Архив по тематике | "сборная"

Настя Карачева — выбор, которого нет

Теги: , , ,


Из цикла «Сборная, которой больше нет»

Сборная, которой больше нет

Сборная, которой больше нет

Когда я еще была маленькой, то мне было очень интересно, какие же все-таки горнолыжницы! С экрана телевизора они представали такими огромными, сильными, а в разных спортивных передачах говорили: «Горнолыжницы — это такие мощные женщины, а еще угрюмые и злые». Впервые встретив Настю Карачеву, я удивилась, какими же на самом деле могут быть спортсменки. Я увидела симпатичную, стройную, улыбчивую и приветливую девушку. Монументальных в команде вообще не оказалось. Угрюмых и подавно. Эти молодые девчонки, как и другие, красят волосы и губы, подводят глаза и могут часами стоять у зеркала, прихорашиваясь. Так что горнолыжницы такие же девушки, только тренируются по семь часов в день! На тренировку, хоть, особо и не оденешься, а выделяться из многих все равно можно!

Вот и Настя, такая живая и улыбчивая, глаза горят. Такая в жизни, а на горе, как говорили многие тренеры, девочка очень способная двигательно и хорошо координирована. Не зря же, сразу из юношеской сборной Евгения Сергеевича Гливенко, она была зачислена в главную сборную команду к Леониду Васильевичу Мельникову. Детство закончилось, и Настя перешла в юниорский возраст, к старшим девчонкам. Здесь уже все иначе! Не дети вокруг! Да и тренеры уже не так о тебе пекутся! Другие правила, другие законы, другая жизнь! Правда, в голове все еще оставались наивные детские вопросы, вроде: «А у меня волосы не сгниют? Они совсем тут не просыхают!»

Но все же, самым важным стало себя показать. От того, как себя проявишь, зависело будущее в сборной.

Со временем в команде появилась настоящая подружка-пивная кружка, Аня Моисеенко (ну пивная кружка, конечно, не потому, что они вместе пили пиво кружками, а потому, что были неразлучны), с которой они почему-то друг друга стали называть Толянами. Да и чем так в душу запало мужское имя?! Они все время вместе, нет да нет, и устроят, то танцы в очереди у канатки, перебрасывая друг друга через спину, то грызут гранит науки, изучая анатомию! Хорошо, что временами прерывались на репетицию очередного нового элемента рок-н-ролла, а вечерком на поедание мармеладных мишек, а то и до кариеса и неправильного прикуса недалеко! Гранит, ведь, это не шутки!

И вот так, все время вместе, стараясь брать от жизни все, два Толяна и не думали, что относительно безоблачная жизнь закончится, а закончится травмой и, наверное, самым трудным выбором Насти в жизни, между спортом и здоровьем. Вы знаете, в спортивной жизни Насти это была уже далеко не первая травма, был и перелом позвоночника и ноги, но именно эта стала последней, поставившей жирную точку в карьере спортсменки. А обычная тренировка супер-гиганта в Хинтертуксе, Австрия, где ничто не предвещало падения, обернулась для Насти настоящим кошмаром.

Она стартовала. Проехала верхнюю часть довольно неплохо, затем на волнах ее подбросило, кость в ноге не выдержала нагрузки, и она упала. На секунду тишина, и пелена перед глазами, ноги ватные… и страшный крик. В тот момент оставалась лишь надежда, что кричит не наша Настя, а кто-то другой. Да, я собственными глазами видела, как она уехала со старта, и ее красная курточка мелькнула на волнах, но падения, падения-то я не видела! Может, все обошлось? Но нет, вижу, как наши тренеры и доктор несутся вниз с горы. У меня внутри все перевернулось, все сжалось… А через несколько минут (а для Насти это была целая вечность) ей вкололи обезболивающее, и вертолет с ней полетел в больницу, где ей была сделана операция.

А через день мы уже ехали ее навещать. По пути мелькали разные мысли: Почему именно Настя? Почему так получилось? Ведь падения, как такового, не было? Всего лишь подбросило на волнах! Почему не выдержала кость? И, наконец, почему Настя в этот злополучный день тренировала супер-гигат, а не каталась произвольно? Почему же такого поворота событий не смогли предвидеть тренеры? В больнице на вопрос «Ты как?» Настя ответила с улыбкой: «Нормально, вот только меня что-то здесь так часто кормят, что я за тарелками следить не успеваю! А еще медсестра троится».

