перчатки, очки — спуск длинный, магазинов по дороге не встретишь. И все это забросить в рюкзак, к которому можно крепить лыжи — еще один обязательный элемент снаряжения, который пригодится еще до того, как встанем на лыжи.

Когда снизу смотришь на верхушку остроконечной горы, куда ведут угадывающиеся тросы подъемника, то чуть левее верхней станции мерцают искорки. Это солнечные блики на снаряжении спускающихся пешком к началу трассы лыжников. У нижней станции подъемника встречаемся с гидом Дени Дюкро, в обычной жизни — кинорежиссером. Потом, в конце спуска, он скажет: «Мой дед был здесь гидом, он водил людей в горы с 1911 года… Я не вожу в горы случайных клиентов. Мне это не нравится — я не люблю ходить в горы с людьми, которых не знаю. Некоторые гиды со своими клиентами даже не разговаривают — просто работают. С вами мне понравилось спускаться: я вижу, что вы любите горы, и относитесь к ним с уважением.»

Но это будет потом. А пока Дени достает из багажника маленькой машинки, на которой его привезла неутомимая Аньез, лавинные датчики, беседки, веревку, кошки… Надеваем датчики, беседки, подгоняем кошки и убираем их в рюкзаки — на подъемнике они нам не пригодятся.

На высоту 3842 м

Пока кабина плавно уносит нас все выше — набор высоты двух очередей подъемника здесь почти 3 км, Дени рассказывает: «…вариантов спуска три. Классический, который проходит справа от вершины, расположенной в средней части верхнего участка ледника — наиболее простой. Есть еще два маршрута, они посложнее, среди трещин: центральный — по которому пойдем мы, и еще левее, ближе к скалам. Наш маршрут очень интересен, но чтобы по нему проехать, нужно немножко уметь кататься на лыжах.» «Ну, немножко-то умеем» — смеется Виталий, один из лучших райдеров и гидов России. Ну вот и приехали. Короткий тоннель в скале, указатели — «в Италию», рядом табличка «Закрыто», «Лифт», «Туалет», «Ресторан»…

Комфортабельный туалет на такой высоте посетить надо обязательно, особенно перед длинным спуском. Но сначала в лифт и на смотровую площадку. Отсюда Альпы как на ладони. Солнце заливает заснеженные просторы, которые и взглядом не охватишь, куда там объективу фотоаппарата. Любуемся панорамой — до Италии, сплошь залитой облаками, чуть-чуть не переливающимися и в Valle Blanche, и почему-то безоблачной Швейцарии отсюда около 10 километров, рассматриваем Монблан. Быстро фотографируем — «вон, видишь — кто-то идет на восхождение», общаемся с черной альпийской галкой — и что она делает на такой высоте, 3842 как никак?

Дени: «…Есть еще один вариант начала спуска по классическому пути — подняться со стороны Италии на подъемнике, и начинать оттуда, там начало спуска намного проще, но в Италию нужно ехать на машине через тоннель под Монбланом.»

Место, где нужны кошки

Спускаемся в лифте, проходим в вырубленную во льду комнату с выходом на небольшую площадку, откуда начинается тропа по узкому гребню. Последнее место перед началом спуска, откуда еще не поздно вернуться. Привязываем лыжи к рюкзакам, надеваем кошки, связываемся... Спуск к началу трассы без кошек реально опасен: на этом узеньком гребешке с очень крутыми многосотметровыми сбросами по обе стороны, кошки, обвязка и веревка не лишняя предосторожность, да и как минимум один ледоруб на связку «в случае чего» крайне пригодится... Идти здесь действительно страшно. Стараешься контролировать каждый шаг, вбиваешь зубья кошек в спрессованный снег или лед — не дай бог, поскользнешься — перила не натянули. Без гидов и снаряжения группы не выпускают, начало сезона… Гребень кажется очень длинным, идти долго-долго. А вот вторая половина пути к началу спуска на лыжах психологически несколько менее сложна — справа от гребня крутой (не меньше 50 градусов) склон, но его видно весь, и под тобой, в нескольких сотнях метров — освещенный солнцем постепенно выполаживающийся выкат, по крайней мере, видно, куда улетишь, «если что». Некоторые спускаются переступанием на лыжах и по верхнему участку гребня, но это занятие может оказаться крайне неполезным для здоровья — под кантами местами сине-зеленый лед…

Ну вот, наконец, и небольшое плато — место развязывания групп и начала спуска на лыжах. Можно перевести дух. Здесь мы встретили высокогорного гида Валерия Бабанова с клиентом. Валерий — единственный альпинист в мире, который дважды стал обладателем престижнейшей международной премии «Золотой ледоруб». Потом, уже внизу, мы увиделись с ними еще раз, клиент был счастлив: они прошли классический спуск. Валерий сказал «Я люблю бывать в Шамони, здесь такие горы… В этом году я планирую здесь пробыть до середины апреля, буду работать гидом, и если моими клиентами станут русские — я буду рад.»

Здесь начинается спуск на лыжах. Прямо — ледопад и два варианта сложного спуска, поворачивающая направо лыжня уходит на классический спуск.

Классический спуск (этот спуск мы совершили в январе 1999)

Начало спуска — сначала несложный спуск средней крутизны, а затем расстилается пологий ледник без перегибов, ширина и длина измеряются километрами, едешь-едешь, а картина вокруг все не меняется: все также далеко ледовые сбросы справа, все еще далеко до цепочки гор, стоящих на границе с Италией. И только обернувшись, понимаешь, что отъехал уже на приличное расстояние, да и скорость набралась. Развилка. Правее — пологий склон, лыжня забирает ближе к Италии, обходя изломы ледника сверху. Туда же приходит путь спуска тех, кто начал его с Итальянской стороны. Левее — почти под скалами в центре долины, спуск явно круче. Мнения разделились, и бросается монета. Берем левее, склон становится круче, еще круче. Вот это уже катание: достаточно просторный склон крутизной около 30 градусов, а то и больше. Скорость нарастает, дуги рисуются как бы сами собой — одна, другая. Останавливаюсь перевести дыхание Мягкий снег, простор, тишина, потрясающая красота вокруг. Справа рваный ледник с лыжней среди лабиринта трещин, видна группа людей. Спустившись еще на пару сотен метров и услышав русскую речь, останавливаемся рядом с одной из групп. Гид — естественно, француз, пообщавшись с кем-то по радио, что-то говорит, нам переводят: «Вон там, на леднике — видите? Там гид в трещину упал — они ждут вертолет.» Монета, которой мы доверили решать нашу судьбу, оказалась права. А вот и вертолет. Сделав круг, садится прямо между трещин, подняв снежное облако. Пара минут — и он улетает, и опять вокруг тишина, нарушаемая только скрипом снега под кантами лыж и собственным дыханием.

Следы лыж ведут траверсом влево, через нагромождение ледяных блоков разнообразной формы, некоторые высотой в добрый десяток метров. Очень красиво, но в этом ледовом лабиринте чувствуешь себя неуютно, хочется поскорее вырваться на простор. Если посмотреть налево, то вдалеке будут видны точки, спускающиеся по достаточно крутому, градусов около 30, леднику, то исчезающие, то появляющиеся опять: это те, кто избрал спуск посерьезнее, по ледопаду. Соскальзывание, крутые короткие спуски, прыжки, слалом между ледяных «шкафов» разнообразной формы и размеров и, наконец, выкатываешься на ровный склон. Слева, спустя какое-то время примыкает лыжня — это смыкаются классический и более сложные варианты спуска.

Вариант посложнее (январь 2006)

Мы идем по сложному варианту. Спускаемся к началу довольно крутого, местами около 30 градусов, ледника. Пара небольших нешироких досок, по которым аккуратно соскабливаемся — справа и слева ледовые сбросы или внушительные трещины. Еще одна группа — французы с гидом, уходит левее, ближе к скальным стенам, но Дени решает, что мы пойдем другим путем — впереди у нас центральный маршрут. И тут такое началось… Короткие спуски, длинные переходы вверх по целине на лыжах, следов нет — в этом сезоне мы здесь первые. Дени: «…ладно, ребята, я пойду поищу дорогу. Я не уверен, что мы здесь пройдем, но мы попытаемся…». Уходит искать путь спуска среди ледовых глыб разной формы и зияющих трещин между ними. Ждем довольно долго, пока он издалека не махнет нам рукой. Поднимаемся, топча лесенкой целину. Андрей Каменев остается фотографировать и перекурить. Потом он скажет: «…я был уверен, что вы вернетесь. Там ведь такое …, где пройти невозможно. Сижу, сижу, и вдруг вижу, что вы по очереди поехали вниз. Тогда и я пошел за вами…»

Жду своей очереди на спуск, к началу которого нужно подняться по широкому ледовому мостику на несколько метров, вижу, что все почему-то стоят несколько секунд, а потом съезжают прямо по краю малоприветливой трещины в леднике, глубиной в несколько этажей, и куда-то пропадают... Поднимаюсь к началу спуска и вижу, что ехать предстоит по острому гребешку, с обеих сторон от которого ледяные сбросы. Конца спуска не видно — перегиб. Собираюсь с духом (вот они, несколько секунд!), еду. Вдруг следы кончаются, и я внезапно лечу вниз — впереди спад на пару метров и крутая косая полка со следами тех, кто спустился раньше. Вот почему они пропадали из вида… Вверх и вниз, короткие спуски и снова пешком, проезды поодиночке по снежным мостикам над трещинами… Без опытного гида здесь найти дорогу крайне проблематично. Да и без снаряжения тут делать нечего, если сорвешься в трещину, то сам точно не вылезешь. Вдобавок, без гида может потребоваться эвакуация, которая страховкой не покрывается, за нее придется расплачиваться, а стоимость таких спасательных работ может заставить отложить смену автомобиля лет на пять… Наконец, первый участок ледовых сбросов пройден, и мы собираемся у начала относительно пологого целинного поля. Вот оно — катание!!! Плавные дуги пишутся сами собой, ритм спуска пойман, и мы один за другим рисуем змейки дуг на прекрасном нетронутом снегу… Фотосъемка, короткий обмен эмоциями: «вот это — катание, все остальное — подходы!»

По пологому полю с нетронутым снегом выкатываемся на классический спуск. Людей нет. Снова рваный ледник, но уже положе, проезжаем его с намного меньшими затруднениями, траверс, и вот лыжня опять раздваивается, слева чуть выше виден домик — хижина и ресторанчик. Очень, надо признать, вовремя: со всеми любованиями потрясающими видами, фотосъемками время уже обеденное, пора и перекусить. Однако в самом начале сезона, в январе, хижина может и не работать. Так случилось и в этот раз.

Хижина

Дени говорит: «Вот в этой хижине, парни, мы с Аньез и познакомились. Она здесь работала. Представляете — каждый день первая сюда спускалась!» Аньез вечером рассказывала: «Я работала в хижине на середине спуска по Белой Долине, и иногда вечером, когда отсюда уезжали последние лыжники, я дожидалась, пока они не скроются из вида, и спускалась вниз одна. Это было совершенно волшебное ощущение: только я и горы…»

С открытой веранды, залитой солнцем, открывается вид на продолжение спуска: две точки ползут под большим ледовым массивом и исчезают за перегибом. Отсюда, от хижины, есть два варианта спуска. Первый — снова на классический маршрут, нужно немного вернуться назад, спуститься на ледник, где начинается пологий и длинный спуск по ледовому морю. Ледник здесь действительно очень похож на замерзший шторм, за что первовосходители и дали ему такое название — la Mer de Glace — море льда. Второй путь спуска от хижины — подняться немного выше, затем траверсом пару сотен метров и по небольшим кулуарам крутизной «под 30 градусов», выводящим на склон средней крутизны. Но без гида я не могу советовать сюда идти, разве что не отходя от следов тех, кто спустился раньше: вход в кулуары неоднозначный, нам пришлось немножко идти по скалам и немножко прыгать… Да и некоторые из этих кулуаров выводят совсем не на снежный склон, а на скальные сбросы, так что гид или опытный провожатый и здесь совсем не повредит. А потом начались склоны, на которых проламывающаяся корка чередовалась с мягким наметенным снегом, причем «на глаз» место, где лыжи залетят под корку или соскользнут по ней, определить было невозможно. Два парапланериста спустились прямо над нашими головами — мы с ними покричали, поприветствовали друг друга. Корка продолжает проламываться. Сил уже не остается…

Дени: «Парни, видите шикарные склоны напротив? И посмотрите — там есть следы! Туда можно подняться от верхней станции поезда Le Montenvers в стиле backcountry, а потом получить потрясающий спуск. На это уйдет целый день, но дело стоит того. Нужно только правильно выбрать погоду: эти склоны лавиноопасны».

Простор, плотно сбитый ветром снег, солнце и горы. Трасса выполаживается и через несколько километров переходит в длинный пологий спуск по леднику, в нижней части которого узкая лыжня здесь проложена «первопроходимцами» среди лабиринта трещин, почти горизонтальная поверхность ледника практически не покрыта снегом, который скапливается в трещинах. На лыжах-то еще можно передвигаться, а вот сноубордистам здесь совсем туго приходится — многокилометровая пешая прогулка — не самое радостное развлечение, по крайней мере, после такого спуска. А вот слева виден и подъемник. Маленькая канатная дорога спускает туристов, которые приезжают сюда на поезде, прямо к входу в вырубленный в толще ледника ледяной музей. Самая красивая и интересная часть спуска уже позади. Тем, кто устал или не слишком хорошо физически подготовлен, имеет смысл завершить спуск именно здесь. Для этого нужно свернуть с накатанной лыжни, проходящей мимо подъемника в центральной части ледника, и спуститься налево, к подножию лестницы. Когда-то ресторанчик и станция железной дороги были построены прямо возле ледника — видно, на сколько уменьшился его язык с того времени — потребовалась сначала канатная дорога, а потом и довольно внушительных размеров лестница, чтобы «дотянуться» до льда. Похоже, еще десяток лет — и придется перестраивать подъемник…

Но мы проехали мимо, и буквально через пару километров нам пришлось аккуратно сползти по узкому крутому склончику, зажатому между заснеженными скалами и речкой, и снять лыжи, причем надолго. Позади длинный спуск, силы, казалось, уже иссякли, а впереди — подъем на пару сотен метров по вертикали, который кажется бесконечным. Тропинка, вытоптанная горнолыжными ботинками, вьется среди камней, засыпанных глубоким снегом, расходится на несколько рукавов, снова сходится… Иногда слышно журчание ручья, но нужно собрать все оставшиеся силы, чтобы заставить себя наклониться и сделать пару глотков ледяной воды. А если обернуться — за спиной царствует Пти Дрю… Но всему наступает конец — наступил он и этому бесконечному подъему с небольшими траверсами. Все!!! Крошечный, закрытый пока буфет, указатель для тех, кто поднимается сюда пешком или на снегоступах, цивилизация… Отсюда — только вниз, по синей трассе, которая узким серпантином вьется через лес, переходя рельсы железной дороги, мимо крестьянского домика, возле которого так неожиданно уютно пахнуло навозом — запахом жилья! Вниз, вниз, снова дорога через лес, потом по пологому учебному склону Les Planards, на котором лыжники с оттенком недоумения смотрят на пятерых вывалившихся на склон людей в касках, беседках и с рюкзаками, крайний поворот, и… можно снять лыжи и расстегнуть ботинки, потому что впереди — только традиционное после спуска кафе.