После операции и приезда в Москву перед Настей встал сложнейший выбор: «Что для меня важнее, здоровье или спорт?» И оказалось – здоровье… Слава богу, что у Насти в жизни еще было очень много целей, были другие мечты. Кроме горных лыж она вполне могла представить себя в другой области. И это подтолкнуло ее к единственному верному выбору. Вскоре Настя окончила Московский Государственный Педагогический Университет и нашла себя в социологии. Ей просто надо было в один прекрасный миг уйти из спорта, попробовать себя в чем-то другом и окончательно осознать, что она еще на многое способна, что горные лыжи не приговор. Это всего лишь маленький кусочек жизни, который навсегда останется в памяти и будет одним из самых, наверное, ярких воспоминаний, но это не конец жизни, по крайней мере, для Насти Карачевой, веселой, приветливой, улыбчивой, живой, с гитарой в руках, поющей песню про какую-то там пачку сигарет. И в этом она вся.

Мария Преображенская

Сборная 2009: подготовка к Ванкуверу — по новому плану

Теги: , , ,


makeev

«Подготовка к олимпийскому сезону ведется нами в соответствии с рекомендациями специалистов и четко очерченной позицией Президента ФГССР, высказанными на состоявшейся еще в конце мая встрече со спортсменами и тренерами горнолыжных сборных команд страны,» — отметил главный тренер национальных команд России Владимир Макеев. — «Главной особенностью межсезонной работы становится повышенное внимание к общефизической подготовке спортсменов сборных команд, так как именно физическая готовность может стать важным фактором достижения результатов по ходу длительного и насыщенного крупнейшими соревнованиями олимпийского сезона, включая его главный старт — в феврале на трассах Ванкувера.»

«Мы уже провели первые сборы на снегу,» — продолжал Владимир Макеев. — «Двухнедельный цикл тренировок наших ведущих спортсменов состоялся в Швейцарии, а женская сборная команда еще продолжает свои тренировки в Австрии. В начале августа в соответствии с утвержденным планом мужская команда отправляется в Подольск, где продолжит подготовку к сезону интенсивными двухнедельными занятиями под руководством опытных специалистов по физподготовке. Что же касается женской сборной, то занятия по физподготовке у наших спортсменок включены во все виды тренировочных сборов параллельно с подготовкой на снегу.

Практика предыдущих сезонов показала, что именно фундамент физической подготовки, который закладывается в межсезонье, у большинства наших спортсменов, включая и лидера команды — Александра Хорошилова оказался недостаточно прочным, чтобы демонстрировать стабильность по ходу соревновательного сезона. На ликвидацию этого пробела мы обращаем сейчас особое внимание.»

По завершению подготовительного этапа в Подольске мужская сборная страны отправится в Швейцарию, где продолжит занятия на снегу, отметил Владимир Макеев. — Затем спортсмены получат короткий отпуск, а уже в середине сентября соберутся на восстановительный сбор в Сочи, где главным направлением работы вновь станет физическая подготовка.

Сочинским сбором закончится специальная межсезонная подготовка у мужчин, которым уже в октябре предстоит выступить на стартовом этапе Кубка мира в австрийском Зельдене. У женщин официальный сезон стартует месяцем позже, поэтому их специальная подготовка будет продолжаться и в октябре.

Источник: www.fgssr.ru

«Русских десять лет неправильно тренировали» — Берндт Цобель

Теги: , , ,


Интервью «Спорт-Экспресс» дал старший тренер мужской сборной России Берндт ЦОБЕЛЬ. Апрель 2009

Берндт Цобель

Берндт Цобель

Иностранный специалист во главе российской команды — давно уже не экзотика. Это вынужденная мера. Своих тренеров такого класса пока не вырастили. И если в футболе приглашение того или иного варяга зачастую вызывает сомнения, то в горных лыжах, как и в прыжках с трамплина, картина другая. Здесь у руля отечественных сборных стоят специалисты экстра-класса, вырастившие не одно поколение победителей. Австриец Берндт Цобель в разное время работал с такими спортсменами, как Штефан Эберхартер и Марио Матт, Рената Гетчль и Микаэла Дорфмайстер. На новом этапе карьеры корифей горных лыж связал свою судьбу с русскими, которых учит побеждать.

— Для каждого из наших сборников предолимпийская зима сложилась пo-разному — рассказал Цобель. — Высшим достижением, конечно, стало десятое место Александра Хорошилова в комбинации на чемпионате мира. Порадовало, что он также сумел набрать кое-какие очки в розыгрыше Кубка мира, завоевал бронзовую медаль Континентального кубка. Это уже большой прогресс. Что же касается остальных, то, по всей видимости, мои ожидания в их отношении были слишком высоки. Степаном Зуевым и Сергеем Майтаковым я недоволен, но эти спортсмены — будущее России. Мы тщательно проанализировали их слабые стороны и теперь знаем, какие моменты необходимо улучшать. Уверен, находимся на правильном пути.

— Довольны ли вы проделанной работой?

— Нет. Сезон получился неплохим, но полного удовлетворения он мне не принес. Еще много над чем предстоит работать.

— Есть ли у лидера национальной сборной Хорошилова перспективы к дальнейшему спортивному росту?

— Прошедший сезон стал лучшим как для Александра, так и для всей российской сборной за долгие годы. Главная проблема Хорошилова в том, что он слишком легкий. Ему обязательно надо прибавлять в весе и наращивать мышечную массу. Кроме того, у Александра существуют пробелы в базовой подготовке. Для дальнейшего прогресса нужно сначала нарастить фундамент.

— Почему российские горнолыжники не могут конкурировать с лидерами — австрийцами, американцами, французами, швейцарцами и итальянцами?

— Потому что в течение десяти лет их неправильно тренировали. Можно сказать, что десять — пятнадцать лет ваши спортсмены проспали. Поймите, ничего не происходит за один день, и на все нужно время. Два года назад лучшим результатом русских было, образно говоря, 180-е место. Сейчас же мы зачастую попадаем в десятку — и это большой прогресс. Главная цель нашей работы состоит в подготовке боеспособного коллектива к Олимпиаде в Сочи-2014. Постараемся хорошо выступить и в Ванкувере, но надо помнить, что чудес не бывает.

— На недавнем чемпионате России в Кемеровской области вы присутствовали в качестве технического делегата. Что скажете об уровне организации и спортивной составляющей турнира?

— Это два абсолютно разных момента. Организовано все было хорошо: люди проделали огромную работу. Однако сами соревнования продемонстрировали совсем не тот уровень, к которому привыкли в Европе. Да и трассы были слишком плоскими, что сильно упрощало их прохождение. Признаться, я не ожидал, что между сборниками и остальными спортсменами существует такая пропасть! Разрыв в мастерстве оказался колоссальным. Я предполагал увидеть новые молодые таланты, но не обнаружил никого.

— Быть может, горнолыжной федерации стоит взять пример с некоторых других видов спорта, и натурализовать кого-нибудь из сильных австрийцев, не проходящих в состав своей команды?

— (Смеется.) Лично я этого не понимаю и не думаю, что данный путь является верным. Этой дорогой идут многие маленькие страны, но для России натурализация иностранных атлетов не является выходом из положения. Привлечь хорошего зарубежного горнолыжника ради достижения сиюминутного результата? Ну уж нет! Для меня, как тренера, приемлемо только развитие своих спортсменов, имеющих неплохой потенциал. Говорю о тех же Хорошилове, Майтакове, Зуеве, Васильеве. Дайте нам 2 — 3 года и, увидите — результат придет.

— На каком уровне сейчас находится горнолыжная инфраструктура в России и как ее нужно развивать?

— По моим наблюдениям, спорт в России вообще плохо организован. Отсюда вытекает и нестабильность спортсменов: в прошлом году кто-то выступил неплохо, но в этом он пропадает, а солируют уже другие.

Главное сейчас — строить побольше трасс с искусственным снегом. Необходимо, чтобы ваши спортсмены могли тренироваться на таких же объектах, какими давно располагают американцы и европейцы. В России практически все занимаются на натуральных трассах, а потому на чемпионаты мира приезжают абсолютно неподготовленными: ведь на искусственных техника совершенно другая.

— Трудно работать с русскими?

— Нет. Я очень мотивирован, когда вижу: у спортсмена есть воля. Для меня это главное. Конечно, всегда существуют трудности организационного характера, но нужно уметь терпеть и ждать.

— Как долго вы планируете работать с нашей командой?