Машины, громкие разговоры, воздух, который здесь совсем не такой свежий, как казалось еще вчера вечером, люди, которые не имеют никакого представления о том, какой ирреальный спуск находится совсем рядом — нужно только договориться на следующее утро встретиться с Дени, и обязательно сунуть в рюкзак большую-большую бутылку воды…

Александр Демянюк (о классическом пути): «…Когда мы приехали после спуска домой, жена меня спросила: «Ну? В двух словах!» Я честно ответил: «Один из лучших дней в моей жизни!» И это не пафос, не гипербола, это именно так и спустя прошедшее время…»

Александр Демянюк (о пути по гребню): «…Могу сказать лишь одно: мне в жизни было страшнее всего один раз. Конечно, если бы у меня на ботинках были кошки, в руках вместо лыж и палок — перила и ледоруб, то я бы прошел этот участок с папироской в зубах, рассказывая смешные анекдоты, веселясь и каламбуря. Но снаряжения у нас не было и мне периодически приходили мысли о том, что в случае срыва удержаться на таком уклоне у меня просто нет шансов. Немного радовали группы спереди и сзади, идущие в связке. Я уже разработал план, как я отброшу свои лыжи-палки и дотянусь до связки: «…а там у них гид возле перил идет, — успокаивал я себя, — на перила карабин набросит, а я вон — в крайнего досочника зубами вцеплюсь — никуда он не денется!» Слава Богу, дошли без подобных эксцессов… После чего пожалели, что у нас нет по 50 грамм чего-нибудь крепкого…»

Александр Демянюк: «Сам спуск по классическому пути ничего технически сложного для средне катающегося человека не представляет, за исключением, быть может, узких мостиков между трещинами в леднике. В основном снег — ветровой фирн, местами целяк, местами — слежалый. Основной кайф получаешь от видов, которые открываются перед тобой. Это горы, голубые ледники, заснеженные долины. Альпы — ландшафтные горы, поэтому картинка постоянно меняется, хочется фотографировать и фотографировать…»

Благодарю Дени и Аньез Дюкро за организацию этого незабываемого спуска и компанию «Вертикальный Мир» за помощь в организации поездки.

Георгий Дубенецкий

Шамони. Ла Флежер

Каждый раз, когда я рассказываю о Шамони, меня обвиняют в предвзятости. Мои оппоненты говорят, что это старый курорт, и здесь до склонов нужно добираться на автобусе, что трассы на других курортах готовят лучше, спусков в других местах намного больше и они там разнообразнее, а подъемники в современных регионах более скоростные, что по субботам на Бреване много народа, на Гран Монте холодно и жесткие склоны, а в Ле Туре всегда дует, что знаменитая «Белая Долина» — несложный спуск, который не отличается от длинной синей трассы. Эти люди абсолютно правы. И если вы тоже оцениваете горнолыжную поездку прокатанными километрами спусков в сочетании с максимальным соотношением «грамм-градус на вложенный рупь», то лучше езжайте куда-нибудь в другое место.

О своеобразном очаровании этого старого курорта в Верхней Савойе было написано уже не раз. Шамони, на мой взгляд, постепенно становится своеобразным клубом для тех, кому не слишком интересны поездки «каждый год в новое место» в поисках самого белого в мире снега и самого комфортного отеля в сочетании с самым вкусным рестораном и самым громким баром. Это место и не для тех, кто в интернет-конференциях задает, пусть и в шутку, вопрос «а куда модно ехать в этом сезоне?». Немного здесь и обладателей дорогих машин и бриллиантовых колье. Здесь с каждым годом все больше тех из наших соотечественников, для кого горы — не только место катания, выпивания, поедания фондю и сна, но и встречи с друзьями, и общение, и новые знакомства с интересными людьми.

Вот и мы решили, что пора не выбирать каждый год новое интересное место для поездки, а для себя, друзей и примкнувших-сочувствующих сделать в хорошем месте интересный проект, который позволит не только покататься по знакомым трассам и пообщаться с друзьями в выбранных еще в прошлые годы ресторанчиках, но еще и разнообразить это приятное времяпрепровождение. Для кого? Для всех тех, кто воспринимает горные лыжи именно как пресловутый «комплекс мероприятий», и в первую очередь для тех, кто не в первый раз приезжает зимой не в модные Ишгль или Морзин, а именно в Шамони. Причем подчеркну: приезжает не в командировку, а просто потому, что хочется снова поехать в отпуск именно сюда. Роман с друзьями из «Туринфо», Валерий Бабанов — сильнейший горный гид России, живущий в Канаде, Ирина из журнала «Доски», Максим из Salomon, Саша и Валера из Rossignol, Коля, Леша и Виталий из «Вертикального Мира», победительница прошлогоднего кубка России по фрирайду Вероника Сорокина, Марина из «Асент-Трэвел», редактор сайта superski.ru Алина, главный художник телеканала Закир… Все сразу ошибаться не могут.

Все они были в числе тех, кто в этом году принял участие в Фестивале фрирайда, фотографии и детского спорта «Москва-Монблан». Сам Фестиваль возник летом вместе с идеей сделать что-нибудь новое в Шамони — там, куда все равно в одно и то же время поедет множество хороших знакомых. Так почему-же к «просто отдыху» не прибавить что-то интересное? К инициативной группе примкнули Евгений Уваров — главный редактор журнала Digital Photo и профессиональный фотограф, Андрей Каменев — самый известный экстремальный фотограф России, Илья Новиков — фотограф и полиграфист, и проект начал принимать реальные очертания. Все вылилось в причудливый коктейль из катания по трассам и вне их, общения, фотосъемки, разговоров о фотографии и нюансах съемки в горах, фотоконкурсе с призами от главного спонсора — компании Kodak, фильмов о горах, тренировок и соревнований юных спортсменов из горнолыжной школы ЦСКА и детей любителей, встреч и разговоров с интереснейшими людьми.
Что запомнилось среди всего, происходившего в долине у подножия Монблана в эту каникулярную неделю? Впечатления и воспоминания перемешаны подобно тому, как конфеты в детском новогоднем подарке: память достает из шуршащего яркого пакета то улыбающегося чемпиона мира по экстремальному катанию Арно Адама с гитарой, играющего свои композиции, то base-jump Валерия Розова, то разноцветные флаги у ресторана «Атмосфера» над неумолчно шумящей рекой Ль’Арв, то засыпанные снегом гигантские трещины безмолвного ледника, то вечер со свечами и песнями за дружеским столом…

А если попытаться разложить все по порядку? Не получится. Все причудливо переплетено, цепляется одно за другое, только-только вспомнил, как Аньез — сотрудник офиса по туризму Шамони, которая на самом деле живет одной жизнью с нашими туристами, принимая все их проблемы, без которых при таком скоплении народа просто не бывает, как свою личную беду — синхронно переводила мои песни своему мужу — кинорежиссеру и горному гиду Дени Дюкро, и сразу же колесико памяти зацепилось за тот момент, когда Дени вел нас по Белой Долине, а потом какая-то пружинка заставила мысль перескочить на улочки, залитые светом и допоздна заполненные горнолыжноодетым народом…

Белый вечер в Шамони, снегопад накрыл долину
И лебяжий пух летит на брусчатку Rue Pakkard
Снег как занавес висит декорации старинной
И сигналят нам сквозь ночь два ратрака с Les Planards

Этот яркий городок — перекресток наших судеб,
Здесь не важно, who is who, gut’n abend, bonsoir
Сверху чаша синих гор, а здесь светло и ходят люди
Колокольни перезвон, да шумит негромко L’Arve

Приглушенный свет витрин льется медленно под ноги
Желтым золотом бокал мы наполним за столом
И в расплавленном фондю утонули все тревоги
Мы живем сейчас и здесь, а остальное все потом

А за окнами зима сыплет снег из бездны неба
В разноцветное кино нас вплетает наша жизнь
В этом фильме сплетены горы, люди, быль и не быль…
И ты летишь сквозь облака, сам себе шепча «держись!»

Ну а если через год вновь знакомый указатель
В дальнем свете фар мелькнет, улетит назад, во тьму
Это значит — все идет, так как следует, приятель…
Тянет нас сюда опять, и не важно, почему.

Попытаюсь пусть и отрывочно, коротко, но рассказать обо всем, что происходило в Шамони в эту январскую неделю, участником каких событий стали все желающие…
Фестиваль открылся вечеринкой на улице, возле офиса по туризму Шамони. Собралось довольно много жителей городка и туристов, глинтвейн помог нам не замерзнуть, а выступавшие организаторы, мэр Шамони и руководитель офиса по туризму Бернар Прюдом в нескольких словах отметили тот факт, что горы сближают людей, а уж такое место, как колыбель альпинизма — и подавно, после чего все отправились смотреть выставку фотографий ведущих фотографов Франции и Андрея Каменева, которая была размещена прямо на улице, на больших стендах. Отдельное спасибо принимающей стороне, что не пришлось выслушивать многословные рассказы о Русско-Французской дружбе: все было коротко и по делу.

Мишель Шарле, мэр Шамони: «Я очень рад, что вы, ребята, все это организовали, мне очень приятно вас здесь видеть, а что касается очистки улиц ото льда — мы будем решать эту проблему. Основная задача — сделать так, чтобы владельцы магазинов и кафе, в пользовании которых находятся тротуары, занимались этим вопросом активнее.»

Рене Робер, один из известнейших фотографов Франции: «Я рад, что здесь проходит выставка Андрея Каменева, и мне очень приятно с ним познакомиться — он великолепный фотограф!»

Следующий вечер, посвященный началу Фестиваля — с фильмами, песнями, икрой и водкой, удался на славу! В зале, на стенах которого были развешены фотографии Андрея Каменева, собралось довольно много народа — половину составляли французы, вторую — наши люди. Сначала были фильмы Арно Адама — он только что смонтировал несколько новых коротких фильмов, съемки катания просто превосходные, он не только великолепный лыжник, но и в монтаже фильмов профессионал. И конечно, особенно впечатляюще смотрелись склоны, которые, если выйти из зала на залитую лунным светом улицу, можно было увидеть вживую… Постепенно вечеринка разделилась на две: в зале шли фильмы Арно и впечатляющий горнолыжный фильм «Банные истории» в исполнении «Вертикальщиков», смонтированный Ильей Новиковым, потом звучали песенки в моем исполнении и инструментальная музыка в исполнении Арно с другом, а параллельно в «предбаннике», отделенном от основного зала баннером «Вертикального мира» шло живое общение нашего и французского народа. Причем участники плавно перетекали из зала к столу и обратно.

Постепенно фильмы, песни и музыка кончились, водка была выпита, икра съедена, и после этого желающие продолжить общение отправились на поиски бара. Уж чего-чего, а этого добра в Шамони хватает. И хотя в «час пик» в первых двух барах на полтора десятка человек мест не нашлось, в третьем мы заняли ползала, посидели чуть-чуть, потом еще чуть-чуть, потом жившие почти в Швейцарии — в Валлорсине — Саша Козлов, Вероника Сорокина и Макс Иванов поехали к себе спать, потом были сигары, а потом, пока Закир по чисто русской привычке бегал к себе в номер за тем, что «у нас с собой было после Duty Free», мы благоразумно уползли спать: завтра на склон…

Арно Адам, один из известнейших французских райдеров: «Это хорошо, что мы снова встретились. Я рад, что мои фильмы нравятся вашим ребятам, и что вы приезжаете сюда. А с Колей и Виталием мы катались вместе не один раз — они классные лыжники, я с удовольствием покатаюсь с ними на Камчатке или здесь еще не раз. А твой сайт skis.ru — супер, я уверен, хотя ни слова не понимаю по-русски!»

В Ле Туре дует. Говорят, всегда. Во всяком случае, на ближайшем к ресторану кресельном подъемнике, вдоль которого проходят изумительно подготовленные трассы — я такую подготовку видел разве что на трассе Кубка Мира, дует по-Кировски — так, что собаки, если бы они здесь были, летали бы по ветру… Пока едешь наверх, кажется, что ветер пробивает проклеенные швы не самой плохой одежды. Солнце, минус двенадцать, пронизывающий ветер — а эти шотландские хлопцы в одних килтах. Мужики! Но явно отмороженные — во всяком случае, местами.

Аньез Дюкро — очаровательная француженка с неистощимой энергией. Она принимала так близко к сердцу все наши мелкие организационные проблемы, она так трогательно переводила все песни и наши эмоции на Французский, она так старалась сделать все, чтобы решить все наши вопросы и чтобы мы почувствовали себя здесь, как дома, сделать так, чтобы мы полюбили Шамони, они с Дени — ее мужем — так тепло принимали нас на Рождество у себя в доме, наконец, она так любит Россию, что ее невозможно было не полюбить. Теперь каждый раз, когда мы будем вспоминать Шамони, мы обязательно будем  вспоминать и тебя, Аньез!

Детский спорт. Группа спортсменов-детей из спортивной школы ЦСКА, приехавших сюда на тренировки и соревнования, заработали сертификаты разных уровней ESF — французской горнолыжной школы. Правда, тренеры ребятам забыли рассказать, куда они приехали, поэтому их ответы на вопросы награждавших их Аньез и Бернара Прюдома — директора офиса по туризму, которые пытались выяснить, где находится Монблан, в какие горы эти ребята приехали, вызывали улыбки у собравшихся в зале, где проходило награждение участников соревнований: все ребята получили памятные медали и сувениры, которые напомнят им, где они побывали.
Отдельно были проведены соревнования для детей туристов. Находившиеся в зале родители явно были счастливы, когда их чада бодро рассказывали о том, что начали кататься на лыжах они здесь, в школе Шамони, а потом их учил «…папа, который является одним из сильнейших райдеров России…». Судя по тому, что этих ребят можно было встретить на улочках города весьма поздно, городок они знают намного лучше, чем многие районы родной Москвы, да и явно чувствуют здесь себя в безопасности.

Прыжок в пропасть — base jump, который совершили специально приехавшие сюда в это время Валерий и Андрей, оставил у всех, кто видел ЭТО, совершенно одинаковые чувства: «…!!!!!!!!!!!!!!!!!!...». На ваших глазах человек по своей воле прыгает в пропасть… По общему мнению всех, кто пожертвовал днем катания ради того, чтобы увидеть это уникальное действо не снизу, из долины, а прямо с площадки, откуда прыгали ребята, неизвестно, кто получил больше адреналина — те, кто прыгал, или те, кто смотрел. Эта площадка недалеко от Шамони является уникальнейшим местом: сюда можно спокойно подъехать на машине, а потом совсем немного пройти пешком. Не нужно ни забираться на стену, ни пользоваться услугами вертолета.

Максим Иванов, Salomon: «У нас в стране есть две гордости экстремального спорта — Валера Розов и Валера Бабанов, и оба они сейчас здесь!». «…В Белую Долину? Нет, не пойду. Я сюда кататься приехал, а не по леднику лазить…»

Фотографии Андрея Каменева, конечно, можно посмотреть и в Москве — каждый год журнал «Вертикальный мир» организует выставку экстремальной фотографии, на которой работы Андрея по-праву занимают ведущее место. Но здесь, в горах, эти снимки, на которые приходило посмотреть множество народа, воспринимаются совершенно по-особому, а когда рядом — работы самых известных мастеров Франции, постоянно живущих в горах, становится совершенно очевидно, что Андрей — фотограф высочайшего уровня не только в России. А чего стоит возможность вечером обсудить с ним снятые днем кадры, узнать мнение — причем очень доброжелательное, когда он вместе с тобой радуется твоим удачным кадрам и легко делится своим опытом, накопленным за время колоссального количества экспедиций в самые отдаленные уголки Земли…
Я давно заметил, что чем больше у человека опыта, знаний, тем легче он делится своим багажом, тем он щедрее. Для меня, как и для многих фотографов, участвовавших в фотоконкурсе, знакомство с Андреем — мы, правда, были знакомы и раньше, но мне не доводилось вместе с ним покататься, поснимать, посмотреть за тем, как он работает, поговорить, поспрашивать совета — явилось одним из самых ярких впечатлений этой недели.

Алена Никольская, режиссер телевидения: «На горнолыжном курорте я впервые, мне очень понравилась атмосфера, вдобавок нам очень повезло с погодой. Общее состояние — было очень здорово. Я никогда до этого не бывала в горах зимой, и ехать сюда не хотела: я очень не люблю зиму, я абсолютно «пляжный» человек, И я не ожидала, что мне могут понравиться лыжи. А оказалось, что я получила очень сильные и очень приятные впечатления. Я буду кататься на лыжах, и в Шамони постараюсь вернуться. Конечно, были какие-то чисто бытовые проблемы, но они не смогли испортить впечатления от великолепного места, погоды, людей, мне поездка очень понравилась.»

Юлия Сажко, менеджер, победительница фотоконкурса в номинации «Пейзаж»: «К сожалению, я заболела, и не смогла полностью получить все то, что могут дать зимние горы. Я смогла что-то дать людям, которые только учились кататься, но для себя я не смогла получить полностью то, что хотелось. Не смогла пройти Белую Долину, но зато здесь был хороший снег, а погода и солнышко просто порадовали. Мне не понравились некоторые моменты — в первую очередь, организация и недостаток информации, но благодаря инициативе людей, с которыми я познакомилась здесь, все сложилось, на будущее хотелось-бы, чтобы компания «Вертикальный мир» подбирала более удобные авиарейсы, трансфер был четко организован, а администрация Шамони очистила улицы ото льда. Но горы все равно остаются горами, и мы соберемся снова и поедем сюда несмотря ни на какие сложности и трудности.»

Андрей Каменев, фотограф: «Очень понравились горы — они здесь, с точки зрения фотографа, просто удивительные. Все рядом, все близко, все доступно. Хороший снег, погода замечательная, люди просто супер. Я рад, что познакомился с Аньез — наш человек, отличная женщина! Не понравились небольшие накладки с отъездом-приездом, но это объясняется колоссальным количеством людей и рейсов. Из-за того, что было очень мало времени и очень много событий, получилось немножко скомкано, но все равно все прошло просто замечательно.»

Фотоконкурс, который «тянул» на своих плечах Евгений Уваров — главный редактор журнала Digital Photo и профессиональный фотограф, удался. Каждый вечер после катания в офисе по туризму выстраивалась очередь из желающих сдать свои фотографии. Конечно, нельзя было ожидать, что участников будет столько же, как и в Москве — там, по словам Жени, приходится выбирать лучшие снимки из тысяч фотографий, а здесь участники представили на суд строгого жюри в составе Андрея Каменева, Жени Уварова и Ильи Новикова на порядок меньше работ. Но сыграло свою роль единство места, времени и сюжета: было очень интересно увидеть долину и горы, людей и город глазами разных фотографов.

Призерами конкурса стали Юлия Сажко в номинации «Пейзаж», команда из «Туринфо» под предводительством Романа Тюлеева в номинации «Экшн», Дарья Дубенецкая в номинации «Город-Настроение», а приз симпатий жюри получила работа Алины Трофимовой. Стоит отметить тот факт, что Юлия и Алина фотографировали довольно миниатюрными цифровыми фотоаппаратами, ребята из «Туринфо» — зеркальной камерой, а Дарья сделала снимок, который принес ей победу, компактной фотокамерой Kodak 880, которая, как и несколько других камер моделей 850 и 880 была предоставлена для тестов спонсором фотоконкурса — компанией Kodak. Вывод ясен: нужно стараться увидеть, а снимать тем, что у тебя есть, не списывая свое неумение на недостаточно качественную технику.

Конечно, когда фотографируешь соревнования или ночной город, нужно предпринимать некие шаги для того, чтобы потом было на что посмотреть, но игра стоила свеч! Лучшие работы печатались на принтере Kodak в формате 20х30, и увидели их все, кто пришел на заключительный вечер Фестиваля. Мало этого! Организаторы решили издать фотоальбом под названием «Шамони — русский взгляд», в который будут включены лучшие фотографии участников конкурса и профессиональных фотографов, побывавших в Шамони в это время.

От вокзала в Шамони можно на маленьком красном, цепляющемся за зубчатый рельс поезде подняться к леднику, где расположен ресторан и смотровая площадка. Здесь обычно завершают свой спуск по Белой Долине те, кто не хочет спускаться до самого низа. Исключительный вариант — подняться сюда вечером, поужинать в ресторане и полюбоваться ночным ледником и завораживающе близким звездным небом, таким близким, что кажется, будто некоторые звезды можно потрогать рукой… Но это -  если позволят луна и тучи. А если все это происходит в хорошей компании — то вечер получается очень запоминающимся. Скажете, что для того, чтобы поужинать в хорошей компании, совершенно не обязательно забираться на каком-то доисторическом поезде черте-куда? Конечно! Но ведь и сама дорога в неторопливо ползущем по зубчатой железной дороге вагоне тоже не каждый день случается…

Фрирайд. Это слово каждый понимает по-своему, для одних это обязательные многометровые прыжки со скал, для других — катание по целине. К нашему приезду почти все, что находилось в пределах досягаемости, было раскатано, и целины уже не оставалось: в основном трассы были окружены разбитым снегом. Однако местечки для фотосъемки нашлись и в Ле Туре, и в Ля Флежере, и прямо у самого городка — возле подъемника на Бреване. Кто-то из приехавших катался сам по себе, кто-то «сбивался в стаи». Многие из приехавших получили возможность покататься вместе с Андреем Каменевым, пофотографировать и пофотографироваться, поучиться снимать в горах. Мелькала белозубая улыбка Виталия Ильиных, его иногда можно было встретить у станций подъемников, на ходу он призывно махал рукой: «поехали с нами!», а потом исчезал куда-то в деревья в сопровождении опытных лыжников…

А в заключительный день те, кто чувствовал в себе силы, смогли отправиться в Белую Долину под руководством Дени, чьи слова «Ладно, ребята, я пойду поищу дорогу. Я не уверен, что мы здесь пройдем, но мы попытаемся…» надолго запомнятся всем участникам этого ни на что не похожего приключения. Рассказ о Белой Долине — чуть позже.

Дени Дюкро, кинорежиссер и горный гид: «Я не вожу в горы случайных клиентов. Мне это не нравится — я не люблю ходить в горы с людьми, которых не знаю. Некоторые гиды со своими клиентами даже не разговаривают — просто работают. С вами мне понравилось спускаться: я вижу, что вы любите горы, и относитесь к ним с уважением.»

У начала спуска по Белой Долине встретили Валерия Бабанова с клиентом. Валерий — единственный альпинист в мире, который дважды стал обладателем международной премии «Золотой ледоруб». А потом, уже внизу, увиделись с ними еще раз: клиент был счастлив. Они прошли классический спуск.

Валерий Бабанов, высотный гид: «Я люблю бывать в Шамони, здесь такие прекрасные горы. В этом году я планирую здесь пробыть до середины апреля, буду работать гидом, и если моими клиентами станут русские — я буду рад.»

В этом году мы снова встретились здесь с художником Геннадием Пылаевым, который приезжает сюда писать свои прозрачные, живые и нежные акварели, уже много лет. Выставка его картин, проходящая здесь — прекрасный повод, чтобы посмотреть, подумать, и главное — не торопиться. Ведь перед лицом вечных гор торопливость просто ничтожна…

Алексей Горшенин, организатор Фестиваля: «Мне в этой поездке абсолютно не понравилась организация со стороны французов. Один из наших туристов даже сказал: «если бы мои сотрудники так работали, я бы уволил их через пятнадцать минут.» Процесс расселения, организации соревнований детей, полное отсутствие информации о Фестивале — сотрудники офиса по туризму не сделали абсолютно ничего из того, что были должны сделать.
Мне не понравилось то, как расселили наших туристов, нам приходилось разбираться в том, как включать отопление, посудомоечную машину, решать какие-то дурацкие бытовые вопросы, которые обязана была решить принимающая сторона. Мы пытались организовать какие-то мероприятия, но люди в офисе по туризму ничего никому толком не рассказывали. Мы информировали своих туристов сами, то те из русских горнолыжников, кто приехал через другие турфирмы, ничего не знали о том, где, когда и какие Фестивальные акции проходят, и принять участие в наших мероприятиях из-за этого не смогли. Про наш Фестиваль знают по всей Москве, о нем написано в разных изданиях и на нескольких сайтах, а когда люди приехали в Шамони, им здесь никто ничего не смог сказать.»

Роман Тюляков, журналист: «Я в Шамони приезжаю кататься второй раз. В первый приезд мне не повезло с погодой — было сплошное молоко, сам городок мне понравился, а склонов я тогда и не увидел. Сейчас приехал с тремя друзьями, вижу — катуха нормальная, но я боялся, что они будут стонать понемножечку — нет, ничего — в первый день поворчали, потом все нормально. Склоны на Гран Монте очень понравились, и я бы сюда приехал еще раз. И такие проекты, как Фестиваль, делать, конечно, нужно. А то в автобусе, когда нас гид (не от «Вертикального Мира») провожала, она говорит: «извините, если что» — а ей и отвечают, что извинять нечего — привезли, оставили и бросили, никакой информации… Так что такая вещь, как этот Фестиваль, кончено нужен — русских много, и их очень важно объединить.»

Георгий Дубенецкий

123►

Впечатления чужеземного райдера, полученные при катании с гидами из «ВерМира»

Автор — Флори Керн родился 25 декабря 1969 года. «В тот день, наверное, выпало такое количество снега, какое только могло дать небо».  Встал на лыжи одновременно  с тем, как научился ходить и с тех пор постоянно ждал первых снежинок — начала зимы.

Флориан Керн

«Успех приходит, когда начинает получаться то, что тебе по душе» — именно под  этим девизом Флори  делает свое дело. Уже в самом раннем возрасте он участвует в первых соревнованиях в слаломе. В 17 он попадает в Новую Зеландию, где обнаруживается его новая страсть — могул. Однако надолго он здесь не задержался: через два года, выиграв Кубок Германии по фристайлу, Флори начинает тяжелые тренировки для участия в борьбе за Кубок мира, затем — гонка по всему миру в составе национальной команды Германии.

Соревнования и жизнь спортсмена помогли ему определить свой собственный путь, где он смог бы объединить свободу катания и любовь к горным лыжам. Следующие восемь сезонов он проводит в долине Шамони. Здесь Флориан Керн смог осуществить то, что он умеет лучше всего — катание на горных лыжах «по самому краешку». В течение нескольких лет он обкатывает множество северных склонов, которые в альпинистских кругах означали бы серьезный вызов судьбе. Однако Флори делает это не только — точнее, не столько — чтобы ощущать собственную крутость, прежде всего его интересует Дух и Стиль, то, ради чего он на огромной скорости оставляет следы лыж на нетронутых склонах.

Время от времени Флори снова переносит свой «базовый лагерь» в Шварцвальд, где он живет вместе со своими детьми — Колин и Тиа -  и женой Дагмар. Но вскоре горы всего мира  зовут его к новым приключениям: в результате он оказывается на самом южном шеститысячнике Земли, горе Мармолехо в Чилийских Андах или на  неосвоенных вершинах Кавказа. Само собой, все эти проекты сопровождаются видео- и фотосъемками. Статус руководителя государственной Горной школы позволяет Флориану осуществлять свои проекты в самом широком географическом диапазоне: от топ-регионов Альп до самых отдаленных горных районов России.