— Все зависит от того, какие результаты мы будем демонстрировать. Хочу работать до Олимпиады в Сочи, но как сложится в реальности, покажет время.

— Выучили уже какие-нибудь русские слова?

— (Смеется.) Очень мало. Основные фразы понимаю, но спортивных терминов не знаю.

— Можете что-нибудь произнести на нашем языке?

— Нет-нет. Что вы?! Я обязательно наделаю много ошибок.

— А когда вы впервые побывали в России?

— Еще во времена СССР с молодежной сборной Австрии приезжал в город Гудаури. Это в нынешней Грузии. В ходе той поездки, кстати, и познакомился с теперешним президентом ОКР Леонидом Тягачевым.

— Некоторые российские национальные сборные возглавляют иностранцы. Как вы думаете — почему?

— Про другие виды спорта сказать ничего не могу, давайте рассмотрим проблему на примере горных лыж. В Австрии тренеры получают соответствующее образование: курс обучения длится несколько лет, и в конце выдается диплом. В нашей стране тренер — это профессия. В России такого нет: тренером называется тот, кто работает с парочкой спортсменов. В этом ваша слабая сторона. Вот поэтому австрийские и российские тренеры конкурировать не могут, они находятся на разных уровнях. Как без образования можно в чем-то разбираться?!

— А с немцем Вольфгангом Штайертом, который возглавляет сборную России по прыжкам с трамплина, знакомы?

— Знаю о нем, но лично незнаком.

— Каким образом взаимодействуете с главным тренером сборной России Владимиром Макеевым?

— Макеев в общем-то не тренер, а скорее администратор. Тренерской работой он не занимается, это исключительно моя прерогатива. На Владимире же лежит оргработа: визы, транспорт, экипировка. Он делает то, без чего я не смог бы плодотворно трудиться.

— Назовите лучшего горнолыжника всех времен и народов.

— (Смеется.) Ну и задачку вы задали! Одного такого не было: в каждой дисциплине есть свои герои. Ну как я могу назвать лучшего из них?! Достойных много. Ладно, вот моя тройка: легендарные австрийцы Франц Кламмер и Тони Зайлер, а также не менее знаменитый швед Ингемар Стенмарк.

— Сразу после Нового года на Воробьевых горах в Москве проходил Выставочный турнир с участием лучших спортсменов мира. Вы там были?

— Да. Туда пришло очень много народа, соревнования транслировались в Европе. Это было хорошее и интересное шоу, но не более. Те старты не имели никакого спортивного значения, очки в копилку Кубка мира за них не начислялись.

— Герр Бернд, изменился ли горнолыжный спорт за последние двадцать лет?

— Да, причем очень сильно. Я работаю профессиональным тренером уже 33 года и могу об этом судить. Основное, и главное, изменение — это переход с натурального снега на искусственный. Данное новшество пришло из Северной Америки и было перенято сначала скандинавами, а затем и остальными. Также полностью изменились техника, длина дистанций, да и материал, из которого делают лыжи.

— Как выступит сборная России на Олимпийских играх в Ванкувере?

— О больших успехах, считаю, говорить еще слишком рано. Надеемся, что Хорошилов сумеет войти в десятку, а вот на счет остальных такой уверенности нет.

P.S. Нынешний состав женской команды сформировался относительно недавно и пока не имеет опыта выступлений на этапах Кубка мира. Лидеры сборной Ляйсан Раянова и Елена Простева неплохо зарекомендовали себя в розыгрыше Континентального кубка, а также на юниорском первенстве мира. В будущем сезоне тренерский штаб планирует подпускать спортсменок к участию в планетарном Кубке. Женская горнолыжная дружина еще проходит этап окончательного становления и строится скорее с прицелом на Игры в Сочи-2014, нежели на Олимпиаду в Ванкувере.

Самооценка или 10 ступеней на самом верху

Теги: , , , , , , , , , , , , , ,


julia-i-gosha2.jpgКонечно, вы очень хорошо ориентируетесь в теме «горные лыжи», но готовы ли вы к переходу на следующий уровень? Перед вами десять различных «ступенек вверх», каждая из которых требует выдающихся способностей или тренировки – или и того и другого. Некоторые из них покажутся вам доступными и понятными (например, хели-ски), а некоторые — крайне сложными и даже экстремальными (гид или инструктор, обучающий ваших детей). С помощью данного «теста», вы сможете оценить себя: насколько вы соответствуете необходимым критериям?