«Снова и снова я в поиске новых районов на планете, пригодных для хели-ски. Как когда-то солнцепоклонники шли за светилом, так  и я ищу места с наибольшим количеством осадков. Места с настоящей бездонной пудрой.
Если внимательно изучить климатическую карту мира, то одной из областей, где возможны очень хорошие снегопады, будет хребет Хамар Дабан, который находится немного южнее самого большого резервуара с пресной водой на Земле — озера Байкал в Центральной Сибири».
Хамар Дабан — в переводе с бурятского — хребет-нос, цепь горных массивов шириной от 40 до 90 км, длиной 500 км. Вершины лишены растительности, имеют округлые формы без резко выраженного гребня и достигают высоты 2000–2300 м над уровнем моря. Максимальная высота хребта 2371 м (гора Хан-Ула).  Горы круто обрываются к Байкалу и являются естественной преградой для влажных воздушных потоков, переносимых через Байкал. Климат северной части хребта более умеренный и влажный: в год здесь выпадает до 1300 мм осадков, в высокогорье объем осадков существенно больше — 2000 мм и более. Высота снежного покрова на склонах может вдвое превышать обычную норму в 80–120 см. Средняя температура января  составляет -16 -18 градусов.
Горнолыжный центр города Байкальска в настоящее время располагает 3 склонами для туристического и спортивного катания длиной 2000 м и перепадом 500 м, 1 склоном длиной 1000 м и перепадом 300 м, слаломным склоном длиной 500 и и перепадом 180 м. Склоны оборудованы 5-ю буксировочными канатными дорогами и обслуживаются ратраками фирмы «Кесборер».

«Очень трудно было получить хоть какую-то информацию о горах, которые практически неизвестны в Европе. В сообщениях по интернету рассказывалось лишь об очень снежных и холодных зимах.
В сентябре 2003 года я, вместе с моим русским другом Виталием (Ильиных) предприняли путешествие в Иркутск, что в 150 километрах от гор Хамар Дабан. Уже в Иркутске становится ясно, что о туризме здесь имеют весьма смутное представление: взять напрокат автомобиль в единственной на весь район фирме, располагающей всего двумя автомашинами, оказалось очень трудным делом. Несмотря на это вскоре мы выезжаем в ту сторону, где в обрамлении осеннего золота лесов возвышаются горы, чьи вершины — уже в это время года -  покрыты  толстым слоем снега!
Мы едем в направлении Байкальска, где в марте следующего, 2004 года, должна быть организована база для полетов на Хамар Дабан. На следующий день к нам присоединяется Юрий -  охотник и наш гид в этих горах.  В местности, абсолютно лишенной хоть каких-то дорог, он показывает нам склоны, нависающие над горными речками. Окрестности выглядят очень соблазнительно: широкие открытые склоны, с  идеальным уклоном. Виталий и я укрепляемся в намерении организовать здесь хели-ски одиссею.

Возвратившись в Иркутск, мы пытаемся установить контакт с авиа-фирмами. Иркутск-Авиа — предприятие, располагающее в своем арсенале 4-мя машинами, которые пригодны для нормальной перевозки пассажиров и грузов. Шеф авиапредприятия, Александр Романов, сначала никак не может понять, что мы от него хотим. «Катание на горных лыжах» для него абсолютно чуждое понятие, а уж об использовании вертолета в качестве лыжного подъемника он вообще никогда не слышал. Только показав ему фотографии с Камчатки и Кавказа, мы склоняем его к сотрудничеству и Виталий заключает с Александром договор: вертолет должен ждать нас в аэропорту Иркутска 17 марта 2004 года и в течение 9-ти дней быть в нашем полном распоряжении. Договор скрепляется стаканом водки. «До свидания», «ауф видерзеен»... до марта.
На обратном пути в Москву мы с Виталием много говорим о проекте. Все ли получится? Будет ли достаточно снега? Какого он будет качества? Действительно ли вертолет будет нас ждать в Иркутске? И еще много открытых вопросов вертелось в голове во время подготовки к путешествию.

Аэропорт Франкфурта-на-Майне, место сбора нашей группы из 6 человек, все в тревожном и радостном ожидании. В 23–20 самолет «Аэрофлота», гудя турбинами, взлетает в направлении Москвы, где мы должны будем встретиться с Виталием. 9 часов свободного времени в Москве посвящены осмотру достопримечательностей: Красная площадь, Кремль и самый большой в Европе черный рынок электроники.
Во второй половине дня, уже в одном из московских аэропортов, мы встречаем еще пятерых участников нашей экспедиции и некоторое время спустя летим дальше на восток. Через пять часов приземляемся в Иркутске, где температура воздуха около -35 градусов: начинаем понимать, что мы в самом деле прилетели в Сибирь.
В зале прилета нас встречает Александр Романов — шеф авиа-предприятия. Вертолет уже ждет нас в полной готовности, и мы грузим в него наши вещи и чехлы с лыжами. Наш пилот Вадим поздравляет нас с прибытием и с гордостью называет тип вертолета — Казань Ми-8, после чего надевает наушники и запускает турбины. С громким рокотом, сделав круг над полем аэродрома, вертолет держит курс на юго-восток, в направлении озера Байкал.

Замерзшее озеро выглядит как средних размеров море, а вдалеке, под серо-стальным небом, мы видим заснеженные хребты Хамар-Дабана. Наши носы тут же прилипают к иллюминаторам, и мы пытаемся разглядеть возможные варианты спусков. Приземляемся в городке Байкальск, на покрытом глубоким снегом футбольном поле. Ребятишки из близлежащих домов высыпают на улицу и разглядывают огромную машину, стоящую на их футбольном поле: вертолеты не каждый день приземляются в Байкальске.
На такси мы едем к Тамаре, которая сдает в своем доме несколько комнат.  В доме все вымыто до блеска, а из кухни аппетитно доносится запах плова: рис с овощами и мясом. После обеда, несмотря на долгий путь и усталость, нас разбирает любопытство и мы вновь поднимаемся  в воздух, чтобы осмотреть окрестности. Вместе с пилотами Виталий и я тщательно выбираем первое место для посадки. Сверху снег выглядит просто великолепно, но кто оставит первый след в этой сибирской целине?

Наконец, после основательного изучения снега, мы даем нашей группе зеленый свет. Усталость сразу же забыта и уже после первого спуска становится понятно, что мы нашли Мекку сибирской снежной целины. После четырех великолепных спусков, уставшие как собаки, но абсолютно счастливые, мы снова приземляемся на футбольном поле Байкальска. Некоторые члены нашей группы даже не могут поужинать у Тамары и быстро проваливаются в глубокий сон.

Следующий день начинается очень многообещающе: безоблачно, температура -15 градусов. Договариваемся встретиться с нашими пилотами в 10 часов на футбольном поле. Они также рады сегодняшнему дню и хорошей летной погоде, которые дают возможность изучить новые горные районы.
Виталий и я хотим показать участникам нашей экспедиции северную часть хребта, те долины и вершины, где мы успели побывать в сентябре прошлого года, пройдя здесь пешком. Вдоль реки Снежная мы летим к горной цепи Мамая. Здесь нас ожидают такие условия для катания, которые еще нужно поискать  в других районах мира, пригодных для хели-ски: около 1200 метров по вертикали, через светлые таежные леса, по потрясающему пухляку. На одном дыхании мы прочесываем бесконечные склоны Большого Мамая, сознавая, что до нас здесь никто не катался на горных лыжах. Счастливые улыбки застывают на лицах участников группы, но после общего набора высоты в 14000 метров, этот день тоже подходит к концу. Во время приземления на футбольном поле, нас снова встречает отряд ребятишек. Едва ли они могут представить, что мы пережили там, в горах над их деревней. Для них мы выглядим почти как астронавты — в ярких комбинезонах и блестящих шлемах...
У Тамары нас ждет горячее жаркое с картофелем и зимним салатом из овощей, из больших стеклянных банок. Вечером мы идем в местую пивную, знакомиться с местными жителями. Но все про нас уже знают: это те, которые летают на вертолете кататься на лыжах и носят яркие комбинезоны и блестящие шлемы. По русской традиции, дружба между народами скрепляется парой кружек пива и водкой.

На следующее утро небо затянуто облаками и идет небольшой снег. В 9 утра мы завтракаем, а Тамара угощает нас удивительным вареньем из собранных в тайге ягод.
В этот день мы хотим покататься в Байкальске, в местном горнолыжном центре. 4 подъемника поднимают нас на 850 м вверх, откуда уходят вниз бугристые трассы. На ланч нам готовят на открытом огне по порции шашлыка. К 14–00 небо проясняется и мы решаем, что еще осталось время для хели-ски. Облетаем вершины вокруг Байкальска — не очень высоко, но снег и здесь великолепный. После трех спусков солнце начинает медленно клониться к закату, а для нас заканчивается еще один день, наполненный яркими впечатлениями.

Следующие пять дней также дарят нам максимум удовольствия от катания по сибирской целине.
За все восемь дней, проведенных в Байкальске и полностью посвященных катанию, все участники нашей группы сделали по 42 спуска — по никем до нас не пройденным  склонам и в сумме набрали 50000 метров высоты. На девятый день наш вертолет взял курс на Иркутск, а оттуда самолет перенес нас сначала в Москву, а потом домой, в Германию. Первая хели-ски одиссея на Хамар Дабане оказалась успешной на все 100%. Наши ожидания оправдались многократно и с очень большой долей вероятности следующей зимой 2005 года мы вернемся сюда снова».

Немного о том, на что должен рассчитывать житель Европы при планировании сибирского хели-ски:

— перелет Европа-Москва-Иркутск и обратно;
 — все трансферы, включая переезды в Москве;
 — 12 часов вертолетного времени или ок. 36000 м высоты;
 — расходы по обслуживанию вертолета;
 — три гида на группу из 12 человек;
 — проживание с полупансионом в доме у Тамары (отель «Озеро»);
 — ночевка в Иркутске на обратном пути;
 — налоги и сборы,
всего 3800 евро.

По материалам www.ski2b.com

Перевел Павел Черепанов

Шамони

Bonsoir, monsieur! Если не считать приветствия Французского пограничника, это первые слова, которые слышишь, прилетая во Францию. Вечер, аэропорт, Гренобль, двенадцать рейсов из Москвы за день, водитель автобуса с улыбкой приветствует входящих в автобус слегка чумных после перелета, частично смешанного с виски и коньяком, наших горнолыжников. И тебе bonsoir, хотя «р-р-р» с непривычки таким мелодично-журчащим не получается. Ну да впереди еще целая неделя — может, к концу поездки будет получаться.

Длинная дорога сквозь soir-r-r — французский вечер под ненавязчиво-негромко журчащую в автобусе музыку какой-то радиостанции. Дорожные указатели с надписью Chamonix и цифрами, уменьшающимися от раза к разу. Изогнутый высокий мост, еле различимый в темноте, въезд в долину, тоннели, справа промелькнул Лез Уш, и вот уже виден подсвеченный голубоватыми прожекторами ледник, похожий на спину какого-то гигантского диковинного звероящера, и табличка с названием, уже без цифр километров, и ночной городок. Bonsoir, Шамони.

Шамони — совершенно особенное место. И не потому, что здесь — колыбель альпинизма. Да, здесь были первые в истории зимние Олимпийские игры. Да, здесь проходит один из этапов Кубка мира. Да, Монблан. Да, Белая Долина — самая длинная трасса в Альпах, и самая красивая во всем мире. Да, музей во льду. Да, подъемник в перепадом высот в 2837 метров. Да, да, да… Но все эти факты и детали ничего общего не имеют с тем чувством, которое испытываешь каждый раз, когда оказываешься в этой долине, в этом городке, на его улочках. И не опишешь его, это чувство. Но, наверное, именно благодаря этому чувству сюда из года в год приезжают те, для кого горные лыжи — комплекс мероприятий, и совершенно особенная атмосфера этого городка — одна из главных составляющих этого пресловутого комплекса. Ее нельзя передать, описать, выразить словами. Этот коктейль из звуков музыки, журчания реки, разноцветного света витрин и реклам, звезд и освещенного ледника, разноязыкой речи и мерного рокота автобусов, посвистывания сувенирных сурков-мармотов и звона колокольчиков, истории и современности… А какие здесь магазины! А сколько их! Если верить путеводителю — двести… А где еще вы найдете прокаты с таким ассортиментом лыж? А рестораны… И не надо меня разубеждать — бесполезно... И не потому, что я упертый, просто Шамони нужно хоть раз увидеть-услышать-ощутить-пройтись неспешно-поужинать-снова пройтись… Погрузиться в него. Впитать в себя, как в губку, все это вместе взятое. И не надо пытаться сравнивать этот курорт ни с каким другим. Бесполезно. Шамони — особое место. Это я вам ответственно заявляю.

Недолгие поиски кафе или ресторана — bonsoir, bonsoir — «…извините, но уже поздно, мы не готовим горячие блюда в это время…». А над головой — звездастое небо, черное-черное, без малейшего намека на серую московскую облачность. И попадаются навстречу парочки и больше, и жизнь на улицах не останавливается, хотя уже заполночь. И горный воздух вливается в истосковавшиеся по нему легкие, и чуть хрустит ледок под подошвами кроссовок, и если задрать голову, то увидишь двойную звезду чуть ниже, желтее и крупнее остальных — это светятся окна верхней станции канатной дороги на Эгюй дю Миди, выше тебя почти на 3 километра. А из дверей баров вместе с клубами музыки и обрывками громких разговоров вываливаются в ночь очередные дозы шумных англо-франко-итало- ... -русскоговорящих довольных людей, а потом двери захлопываются, люди постепенно уходят и снова наползает тишина, сквозь которую слышно лишь как без умолку шумит река Ль'Арв. Bonsoir.

Утро, просыпаешься рано. Сразу к окну: как там погода? Солнца еще нет. Темные вершины зубчатой каймой прорезают бесцветное небо. Потом небо с одного краешка начинает светлеть, а с другого — темнеть, наливаться цветом, синеть, и, наконец, первые зубчики вершин начинают загораться. Y-e-s-s-s-s!!! Ясно! Только над Монбланом висит полупрозрачная линза почти традиционного овала облака. Автобусы уже ходят. Ближайший подъемник закрутил креслами. Ратрак помигивает оранжевым огнем, ползает, готовит для кого-то склон. «Не склон ты выбираешь — судьбу!» Кто сказал? Перефразировал? Наверное. Не важно. Быстро-быстро в пекарню, где тебе прожурчат утреннее bonjour-r-r, и принести свежий, еще теплый, с изумительной хрустящей корочкой багет и пару мягчайших загорелых круассанов на завтрак. Ветчинка со слезой, нарезанная прозрачными, размером с журнальную страницу, ломтями, трепещущими, словно тончайшая ткань, рвущимися от малейшего прикосновения, куплена еще вчера. Кофейник уже зафыркал и выплюнул тонкую струйку кипятка, вставайте, женщины, сегодня наверху отличная погода, «…поедем, красо-отка, кататься…». Ну когда же они, наконец, все оденут, накрасят, поправят, обсудят, почистят перышки? Лыжи уже в коридоре, сам роешь копытом своего горнолыжного ботинка палас возле двери лифта… Как куда я тороплюсь?? Туда, где свежий воздух, настолько прозрачный, что с противоположного склона, с верхней точки Флежера видна половина Белой Долины со стеной окружающих ее вершин, причем не «различима в дымке», а именно видна. Туда, где этот самый свежий горный воздух можно будет раздвигать плечом, потому что на той скорости, на которой ты собираешься там носиться, его уже можно потрогать рукой, и даже с некоторым усилием… Туда, где кто-то более удачливый уже расписал легким росчерком кантов этот манящий склон, выливающийся из горловины во-он того кулуара над головой. Туда, где куда бы ты не смотрел, твоя голова сама собой через несколько мгновений поворачивается в сторону Монблана и шпиля Эгюй дю Миди…

Автобус с шикарным цветным дисплеем, на котором и карту показывают, и где мы едем, и погоду, слева итальянцы — судя по всему травят анекдоты, справа «…нет, не в том спортивном, что напротив Chanel, а ближе к кафе с факелами, возле которого на улице наливают…» И вот он, съезд с подъемника, и уже первые сотни метров трасс оставлены позади, и кого-то объезжаешь, и повороты ложатся сами собой, и все получается! Катуха!!! Снег, плотно упакованный ратраками и лыжниками, снегопада не было уже больше недели — перед поездкой каждый день в интернете проверял. Жестко, но так классно!!! И народа на подъемник — никого, и можно свалить с трассы вон туда, между камней, и прихватить маленький кусочек целины, крошечный, но ведь надо же и лыжи новые проверить. Супер! И снова одной длинной дугой вылететь к самым турникетам. И ничего, что нужно подождать спутниц, ты ведь здесь, на склоне, на снегу, на лыжах, на солнце, на несильном свежем ветерке, на высоте в два с лишним километра, и вот уже на кресле, везущем тебя снова наверх… И можно полюбоваться совершенно фантастической панорамой с Монбланом слева-впереди, и, повернув голову направо, увидеть чей-то след в кулуаре… А кстати — как это он туда попал?! Ну-ка, ну-ка… Ага!!! Не, ну я туда — нет. Возраст, жена, дети. Блин!!! Да нет, и лыжи длинноваты, там их, пожалуй, не развернешь… Узковато в верхней части. И неполого. Ох-х, как там неполого… Градусов 45, а то и больше… Ну ё-ё-ё… Нет, нет. Ну что ты! Я просто так, смотрю — видишь, как там красиво. Да нет, я не в той форме, чтобы туда пешком… Но как же хочется!!! И раз за разом: короткий спуск, передышка на кресле или в гондоле, длинная затянутая дуга на высокой скорости, серия быстрых коротких поворотов между ползущими коллегами. И вот уже вниз на подъемнике — нижние трассы закрыты, снега мало, да и ноги уже почти не слушаются: жадность, жадность…

Вечереет, и Шамони заливают сумерки, которые ощущаешь почти физически, но воздух по-прежнему свеж, и все ярче разгораются огни витрин и реклам, и на улочках все больше людей — шубы и пуховки, яркие и серо-бурые спортивные куртки, добрые собаки и веселые люди. Быстро перемещающийся, куда-то торопящийся явно приезжий горнолыжный народ чередуется со столь-же явно местным, выгуливающим своих собак, несущим домой длинные как флейта, традиционные батоны с хрустящей корочкой — багеты, обменивающимся короткими кивками с журчащим bonsoir — bonsoir… Разноязыкий народ заполняет площади и улочки, магазины, пьет горячее вино, хрустит блинами возле крошечных кафешек прямо на улице. Рестораны и кафе еще пустые — их час не пробил. Но скоро, скоро один за другим закроются магазины, опустятся решетки на дверях бутиков и только яркие праздничные витрины будут освещать тротуары, по которым до поздней ночи гуляют, ходят, проезжают и пробегают люди — c’est Chamonix. Это не пустые уже в 19–00 улочки Австрийских курортов, где даже кофейни закрываются настолько рано, что просто непонятно, зачем они вообще существуют на горнолыжном курорте. Это не конгломераты сращенных с магазинами и ресторанами гостиничных комплексов современных курортов с цифрами высот 1500 — 1650 — 1850 … в названиях. Конечно, там ski-in-ski-out… Индустрия отдыха. Супер-катание. Ни одного лишнего шага, все идеально продуманно. А здесь — утром на автобус, да и до остановки нужно дотопать, и потом ехать какое-то время, и не всегда сидя. Но зато выбираешь тот регион, куда сегодня имеет смысл ехать. И как же здесь потрясающе хорошо вечером! И это казино на фоне гор, известное всем, кто хоть раз открывал хоть один путеводитель по горнолыжной Франции, и бронзовый первовосходитель указывает перстом толи на вывеску этого самого казино, толи на Монблан — это смотря откуда на него глядеть. И флаги над рекой. И бар с дорогим русскому народу названием «Арбат». И дешевейший спортивный магазин, и совершенно безумный выбор всевозможных горнолыжных причиндалов в бесконечной веренице стеклянных витрин. И затерявшиеся в закоулках микрозакусочные, ресторанчики, блинные и сэндвичные. И галереи с изумительными магазинами, в которых нужно обязательно — bonsoir — bonsoir — неспешно побродить, как говорит моя жена, «для развития вкуса». Может быть, вкуса к жизни? И уже становится меньше народа на улицах, а весь праздный и чуть-чуть уставший за такой длинный день горнолыжный люд плавно перетекает с улиц и магазинов за столики. И шипит мясо на раскаленных решетках, и появляются на столах фондюшницы и раклетницы, и льется в бокалы Cotes Du Rhone, которое в ближайшем супермаркете стоит столько, сколько в Москве — какое-нибудь поддельное грузинское «Киндзмарави» или «Сапареули». Bonsoir, Шамони. И медленно погружаешься в этот самый soir, и растворяешься в нем, в неумолчном гуле разговоров, в шепотке лопающихся пузырьков на пенке принесенного кофе, в густеющем полумраке за окном, сквозь который проплывают прохожие, растворяешься во вкусе такой тягуче-приятной усталости от солнечного дня, ветра, скорости и снега.

И вот уже утро, и снова к окну, и снова Yes-s-s-s!!! Снова солнце! Не бывает такой погоды, просто фантастика!!! И круг за кругом, спуск за спуском, трассы чередуются, остается неизменным только восторг скорости, полуполета, голубого неба, и совершенно невидимого воздуха. И вот уже чуть-чуть устал, и уже в гондоле, идущей на верхнюю точку Бревана. И в такую хорошую погоду сразу нужно спуститься по короткой лестнице в кафе. А может, и в ресторан — черт их разберет. И на эту самую, во всех каталогах показанную, веранду, защищенную от ветра прозрачными пластиковыми щитами. И быстренько занять столик… Господи, как же здесь красиво! И можно заказать дымящийся кофе, и сок, и снять очки, и в ожидании откинуться в кресле на этой палубе, подставив не-по-январски-весеннему солнцу свое вспотевшее лицо. А приоткрыв глаза, снова и снова натыкаться взглядом на шпиль Эгюй-дю-Миди, и опять правее видеть перламутровое облако, легкой шапкой накинутое на Монблан…

А вечером что-то совершенно сверхъестественное. Здесь, в Альпах — тусовка наших людей, которые приехали сюда в очередной раз покататься и пообщаться, и раствориться в Шамони, и встреча и общение с чемпионом мира по ски-экстриму Арно Адамом и великолепными гидами и райдерами Стефаном Даном, Колей Веселовским и Виталием Ильиных, и знакомство с одним из сильнейшим альпинистов России Валерием Бабановым, влюбленным в Шамони, и общение с изумительным тонким художником Геннадием Пылаевым, чьи акварели, написанные здесь, в Шамони, за многие его поездки сюда, в эту долину, потрясают… А вот и райдер Макс Иванов, уже который Новый Год встречающий именно здесь, в Шамони, и победительница экстремальных игр Вероника Сорокина, и неунывающий Леша Горшенин, один из придумщиков этого вечера… Bonsoir, добрый вечер, привет, сколько лет, сколько зим! И вертолет на экране крутит своими винтами на фоне снегов, и кинофильмы о горах — наших и не наших, и одни и те же люди и в зале, и на экране. И песни Арно — на французском, конечно, и мои — на русском, но рядом есть прекрасно знающая русский язык Аньес из офиса по туризму Шамони, которая так трогательно переводит-пересказывает содержание каждой песни на французский, и это совершенно невероятное переплетенье и смешенье русского и французского — разговариваем с Арно, и подходят французы, и говорят спасибо за мои песни, и подходят наши и благодарят Арно за его фильм. И угощенье для всех, кто пришел на этот вечер, вне зависимости от того — наш он или их, билетов не нужно, и денег не нужно — просто, раз ты пришел, значит — любишь горы и лыжи, а значит, bonsoir, и холодная — только что из сугроба — водка, и шестьсот бутербродов с черной и красной икрой, которые нужно доесть всем вместе, потому что до завтра они просто не доживут, и обаятельные французы, и зал наполнен народом, и … все просто классно.

А на следующий день, гуляя после катания-вина-отдыха-душа-сауны, обозревая витрины и людей, горы и городок, яркие одежды и все то, что и создает это неуловимое и необъяснимое притяжение Chamonix, взглядом натыкаешься на человека со знакомым лицом. Неужели?! Да, это он — Херманн Майер, живая легенда горных лыж, которая, чуть прихрамывая, движется в сторону той площади, где буквально через полчаса будет проходить жеребьевка скоростного спуска по трассе Кандахар, завтрашнего этапа Кубка мира в Лез Уше. И болельщики с флагами, и клоунессы с надувными формами типа «мечта юноши», и мальчишки и девчонки в форменных костюмчиках горнолыжной школы Лез Уша, провожающие своих кумиров на сцену — счастливые, они могут увидеть их живьем, и не только увидеть, но даже и подергать за одежду, и вытащить за своего кумира номерок, заветный стартовый номер завтрашней гонки, и даже пожать руку и Херманну, и Ивице — сегодня праздник, гонка будет завтра, и гонщики дружелюбны, расслаблены. И Дарон Ралвз говорит, что сегодня он неплохо катнулся в Валлорсине… Кстати — завтра, после этапа Кубка Мира, именно здесь, в Шамони, награждение победителей в спуске и жеребьевка слалома… И снова дегустация вин департамента Савойя, и опять, чтобы пробиться к прилавку с сувенирами, нужно слегка напрячься — такой давки здесь, во Франции, в магазинах я еще не видел… И победители уже вчерашнего спуска получают метровые чеки с крупными суммами, и многоголосый рев восторга, когда на подиуме жеребьевки кто-то из известных гонщиков или просто французов, да и молодых приветствуют так, что некоторые из них заметно смущены. И вспышки блицев, и телекамеры на помосте, и Акира Сасаки, вышедший на жеребьевку в японской маске и швырнувший ее в толпу — кому-то достался уникальный сувенир, и пляшущие итальянцы на балконе соседнего ресторана, и полутрезвые «разные там прочие шведы» в женских париках… Все перемешано, как ингредиенты в гигантских чанах с горячим вином со специями, которое выпивается в немереных количествах для сугреву тела и поддержания равновесия души. Или наоборот?

Французы — большие патриоты. Они уверены, что их горы — самые лучшие. Лез Арк, Ля Плань, Труа Валле,… — имена курортов говорят сами за себя, других аргументов не требуется. Но австрийцы — патриоты ничуть не меньшие. Если ты общаешься с кем-то из них чуть более плотно, чем в кресле подъемника, тебя обязательно расспрашивают о том, где ты катался, какие курорты нравятся… И конечно, жители родины Штрауса, Моцарта и Гитлера очень удивляются, когда говоришь им о том, что катался во Франции: «Кататься во Франции? На лыжах??? Ведь ты же знаешь — есть Австрия, почему ты ездишь еще и в какую-то Францию?! Тебе что, здесь не нравится? Неужели такое может быть???» Но при слове Chamonix их лица сразу же добреют, удивление сменяется пониманием, в глазах появляется какое-то мечтательное выражение, они кивают головами и соглашаются с тем, что Шамони — «о, Шамони!… Тогда понятно. Да, Шамони…» Нужны ли какие-нибудь другие аргументы в пользу посещения маленького городка у подножия Монблана?

Утром в крайний день нашего пребывания в Шамони я спустился часов в девять из апартаментов, чтобы купить к завтраку свежий багет с неповторимо хрустящей корочкой. На первом этаже возле лифта я услышал за спиной привычное журчащее bonsoir, и автоматически ответил через плечо, даже не обернувшись. Уже сделав следующий шаг, сообразил, что приветствие для такого времени малопригодное — утро на дворе, а значит — bonjour, а никак не добрый вечер… Повернувшись в ту сторону, откуда раздалось приветствие, увидел сидящую на ступеньках в объятьях молодого француза улыбающуюся девушку со счастливыми бессонными глазами: для нее вечер еще не закончился.

Bonsoir, Шамони! И пусть твои вечера никогда не кончаются…

Георгий Дубенецкий Написано несколько лет назад. Но в Шамони и сегодня все так же хорошо...

123►

«Вот и опять между сосен открылась картина…» — Ю. Визбор
Моему первому инструктору Евгению Леонову
Михаил Хавин

Часть I. Горнолыжная
Немного географии, или «А где это?»

Цей

РСО-Алания находится на Северном Кавказе и граничит с КБР с запада и с Ингушетией и Чечней с востока. В республике один гражданский аэропорт — Беслан, официально «Владикавказ» (код OGZ, видимо с тех времен, когда Владикавказ назывался Орджоникидзе). От аэропорта до Владикавказа, столицы Осетии, около 25 км.

Из Владикавказа через ГКХ проходят 2 стратегических дороги: широко известная Военно-Грузинская дорога (по которой до Гудаури всего 78 км); а также менее известная и иногда перепутываемая с ВГД, Военно-Осетинская дорога, ныне проходящая через Рокский тоннель, а потому почти круглогодичная. Собственно дорога начинается от города Алагир (от Владикавказа около 40 км) и проходит в основном по Ардонскому ущелью. В начале ущелья достаточно большое количество целебных источников, преимущественно сероводородных, по-этому иногда в окна автомобиля врывается не самый приятный запах. Тем не менее советую сделать остановку: там, где склоны первый раз близко подходят к дороге, из скалы летит на своем коне Уастырджи — покровитель воинов и путников, Георгий-небожитель.

Дорога и многочисленные тоннели и мосты, находятся в великолепном состоянии и по этому езда по ней существенно отличается от езды по Баксанскому ущелью в Приэльбрусье. Отличается и встречающееся жилье: все выглядит добротным и ухоженным — люди не живут сегодняшним днем. В поселке Мизур, например, построена шумозащитная стена высотой метров 7–8, по типу тех, что на 3 кольце, чтобы машины и река не мешали спокойному отдыху.