1.
Можешь ли ты назвать себя настоящим экспертом?
Что это дает
Если вы можете спуститься где угодно, это совсем не значит, что вы – эксперт. Если вы – эксперт, то должны с легкостью и грацией справляться с пухлой целиной Красной Поляны, жесткими ледяными надувами Кировска, весенней кашей и буграми Чегета. Причем это совсем не значит, что вы стремитесь спуститься первым, наоборот, вам необходимо уметь расслаблено и изящно кататься, контролировать свою скорость, идеально сохраняя равновесие.
Эксперт бесстрашен и смел, но отнюдь не безрассуден. Он «читает» рельеф склона как букварь, оценивает риски и направляет свой адреналин в нужное, позитивное русло. Эксперт отлично знает свой потолок и свои возможности, постоянно совершенствуясь: слушая, наблюдая, оценивая, и обсуждая свои любимые горные лыжи.
Эксперт отлично разбирается в своем снаряжении и может легко отличить отстойные лыжи и ботинки от действительно топовых. Он знает, когда пришла пора «подлечить» лыжи и как это лучше сделать, а также поймет, когда ботинок слишком жесткий, и как это можно исправить.
Как им стать
Найдите опытного наставника, консультируйтесь с лучшими инструкторами, проводите много времени в разных горах, набираясь опыта на различных склонах при самых разных снежных и погодных условиях. Посещайте школы и семинары, проводимые профессионалами (в России, например — Союзом инструкторов горных лыж и сноуборда www.snowpro.ru), а также такие интересные программы, как «Фрирайд с гидами» (www.freeski.ru). Катайтесь везде, где сможете, все время раздвигая границы своего уровня, экспериментируя на новом рельефе и снегу. Присматривайтесь к людям, катающимся лучше вас, и анализируйте их технику. Купите ботинки, которые идеально подходят вашим ногам. Тестируйте лыжи при любой возможности, чтобы найти те, на которых вы чувствуете себя максимально уверенно, а также научитесь ухаживать за ними. Самое главное – не будьте лыжником, появляющимся на склоне только в хорошую погоду, катайтесь при любой погоде и любых снежных условиях. Тренируйтесь ходить трассу, никогда не пропускайте свежевыпавшую целину и вообще старайтесь накатывать как можно больше километров на лыжах. Если это окончательно вас не доконает – у вас есть шанс стать экспертом!