Через 35 километров от Алагира, в поселке Бурон, необходимо повернуть направо — начинается Цейское ущелье. В начале дороги на правом склоне фигура сидящего бога Афсати — покровителя туров, оленей, коз и иных благородных диких животных. Вся дорога (11 км) заново заасфальтирована за исключением нового участка серпантина (около 1 км в начале). Но если снегу будет немало, то машина желательна 4х4, чтобы не было проблем на последних 300 метрах. Поэтому и немного дороже: такси берет дешевле, но может немного не доехать.

Хотя постоянное селение в ущелье только одно — село Верхний Цей, где живут около 10 человек, каждый день до Цея из Владикавказа ходят 2 автобуса — утром и вечером.
Монах открывается внезапно: плавный поворот дороги и…. вы понимаете, что ПРИБЫЛИ.

Склон

Склон по сути один, но с вариантами. В отличие от многих иных мест, где катанье происходит по склонам гор, В Цее вы катаетесь по ущелью. Сказское ущелье имеет четко северное направление, но находится на небольшой высоте (около 2 км), по-этому снег (лыжный) лежит обычно с декабря по апрель. Солнышко в феврале показывается на склоне часа 2–3, загорать можно пока едешь на канатке — удобно.

Все варианты связаны с верхней частью: канатки вытаскивают на  так называемый Зеленый Холм — окончание морены Сказского ледника. С верхней станции обычен путь вдоль правого хребта, более крутой  вариант «по лбу» под канатками, а если снегу немного больше среднего, то возможен вариант по левой части ущелья: по реке Сказдон. Есть еще вариант «Прощай — труба зовет» — по природному халфпайпу, но это для веселья. Уклоны до 30–35 градусов (этакий мини-Чегет), длина от 600 до 1200 метров. Все 4 варианта сходятся у промежуточной станции новой канатки (11-я опора старого «кресла»), откуда уже по прямой вниз до нижних станций и жилья. Здесь уже полого (10–15 градусов) и спокойно, достаточно хорошо для обучения (что-то типа «между Миром и Кругозором»). Длина до 1500 метров. Единственный вариант «черного» продолжения — уйти вдоль Монаха по руслу Сказдона до устья к разрушенной гостинице «Горянка». Но потом придется немного пройтись (около километра). Всего можно получить от 2 до 2.5 км различного катания с перепадом 500 — немного по кавказским меркам. Заблудиться невозможно, и тем не менее по устоявшейся традиции спасатели каждый день закрывают склон.
Хребты, ограничивающие ущелье, достаточно вертикальные (бесснежные), но тем не менее лавинная опасность существует. Лавины правда небольшие и в основном в верхней части: из-под Сказского ледника, а также из кулуаров слева и справа от ледниковой морены. По моим сведениям потерь среди горнолыжников не было. В 86–87 годах привезли и поставили лавинную пушку «зенитку». Пушка была пристреляна, но в начале этой зимы ее увезли: кому-то приглянулась оптика и в итоге пушку немного разворовали (на уровне «винтик на память»). Обещали привезти новую. Место установки решено изменить, чтобы была возможность отстреливать и левый склон.

Сказский ледник за последние 12 лет явно отступил, обнажились скалы, ранее бывшие под ним. С верхней станции канатки к нему можно дойти вдоль морены слева. Около 400–500 метров с набором 200. Раньше от него откалывались глыбы и катились вниз, теперь этого не наблюдается — есть резон поставить маленький маятник без промежуточных опор: лавины бьют в морену и попытка в давние времена поставить бугель окончилась очень быстро: в тот же год верхнюю опору вместе с фундаментом лавина благополучно доставила к нижней не взяв оплаты за транспортировку.

Насчет снега и камней. Цей без камней событие редкое, правда бывает. Например в 87 было 3 (!) метра снегу на склоне: катались сверху молодого леса «от стенки до стенки» — по всей ширине ущелья. Но тот год все помнят до сих пор. Обычно камешки встречаются. Летом этого года два 50-тонных Камацу утюжили склон. Камней стало существенно меньше. Но все-таки есть: неделю катались без царапин, а в пятницу три до подложки — оголяться начал склон. Хозяин погоды в Сказской подкове Адай-Хох — посматривайте на него.
Ратрак имеется, но не перетруждается.

Канатные дороги

Их две: старая однокресельная, идет вдоль левой стороны ущелья от альплагеря «Цей», производительность около 300 человек в час; и новая — парнокресельная самарского производства, по правой стороне от бывшего альплагеря «Торпедо» (теперь гостиница «Сказка» или «Цей-3») , производительность более 500 человек в час. Поставлена в прошлом году. Подъем до верхней станции в зависимости от ветровых условий от 11 до 16 минут. Старая канатка готова к работе, но не эксплуатируется в виду незагруженности парнокресельной: очередей даже в выходные нет (мгновенные до 15 человек — это на 2–3 минуты).
Единственная на мой взгляд несуразность — пересечение в районе 15 опоры: в случае полной загрузки лыжи правого сидящего проходят в непосредственной близости от верхней площадки опоры старой дороги. Особенно неприятно, если ветер.

Данный курорт находится внутри горно-рекреационного комплекса и количество находящегося там народа ограниченно сверху числом 1000, что контролируется шлагбаумом в Буроне. По-этому с таким количеством канаток очередей там не может быть в принципе.
Между прочим: Цей это первый из старых курортов на Северном Кавказе, где в постперестроечные времена поставили новую канатку.
Канатка работает с 10 до 15. Неспеша можно выкатить 10–12 раз: спуск занимает от 3.5 до 6 минут

Обстановка

Абсолютно спокойная. Самый распространенный ответ на вопрос «А как с Чечней?» — «Мы про нее по телевизору узнаем.» Непонятно почему все журналисты делают репортажи о Чечне из Владикавказа. Боевая у нас пресса, смелая, медали надо выдавать.
В выходные в Цей приезжают всякие иностранцы — отдохнуть от исполнения своих гуманитарных, а также ОБСЕ-шных и прочих очень нужных  всем нам обязанностей. Селятся где получится, включая сейсмостанцию. При нас там проживали две португалки. Видел чеха, мадьярку и каких-то пожилых и лоснящихся, скорее всего из западной Европы — прикатили на белом «крузаке» с надписью «UN».

Относительно воровства или еще чего: оставлял кофр с фототехникой на ограде нижней станции на пару часов в выходной день — никто не взял. Попробуйте отвернуться на чегетской поляне…..

В ущелье есть своя администрация горно-рекреационного комплекса — в 100 метрах от «Сказки». Там постоянно присутствуют 5–7 милиционеров и пара УАЗов. Зачем? А вот пусть будут.

Спасслужба

В порядке — на промежутке и верхней станции акьи. На склоне всегда несколько человек, есть машина для транспортировки, все с рациями, канатка на связи. Сама база — в полукилометре ниже, у Цейдона. Ближайшая больница — Мизур (27 км).

Часть II. Цейская

Эту часть не стоит читать тем, кто ездит «куда-нибудь, лишь бы потусоваться и покататься покруче». Скорее всего этот курорт вас разочарует и отдохновенья не принесет. Зачем едут в Цей? За тишиной и покоем. За здоровьем и солнцем. За Орионом над Сказским перевалом. За душой, если ее перестал чувствовать. За собой.
Если в первой части максимально «осушенные факты», то здесь эмоции, от которых никуда не деться в этом благостном месте.

Посмотрим назад

Не претендуя на какое-либо серьезное исследование, несколько выводов.
Несомненно что арии были оставлены как охрана перевалов. Видимо, когда Рама в Индию шел. А может позже, когда персы перекрыли Дербент и пришлось искать обходные пути. Не принципиально. Ассимилировались. Но язык, внешний вид, традиции (племя библейское), предания, религия, пантеон и отношение к богам… вообщем история алан это тысячелетия.
Сначала скифы, потом сарматы. Самых беспокойных и боевых увели пробегая гуны. Остались спокойные и уверенные — жить на своей земле.
Существенно иное по сравнению с соседями отношение к женщинам: их уважают, к ним прислушиваются. На склоне достаточное количество хорошо катающихся местных дам, в том числе и замужних. Где вы еще увидите такое?
Тем не менее конечно подчиненное положение — патриархат. За одним столом вместе с мужчинами не сидят. С другой стороны, как говорит моя теща: «Если мужчины собрались поговорить — чего им мешать». В сказаниях Шатана часто выступает мудрее чем весь нартский ныхас.
Детальнее — читайте. Сейчас много печатают.
Дают обоими руками. Накормят причем до состояния невставания. «Гость всегда готов, хозяин — не готов».

Реком

Место святое, сакральное. Не всякого пустит, не всякому позволит. В старом святилище, которое сгорело несколько лет назад, хранились боевые доспехи и шлем Ос-Багатара — аланского царя времен Золотой Орды. С 1306 года.

После того, как случилось несчастье, молодые люди решили восстановить святилище. Несколько месяцев босиком (земля то святая), собирали без единого гвоздя. Чтобы доставлять бревна пришлось наладить тросовую переправу через Цейдон. Когда закончили, собрались старейшины, по древнему обряду освятили и устроили игры и празднование.
Видели бы вы глаза того человека, который рассказывал об этом. Гордость за свой народ и уважение. И сожаление что многие не видели этого праздника.

В начале тропы висит предупреждение: «Вы находитесь у святыни, завещанной нам предками. Не разрешается курить, распивать спиртные напитки,  сквернословить. Будьте достойны памяти своих отцов.»

Энергетика такая, что только держись. Хотел сфотографировать вблизи. Рука не поднялась. Хотя в объектив «прицелился» — хороший был сюжет. Безотказный Canon 500N с которым где только не бывал, задурил, перестал нормально работать экспонометр, в результате несколько кадров в явной недодержке (только на третьем заметил). Вынул батареи и оставил на  ночь. С утра в порядке. Я не шучу.

Цейское ущелье

Чудно не только возле Рекома — во всем Цейском ущелье «прет». Несколько событий субъективных, личных — это для своих. А вот достаточно отвлеченно: по преданиям, Шамбала имеет на Земле 2 энергетических двойника. Один понятно где — Алтай.

Долина реки упирается в ледяную стенку высшей категории сложности. Над ней коническая вершина. За вершиной чрезвычайно тяжелое для прохождения ледовое плато, с названием «черный». Вы думаете я про Белухинский узел и Аккемскую стену? Гора называется Уилпата, а ледник за нею Караугом. «Кара» по-тюркски «черный». А перед входом в Цейский цирк гора Монах и святилище Реком.

А еще мы там видели цветной снег. Ну голубой это многие видели. А вот оранжевый как апельсин видели? Это не глюк: внешний фирн — оранжевый, а под проломленной коркой для контраста — белый. Но это было давно — в памятном 87, когда «…с Монаха лавины одна за одной на Цей постепенно сползают». Да-да снегу было так много, что даже со стенок Монаха эпизодически сваливались лавинки. А по неутоптанному снегу приходилось добираться до тропинки «вплавь» — лежа на пузе и гребя руками.

Несколько камней с рисунками. После поворота на Верхний Цей с одной стороны Джугашвили (ну это традиционно для Кавказа), с другой Коста Хетагуров. Плиев. Раньше было два камня: по дороге в «Горянку» и в Цейдоне у нижнего моста. Сейчас камень в реке лежит навзничь. А тот который у «Горянки» производит тяжелое впечатление: как привидение проступает из камня (краска частично смыта). И следит глазами.

Альплагерь «Цей»

Атмосфера существенно отличалась от других горнолыжных лагерей. Здесь было не принято выходить на склон неготовым. Здесь «бэмц» поднимал в 8 утра на зарядку, которую делали все в охотку добровольно (не обязательно силовую, но пробежка, растяжки, легкая гимнастика — чтобы тело проснулось). Здесь играли в футбол по пояс в снегу. Представляете «рывочки» по 3–5 метров, чтобы дать пас и упасть мордой в этот пушистый ослепительно белый снег.

Все инструктора были приезжими — из Москвы как правило. Учили великолепно — за неделю ставили на лыжи с нуля до точки. По итогам каждой смены проводили соревнования по четырем категориям: опытные и неопытные, женщины и мужчины. А знаменитая фраза: «Падшие женщины и не кончившие мужчины: просьба собраться у судейского столика»! И обязательная минутная разминка перед первым спуском — чтобы разогреть суставы.

Как катались инструктора — отдельная страница. Они катались как пели. В трубе они позволяли себе выпрыгивать в воздух  на контрсклоне в том месте и так, как им хочется. Большинство трюков, которыми сейчас «крутеют» ньюскуллеры, они выполняли «влегкую», с учетом возможностей, которые давал склон конечно. Даже сальто делали. И самое главное: они работали, то-есть учили всех и каждого.

По понедельникам канатка не работала — профилактика. И тут каждый развлекался как мог. Кто-то ходил на Реком и в гости в Торпедо или Горянку. Кто-то пешком ходил до верхней станции — чтобы не терять время. Причем это бывало и в обычные дни с утра.

7 часов, еще сумерки:
 — Миш, а Миш! Пора, вчера собирались, — Леонов уже полуодетый толкает кровать. Вставать неохота, но вчера действительно договаривались до завтрака скатиться разок. Ну его! Я сюда отдыхать приехал, а не бегать по горам. Приоткрыв один глаз:
 — Евгений Николаевич, идите на хлм! Я спать буду.
Название «Зеленый Холм» позволяло послать в рамках цензуры, только надо «проглотить» букву «о».
 — Вставай, тебе говорят! Солнце уже встало!
Аргумент. Встаешь, умываешься снегом для бодрости и вперед! Через менее чем полтора часа наверху. Солнышко только-только трогает Адай-хох. Снег скрипит с ночного мороза.
 — Кто у нас сегодня на стреме?
 — Костю вроде просили….

Дело в том что в Цее можно было исполнить уникальный трюк: подъехать на лыжах к кровати. Для этого надо было: рискнуть и свернуть со склона на лыжню через лес; пролететь по ней, зная, что тормозить негде; влететь на мостик, ведущий на второй этаж инструкторского корпуса; при этом «стоящий на стреме» в холле должен был открыть входную дверь; ну и самое главное — надо было жить в комнате напротив этого мостика.
А один раз двое забрались на башню, как на скальную стенку, и провели там сутки в гамаках: чтобы не терять форму — внизу все равно делать нечего. Супчик и второе мы им снизу к веревкам привязывали.

А еще откапывали шестую опору. И катались по Сказдону вниз как по столу — это когда в 87 снегу подвалило.

Визбор

Юрий Визбор бывал в Цее достаточно часто. Я его уже не застал. А по словам инструкторов мог нагрянуть внезапно, сесть в столовой на стол и несколько часов не выпускать гитару из рук. По-этому в частности в альплагере было огромное количество «первых» записей. И единственное, что можно было услышать по вечерам с километра от лагеря — чистые записи Визбора. Где теперь эти бобины… Жаль если утеряны. (Прим. редактора: у меня есть копия одной из записей)

Одна из вершин в Сказском ущелье носит его имя.

Визбор был дружен с Рюминым. «Нам бы выпить перед стартом» написана в Цее. «Орбиту» построили по инициативе Рюмина, но после смерти Визбора, он там почти не бывал.

Еда

Из местных блюд традиционные для Кавказа шашлыки. Но интереснее фычины. Фычин это печеный пирог диаметром 40–45 см с разным наполнением: сыр, мясо, свекольные листья…. Оторваться невозможно. Отползти или упасть. В барах настоящее грузинское вино, у осетин с вином не очень — нет традиции. Попробовали Оджалеши. Ммммм…. Была всего одна бутылка. Мизинец за вторую.

Сами аланы пьют пиво. Но какое! Казбек, хозяин бара у старой канатки, угостил меня в 91. Вкус необычный — нечто среднее между пивом и квасом. А когда я попросил еще, повел в заднюю комнату и показал огромные чаны (более метра в диаметре). Он готовил тогда на праздник весны. Сейчас пива в ущелье нет — некому делать.

Эпилог. Почему пишу.

Одной ярко выраженной причины нет.  Во-первых я пытаюсь хотя бы частично отдать долги всем тем, кто подарил мне счастье: Осетии; Цейскому ущелью; людям, которые живут и работают там; Альплагерю «Цей»; его инструкторам,… короче всем, кто. Во-вторых я надеюсь, что этот опус позволит многим, стремящимся туда вновь, но не владющим информацией. А в-третьих может быть кто-то из еще небывавших заинтересуется и приедет. И в нашем полку прибудет.
Если тебе хорошо, поделись с другими.

Да Бон Хорж, Осетия!

Андерматт

Любители снежной целины и фанатики внетрассового катания смыслом своей жизни уже долгое время считают поиски мест, свободных от людской толчеи и модной окологорнолыжной тусовки. В своих поисках счастья они руководствуются представлениями о внетрассовых возможностях таких знаменитых мест, как Шамони, Вербье и Сант Антон. Однако наряду с этим подобная публика считает, что снежный рай не должен быть столь популярен, а природные условия должны быть таковы, чтобы предоставить (в результате начавшегося в обед и продолжающегося всю ночь снегопада) достаточное количество наисвежайшей качественной пудры. Тщательные поиски, в течение долгих лет предпринимаемые охотниками за целиной, на какое-то время принесли результат в виде новых мест катания.

Заслуженные паудер-фаны, искавшие прежде дозу адреналина в Шамони, рванули в сторону Ля Грав, где толпой прошлись по местным склонам. Бывшие завсегдатаи Валь д'Изера стали регулярно делать налеты на район Сент Фой. Нереальные 2300 м перепада, которые дарит Аланья в Италии, превратили это место в культовую область любителей внетрассового катания.

В 90-е, на пике популярности сноуборда, возвращение лыж в виде моделей для карвинга, целинных моделей и лыж для ски-тура, также как и возросшая популярность собственно внетрассовых спусков, привели к тому, что снова встал вопрос о поиске новых мест, пригодных для катания. Таких мест, где энтузиасты зимних видов спорта могли бы осуществить свою мечту — кататься в стороне от подготовленных трасс. Несмотря на такой всплеск популярности фрирайда во всем мире, в сердце альпийских гор долгое время оставалась незаметной маленькая жемчужина, быстро превратившаяся в настоящее Эльдорадо фрирайда... Но так было не всегда.

Началось все 130 лет назад, в то время, когда швейцарцы еще не совсем представляли, что делать в этим «белым золотом гор». Местные жители маленкой горной деревушки Андерматт, лежащей на северном склоне перевала Сент Готтард, решили открыть свой край для европейского туризма. Великолепные отели, такие, например, как отель «Белльвю» (1872), «Гранд отель Даниот» (1880) и отель «Готтард» (1890), появившиеся у подножия горы Гемсшток, превратили бывшую деревню в один из самых модных курортов Европы конца XIX века.

В 1904 году в общине Андерматт появились четверо норвежцев, вместе с которыми на курорте появилась и такая новинка, как техника катания на лыжах в стиле телемарк. Андерматт стал быстро развиваться как мировой центр лыжного спорта. Задолго до того времени, как производство подъемников стало массовым во всем мире, здесь уже вовсю строили устройства для подъема лыжников на гору — в 1937 году второй в Швейцарии подъемник был построен именно в Андерматте.
Как и для многих других курортовВторая Мировая война стала для Андерматта тяжелым испытанием. На какое-то время туризм вообще исчез из Европы, и прошло много времени до того момента, когда швейцарцы стали восстанавливать свои люкс-отели. Пол-столетия понадобилось для того, чтобы местные общины, при полном отсутствии туристов, нашли средства на реставрационные работы. В течение второй половины XX столетия в разных альпийских регионах появились многочисленные горнолыжные станции, а великий и гордый Андерматт тихо дремал в полной безвестности.

Сегодня курорт вновь обретает былую популярность, прежде всего предлагая отличные возможности для катания лыжникам всех уровней подготовки на обширнейшей территории площадью 300 кв. км, которая включает несколько районов на склонах трех горных массивов, связанных между собой 12-ю подъемниками и 56 км подготовленных трасс. Однако протяженность внетрассовых спусков на столь огромной площади в 10 раз превышает длину склонов, обработанных ратраком. (Тут нужно сделать одно замечание — чтобы попасть наверх, предстоит отстоять в очереди час или два.) Так сноуборд- и фрирайд-революции в начале нового столетия ворвались в длинную историю Андерматта как центра зимних видов спорта, на этот раз во многом благодаря новому поколению фрирайдеров.

Дорога в направлении Андерматта — извилистый серпантин, вьющийся между горных громадин и глубоких пропастей. Рядом с автомобильной, в тени гранитных стен, проходит и железная дорога. Многочисленные туннели и козырьки на протяжении 6 км до высокогорного плато, защищают автомашины и поезда от схода снежных лавин. На этом плато раскинулся один из районов катания, относящийся к Андерматту — Хоспенталь.

300 лет назад здесь был прорублен первый туннель в гранитных скалах. Страшноватая дыра в горе, известная под названием Урнерлох, в ширину была не более 2 м. В 1707 году великий Гете описал в своих заметках путешествие через этот туннель и открывшуюся затем панораму высокогорного плато: «Из всех мест, которые я знаю, это — самое интересное и любимейшее».

Через 100 лет, в 1804 году, немецкий поэт и драматург Фридрих Шиллер, чья драма о швейцарском герое Вильгельме Телле обессмертила его имя, так описал Урнерлох: «Думаешь, что находишься в королевстве теней, но вот открывается черная, ужасная дверь, и взгляду предстает удивительный мир, где можно видеть праздник Весны и Осени. Хотел бы я убежать в эту счастливую долину от всех трудностей и страданий жизни».

От действительности можно убежать и сейчас, сюда, в царство настоящей зимы, в долину, над которой нависает вершина Гемсшток (2963 м). Эта гора оборудована двумя бугельными подъемниками для начинающих, двумя очередями гондольной канатки, которая поднимает на самый верх и одним кресельным подъемником. Небольшое количество канаток с лихвой компенсируется богатейшими возможностями разнообразнейшего внетрассового катания, для которого — в другом месте — понадобилось бы штук 25 подъемников или больше. Поэтому путешествовать здесь в одиночку очень не рекомендуется, нужен инструктор. Да вот хотя бы Карлос Даниот, который в свои 33, уже шесть лет является самым молодым начальником над всеми трассами Андерматта. Быстро, и — главное — вовремя, он получает всю актуальную информацию о состоянии лавинной опасности над трассами, к тому же он «на ты» с каждой скалой, каждым деревом и каждой трещиной во всем районе. Когда Карлос бывает свободен от основной работы, он с удовольствием покажет свои любимые маршруты. С Гемсштока в изобилии ведут крутые и опасные спуски, здесь быстрее, чем хотелось бы, можно «на деле» понять изречение «Вы упали — следовательно, вы умерли». Склон, который в данный момент может находиться перед вами, вдруг оказывается неимоверно крутым, изобилующим скальными выступами и камнями, поэтому если нет особого желания превратиться в фарш для гамбургера, лучше проявить осторожность. Инструктор подождет. Зато потом вы попадаете на девственно чистые снежные поля, абсолютно не тронутые после последнего снегопада!!! И тут уж ничего не остается, как вспомнить Шиллера, когда он открыл дверь из мрачного и страшного Урнерлоха и увидел прекрасную долину.

Трасса Кулуар Шарли — не прогулочная дорожка в парке. Это длинный, задутый ветром до состояния бетона обледенелый склон с уклоном в 45 градусов. Одного взгляда в эту пропасть достаточно, чтобы сердце любого горнолыжника очутилось в штанах, а его пульс ускорился до частоты вращения маминого миксера. Единственная мысль, которая сейчас в голове — на кой ляд я вообще сюда забрался?!

Однако Карлоса и компанию эта мысль, похоже, вовсе не напрягает, а вот и вы уже стоите рядом, в нескольких сотнях метров ниже, восстанавливая контроль над дыханием и разглядывая ТО, откуда вам повезло выбраться. Правая сторона кулуара — мягкий глубокий снег, левая — фирн, а середина — ломкая снежная корка. И все это снежное многообразие — на ширине менее 20 метров. Через 500 метров спуска с вершины, как раз посередине, торчит одинокая скала, после которой начинается огромный широченный склон с настоящей пудрой! И только здесь вы сможете увидеть следы других поклонников целины, добравшихся сюда другими путями. Но склон настолько неправдоподобно широк, что каждому хватит места, чтобы нарезать дуг по этой целине, а в зависимости от погоды сделать это можно и с северной, и с южной стороны, чтобы потом без проблем выбраться в долину.
Позже, отдышавшись, в кабине подъемника, разглядывая огромные снежные просторы и прикидывая очередной маршрут, нет-нет да и проскользнет мысль: «Неужто кому-то еще удалось сделать ЭТО?»

Район Готтард-Оберальп — обширный район в сердце Альп, включающий 166 км трасс всех категорий сложности и 34 подъемника.

Спуск с ледника Гемсшток назван в честь олимпийского чемпиона Саппоро Бернара Русси: «Это моя самая любимая трасса и один из красивейших спусков в Альпах. Для каждого горнолыжника это просто фантастика» — говорит Русси о 4-километровом спуске. Зимой 98–99 года здесь впервые состоялась гонка Бернар-Русси-даунхилл: длина трассы 3500 м, перепад 850 м, всего четверо контрольных ворот, средняя скорость100 км/ч. Из 18 участников первым был сын Бернара Иан Русси.

Павел Черепанов
По материалам журнала SKI Magazine

За окнами автобуса, идущего на убаюкивающе стабильной скорости, убегали назад виноградники. Потом начались предгорья, и по обеим сторонам дороги на фоне гор начали появляться замки. То полуразрушенные, то тщательно отреставрированные, они всегда красовались на самых красивых местах — те, кто выбирал холм или склон горы для строительства, явно обладал чувством прекрасного. А может быть, просто любил горы…

Когда в очередной раз выбираешь, куда поехать, поначалу все кажется простым: Альпы, само собой разумеется (если живешь не в Азии и есть загранпаспорт). Альпы? Куда? И тут все просто: если хочется необъятных зон катания — дорога во Францию, а предпочитаешь отлично подготовленные склоны в сочетании с продуманностью не слишком гигантских регионов и коротким перелетом — впереди Австрия. А Италия? Пока эта страна только на третьем месте по популярности среди наших горнолыжников. И, кстати, не слишком справедливо.

Что же отличает горные лыжи по-Итальянски? Прежде всего, сами Итальянцы. Несмотря на совершенно непонятный для подавляющего большинства россиян язык (английский-то многие понимают, да и французский с немецким в наших школах частенько преподают), они очень близки к нам. По духу, экспрессивности (правда, она в нас слегка задавленная, до состояния «…ть!!!», выпущенного сквозь зубы), по желанию и покататься, и попить, и вообще по всему прочему.

Среди «всего прочего» сообщу, что многие из Итальянцев на своих участках сажают картошку, морковку и прочие дары подмосковных шестисоток. А знаете, что они еще и мясо сами себе иногда вялят? Не везде, правда, но там, где удалось побывать — точно. А что начинают за праздничным ужином с белого вина, затем, в случае мясных блюд, следует красное, и завершается все это ликерами домашними или граппой, как следует выдержанной, да еще нескольких сортов? Так что близки мы с ними, точно я вам говорю.

Да и не только люди близки, очень по душе многим из наших соотечественников приходится Italian Life/Ski Style. Не знаете, что это такое? Немножко истории. Еще лет десять назад нашего соотечественника в Альпах можно было легко определить по нездоровому блеску в глазах и совершенно изможденному и вместе с тем неудовлетворенному виду после закрытия последнего из подъемников: «эх, закрыли, а ноги-то болят, но еще держат!!!» Сейчас все чаще и «наши люди» помимо катания вкушают радости жизни полной чашей. И накатываясь, и отведывая яства местные, и вкушая напитки локальные, и отмачивая свои чресла после катания во всяческих спа и гидромассажных ванночках на тонну-другую энергично струящейся во всякие натруженные за день спины подогретой водички. Вот такое отношение к катанию, как мне кажется, и отличает горные лыжи по-итальянски. И при этом подготовка трасс превосходная. Хорошо-то как!

И где-ж такой рай на земле, спросите? А в Италии, как раз, и есть. В частности — в долине Аоста — Валь д'Аоста, что лежит между Миланом и Монбланом, подальше от первого и поближе ко второму. Это самая маленькая провинция Италии, но вдобавок и самая богатая горами. Знаменитые вершины Монте Роза, Червино (Маттерхорн), Монблан и Гран Парадизо окружают долину-провинцию. Долина Аоста граничит на севере со Швейцарией, а на западе с Францией, здесь проходит главная дорога во Францию по знаменитому туннелю под Монбланом, так что до Шамони — побратима Аосты, рукой подать.

Местечко это занятное: еще до нашей эры Август Октавиан здесь отметился, правда, нехорошо: по его указанию тогдашнюю еще не Аосту разрушили, а на её месте 3000 солдат преторианской когорты основали впоследствии город, названный ими Augusta praetoria. Именно в современной Аосте — центре одноименной долины, имеет смысл оторвать драгоценное время от шоппинга (хороший здесь шоппинг, право слово!) и отмокания в ванно-бассейных комплексах, и пройтись по городу, спуститься под освобожденные от земли арочные своды, «сработанные еще рабами Рима» и потрогать застывшие в камне тысячелетия. А потом вынырнуть из подземелий и зайти в самый старый в долине собор Сант Орсо, полюбоваться на барельефы — они на полторы тысячи лет моложе древнеримского города, но от того не стали менее интересным. Съездить посмотреть, наконец, римской-же постройки мост через реку Дора-Бальтеа в местечке Pont-Saint-Martin. А по дороге обязательно заедьте в Verres! Там вы узнаете, что такое настоящий спек.

Какие в Аосте колбасы! И делают их в этой-же долине, на заводике Бертолин в местечке Verres. Делают из всяческих свиней и коз, выращенных здесь-же. Домашнее, так сказать, мясцо. Основное отличие от привычным нам мясных деликатесов — ихние колбасы не коптят, а вялят. То есть натуральные — дальше некуда. Но самое главное угощение- это шпик. То есть, извините, спек. Так, в отличие от продавцов наших магазинов, Валь-д'Аостанцы называют нежное сало. И вкусное, между прочим. А в ответ на наши вопросы: почему-де вот граппа в каждом ресторане разная, ликеры тоже, а вот спек — везде одинаково вкусен, ответствовали, что это неудивительно, поскольку он, как и все колбасы, изготавливается в строжайшем соответствии с жесточайшими стандартами. Да, и знаменитые сыры фонтина долины Аоста тоже, между прочим, не просто так делаются. Зачем так подробно о заводике? Чтобы знали, куда ехать за деликатесами. И сырами, и колбасами, и спеком, и мясом, и вином! Потому что при заводике магазинчик с таким выбором, что оттуда невозможно уйти без свежайших съедобностей. Очень рекомендую!

А вот граппу каждый изготавливает свою. Точнее не каждый, а тот, кому дадена властями специальная лицензия, так что за утренние последствия можно не опасаться. Откуда знаем? Дело в том, что неподалеку от того самого заводика, в местечке Arnad есть изумительный пункт общественного питания — траттория l'Arcaden. Найдите время — поезжайте в этот трактир. Простая еда, простые столы, простые взаимоотношения с хозяином, который сначала лично обслуживает гостей, а потом тем, кто ему глянулся, лично принесет лично им сделанные граппы самых различных свойств, вкусов, цветов и крепостей, и лично будет потчевать, выспрашивая мнение чужестранцев. Удивительно приятная процедура — общение с итальянским грапподелом после плотного ужина. Правда, потом из-за стола встать сложно, но вкус, как говаривал Аркадий Райкин, спесифиссесский.

В один из вечеров очень рекомендую отправиться в водный центр, расположенный в отеле Mont Blanc Village в La Salle, и поблуждать в узеньких коридорах, выложенных камнем, открывая за каждым поворотом то комнату отдыха, то небольшую сауну, то неожиданно попадая в открытый дворик, где лежащий народ любуется видами на Монте Бьянко — то есть Монблан.

А перед тем, как расслабиться в самом крупной водном центре долины, закажите себе «на потом» столик в ресторане La Cassolette. Закажите, не пожалеете! Там истый Валь-д'Аостанец Клаудио Сантин такие чудеса творит, что слава его идет по всей Европе. И если любите рыбу, закажите форель из «вон той речки», приготовленную четрьмя различными способами. Но заклинаю: не ешьте почерневший и потрескавшийся сыр! Эта штука будет посильнее всяческих обросших плесенью мягких вариантов, причем вкус его поражает еще сильнее, чем запах, уж поверьте… Можно и так сделать: перед отъездом в Италию съешьте кусочек того, что в наших магазинах продается под именем «Пармезан», а будучи в La Cassolette попробуйте ихний «Пармеджано». Разница во вкусах вас неприятно удивит. Так вот этот самый черный сыр на порядок специфичнее…

И не заказывайте в ресторанах никаких вин, кроме местных. Во-первых, где еще вам представится возможность попробовать столько чудесных ароматных вин, изготовленных «по заветам дедов» из винограда, который растет «вон там», а давится и впоследствии выдерживается «вот здесь»? Или ощутить разницу между обычным вином, и тем, которое делается из винограда, выращенного на одной лозе? Белые, красные, и у каждого — свой букет, цвет, и все непохожи, и все очень хороши…

Наутро, на свежую голову, можно посетить охотничий домик одного из последних королей Италии. Правда, впечатление двоякое: с одной стороны, среди королей было немало охотников, но сколько же сил нужно было потратить на то, чтобы извести несколько тысяч оленей и серн, отобрать у них рога и этими рогами украсить несколько залов этого полудома-полузамка… Справедливости ради нужно отметить, что часть территории долины занята под Национальный парк Гран Парадизо, располагающийся также и на территории соседнего Пьемонта. Этот парк является личным подарком Италии от короля Виктора Эммануила III, пожертвовавшего государству свои собственные охотничьи угодья. Может, совесть за предков заела?

А вечерком можно часть времени провести в знаменитом казино Сент Винсент, одном из четырех в Италии. Казино, право слово, впечатляет. Приятное местечко. Особенно если убрать оттуда всех китайцев, клубящихся вокруг пары столов с какой-то непонятной игрой. А можно и в более строгие — французские — залы подняться, там их нет, только европейцы. Причем жителей Аосты сюда не пускают: пусть в долину притекают денежки со всей Италии, да что там — со всего мира, а вот у местных жителей при этом не убывают. Сам городок тоже непрост — еще в 1770 году местный аббат обнаружил у термальных вод целебные свойства, и с тех пор кто здесь только не побывал! В течение XIX века здесь любили поправлять здоровье женщины из итальянской королевской семьи. А ныне существующее казино было открыто в 1946 году. С тех пор здесь и крутится рулетка…

Про один из отелей — Mont Blanc Village, расположенный в местечке La Salle, уже упомянул. Здесь имеет прямой смысл остановиться, если планируется катание в Курмайоре. Нужно сказать, что если остановиться в этом отеле, можно выбрать себе номер с джакузи на собственном балконе, и после катания полеживать в бурлящей водичке, попивая легкое винцо и любуясь панорамой того самого Монблана. А чадо тем временем будет пропадать в сети, причем компьютер с собой брать необязательно — в каждом номере соответствующего уровня он уже имеется.

Если планируете жить в Аосте, не обойдите вниманием отель Milleluci. Впервые в жизни мы спали на шикарной кровати под балдахином. Не знаю, излишества ли тому причиной, воздух или катание, но спалось там великолепно. Особенно после водных процедур, возможности для этого в отеле имеются — свой водный центр. И запланируйте потратить время на посиделки у камина в очень уютном холле, украшенном неимоверным количеством изделий местных умельцев — резчиков по дереву. Да и в ресторане отеля задерживаешься надолго — он представляет собой и музей резьбы по дереву и уголок мастерской одновременно.

А вот в Gressoney-La-Trinite, в отеле Jolanda Sport, жить хорошо, если катаешься в Монте Розе. Я больше нигде не жил в отеле, в здание которого встроен подъемник, ведущий прямо в зону катания. Сразу вспомнился фильм «Отель «У погибшего альпиниста», хотя здесь и отель, мягко говоря, классом повыше, и подъемник кресельный. Если остановитесь здесь, ski-in-ski-out гарантирован. Правда, по качеству шоппинга долина Грессоней и Монте Роза уступает Аосте. Но катание здесь просто великолепное!

Честно говоря, не хочется писать о количестве подъемников, километрах трасс и всем прочем «табличном материале» — все это легко и просто находится в Интернет или в любой туристической компании, организующей туры в Валь д'Аосту. Остановлюсь очень коротко на том, что, на мой взгляд, характеризует курорты долины, на которых нам посчастливилось, что называется, катнуться.

Пила. Самый близкий к Аосте регион катания. Прежде всего, отмечу, что подъемник к нижним станциям катальной зоны стартует прямо возле городского железнодорожного вокзала, то есть от центра Аосты до трасс добираешься за 17 минут. Можно жить и в Пиле — здесь есть несколько небольших комплексов апартаментов и 9 отелей, но пока после катания подъемник останавливается и, отправившись в город на шоппинг или на прогулку, для возвращения поздно вечером придется пользоваться услугами такси. Правда, сейчас рассматривается вопрос о продлении времени работы этой гондольной дороги, так что есть шанс на то, что связь верха и низа будет такой же постоянной, как, например, в Мерибеле.

Этот регион очень удобен для родителей с детьми. Здесь великолепные условия для обучения: длинный детский подъемник, в группы детей берут с 4-х лет, а индивидуальные занятия иногда даже с 2,5 лет! Взрослым начинать кататься здесь тоже отлично — к их услугами пологий склон, который обслуживается кресельной дорогой. Компания лыжников и бордеров с различными запросами в Пиле отлично проведет время, а встретится за обедом. Прокаты, парочка кафе, несколько магазинчиков, да комплексы апартаментов за парковкой — вот, собственно, все, что есть на «основном пересадочном узле». И конечно — трассы! Особенностью Пилы является во-первых, довольно большой по площади и распределенный по разным склонам регион, протяженные трассы, плавно перетекающие по переменному рельефу то среди лесов, то выше — на склонах без растительности. Благодаря тому, что экспозиция трасс разная, есть возможность выбирать в любое время дня выбирать освещенность — хочешь в тени, хочешь на солнце. Как и подобает хорошо спланированному курорту, основная часть трасс средней сложности, черные также присутствуют, но «по ошибке и без вариантов» на них не попадешь. С верхних станций подъемников открываются очень красивые виды — видны и Монблан, и Маттерхорн, и цирк Монте Розы. Грамотный регион, понравился, причем именно для катания в «итальянском стиле». А вот поклонникам протяженных non-stop сафари лучше, наверное, отправиться в Червинию.

Бреуль-Червиния не нуждается в рекомендациях, этот регион давно облюбован нашими лыжниками. Причиной тому — соседство с Церматтом и возможность хоть на часок заглянуть в Швейцарию, а за отдых заплатить по расценкам Италии. А тут еще и в Шенген Швейцария с этого года вступает, так что, как говориться, «сам Бог велел». Однако на самом деле возможность свалиться в страну часов, банков и шоколада — далеко не самый важный аспект выбора, если речь идет о Червинии. Хотя легендарный Маттерхорн выглядит просто фантастически именно из Церматта. Но ведь сюда едут прежде всего за катанием? «Их есть у меня…» Регион, центральная часть которого расположена у подножия Монте Червино (с другой стороны эта же гора называется Маттерхорн) — высокий, по ледниковому просторный. Нужно, правда, не заблудиться в паутине трасс (их здесь 180 км) — если уедешь в долину Валтурненш и припозднишься там, это еще полбеды, а вот загулявшись по Церматту можно и на крайний подъемник опоздать. Этот регион особенно рекомендую любителям погонять, хотя об этом уже много раз написано. А если заехали сюда на один день — обязательно заберитесь на самую макушку, где в недрах ледника у подножия Кляйн Маттерхорна вырублен ледяной музей, а после катания погуляйте по городку Бреуль-Червиния. Тут хорошо. И дело даже не в появившихся вывесках на русском языке или знакомым триколором над входом в бар, и не в ресторане с названием Samovar — здесь просто приятно. Да и времени много не потребуется — центральная улочка с прекрасными спортивными магазинами не слишком длина. Но очень живописна, да и вообще на склонах Червинии и Церматта очень красиво — фотоаппарат наверняка пригодится.

Любителям фото и видео-съемок action настоятельно рекомендую посетить еще один регион долины Аоста — Монте Роза. В первую очередь этот регион не только прекрасное место для катания лыжников всех уровней, но и настоящий рай для любителей внетрассового катания. Такие спуски, такие просторы, такая красота… Здесь даже весной проводятся, бэккантри соревнования по весьма протяженным маршрутам… Вдобавок, если целины очень хочется, а в пределах пешей досягаемости все уже раскатали (хотя места для целинных спусков просто море, особенно если немножечко размяться в режиме бэккантри от верхней станции подъемника), достаточно съехать в Шамполюк и записаться на хели-ски… Но это уже немножко экзотично. А вот если во второй половине дня спуститься именно в сторону Шамполюка, да взять с собой не только фотоаппарат, но и человека, который умеет кататься по целине и немножко прыгать… Ручаюсь: даже если фотограф не будет сходить с трассы, а лыжник — забираться в дальние дали, от сделанных вами в этот день кадров у друзей будут вырываться восхищенные восклицания. Уж больно здесь и свет хорошо падает, и места для съемок подходящие. Да что рассказывать — заезжайте — увидите сами. А после катания можно съездить в замок королевы Маргариты, который расположен ниже по долине Грессоней, и прогуляться к этому замку по заснеженному лесу, и полюбоваться витражами и живой мебелью, и оценить вид, который открывается из окна кабинета монаршей особы, которая, кстати, занималась альпинизмом, а на обратном пути сделать короткую остановку в крошечном Грессоней Сен Жан и погулять по узеньким улочкам, прихватив с собой фотоаппарат. И конечно, не забудьте, что кофе в долине Августа умеют готовить везде. От ресторана до самого простого бара. В крови у них это, что ли…

Ничего не скажу про другие регионы долины Аоста, хотя такие курорты, как Курмайор, откуда можно спуститься в Шамони по знаменитому спуску Белая Долина, или Ла Туиль и известны, и популярны, и хороши. Просто туда мы пока не добрались. А вернуться хочется, и не один раз, и желательно, не на одну неделю. Ведь 800 км трасс, которые расположены в долине у подножия «трех великих М» — Монблана, Маттерхорна и Монте Розы, просто невозможно обкатать за один короткий визит. Визит в долину, где некогда наводил порядок император Август.

За возможность увидеть эти прекрасные места большое спасибо:

— организатору программы, туроператору Асент Трэвел и лично Марине Барулиной;
 — министерству туризма Долины Аоста и лично Анне Сауден, которая передала нам частичку своей любви к этому краю;
 — авиакомпании Alitalya.

фотоальбом о поездке

123►

Георгий Дубенецкий
Декабрь 2008 года