2.
Сможешь ли ты справиться с лыжей из спортцеха?
Что для этого нужно
Прежде всего, если вы действительно хорошо гоняете на настоящих спортивных лыжах, вам не придется их покупать.
Большинство компаний, производящих горные лыжи, предлагают две или три серии спортивных лыж. Самая верхняя серия гоночных лыж (из спортцеха) сделана для спортсменов уровня Кубка Мира. В «наборе» лыж каждого из ведущих спортсменов, как правило, несколько пар, характеристики которых специально подобраны не только под каждый вид соревнований, но и под определенную трассу и даже индивидуальную технику спортсмена. Ежегодно производители договариваются о боковом вырезе и конструкции лыж, максимально подходящей большинству спортсменов и видам горнолыжных соревнований. Прообраз этих лыж производится уже более широко и распространяется среди спортсменов второго ряда.
Да, вы можете купить этих монстров, некоторые из компаний продают их в своих ведущих магазинах, и уж, по крайней мере, их почти наверняка можно заказать весной, чтобы получить в начале осени. Но вы уверены, что они вам нужны? Они сделаны для гонщиков супер-класса, речь идет не о спортсменах-любителях в лучшем случае уровня 1 разряда, а именно о спортсменах, зарабатывающих очки FIS и соревнующихся на трассах Кубка Мира.
Настоящие лыжи для гигантского слалома начинают работать только на высоких скоростях. Они жесткие, так что если вы не несетесь со скоростью 80 км в час, у вас появится ощущение, что у вас вместо лыж два бревна, а для того, чтобы повернуть, вам понадобится футбольное поле. Вот поэтому большинство компаний предлагает так называемые «серийные» спортивные лыжи. Они созданы для спортивных трасс и жесткого снега, но вам не нужно быть Херманном Майером, чтобы подчинить их и заставить работать.
Все же есть лыжники, которые настойчиво хотят кататься на лыжах «для взрослых мальчиков». Такому клиенту можно бесконечно рассказывать про то, насколько хороши лыжи для карвинга, например, но ему важно утереть нос своим приятелям, так что он не уйдет из магазина, пока не купит себе гоночные спортцеховые лыжи, несмотря на то, что он может кататься гораздо лучше на лыжах для карвинга.
Лыжи для слалома несколько универсальнее благодаря своему более глубокому боковому вырезу, но из-за жесткости конструкции они не прощают ошибок. Стоит вам при выходе из поворота уйти в заднюю стойку, и вас выкинет с трассы еще до того, как вы поймете, что произошло. Вдобавок они не любят никаких поворотов, кроме коротких и резких. Опять же, как и в лыжах для гигантского слалома, лучше остановить свой выбор на серийных лыжах, предлагаемых почти любым производителем.
И последнее. Учтите, даже если вы и справитесь со спортцеховыми лыжами для гигантского слалома, вы физически не сможете справиться со скоростью, для которой эти лыжи предназначены и тогда они выплюнут вас с трассы быстрее, чем вы успеете сказать «блин». И правильно сделают.
А как же это сделать?
Прежде всего, необходимы хорошие физические данные. Только необычайно хорошо физически одаренный человек может заставить полноценно работать лыжи для гигантского слалома или слалома. Вы должны стать завсегдатаем тренажерного зала. Как только ваши ноги будут ходить впереди вас, а бедра будут похожи на фонарные столбы – забудьте о сладком сне по выходным: вы должны первым появляться на горе, когда склон еще ровный и жесткий, на трассах никого нет, и свет идеален.
Обязательно следует позаниматься с действующим тренером по горным лыжам, узнать об особенностях современной спортивной техники, о разных поворотах и разных углах закантовки лыж. Вы должны отдавать себе отчет в том, что то, что вы делаете – рискованно. Одно не до конца проконтролированное движение – и вы летите навстречу вон тем красивым елкам с космической скоростью, а рядом нет никаких спасателей. Если все сомнения позади – действуйте!

3.
Можешь ли ты назвать себя настоящим фрирайдером?
Что для этого нужно
Настоящий фрирайдер мудр, спокоен, непритязателен и предусмотрителен. Вы никогда не услышите от него никаких жалоб на склон, снег, и другие неудобства.
Поиск партнера, которому вы можете доверять в самых опасных ситуациях – не обсуждаемое правило. Мудрые и опытные фрирайдеры всегда очень хорошо знают место, в котором собираются кататься. До того, как вставать на лыжи они внимательнейшим образом исследуют топографию местности с помощью карт, общаются с местными лыжниками и спасателями, изучают лавинные прогнозы, рельеф склонов и прогнозы погоды. И никогда, слышите НИКОГДА, настоящие фрирайдеры не идут кататься без рюкзака, в котором лежат лавинный датчик, лопата и щуп.
Фрирайдер на склоне всегда очень внимателен к тому, что его окружает. Он замечает следы от старых лавин и оползней, следит за изменением ветра и другими предостережениями погоды. Помощь, как правило, находится слишком далеко, поэтому приходиться рассчитывать только на себя.
Пока вы не набрали достаточного опыта – избегайте крутых участков склона. Если сто лыжников уже проехали по этому склону – это не значит, что ветер не мог измениться и изменить стабильность снега.
Фрирайдер – очень хороший лыжник, эксперт. И не только в целинном катании, но и везде, что может неожиданно встретиться: лед, надувы, корка или каша. В его рюкзаке всегда есть еда, вода, теплая одежда, запасные батарейки для лавинного датчика. Уверенно спускаться по подозрительному склону, не спуская глаз с партнера, делать скидку на неожиданные обстоятельства, всегда видеть безопасные участки и пути для спасения – обо всем этом одновременно должен думать настоящий фрирайдер.
Как им стать
Сначала необходимо стать настоящим экспертом. Вдобавок, нужно узнать про лавины как можно больше. Изучайте литературу, интернет, а лучше пройдите курсы у профессионалов-спасателей или у ученых, изучающих лавины. Вначале обязательно катайтесь с гидом. Позже – обязательно с надежным партнером. И не забывайте работать над своей техникой: учитесь кататься внимательно и взвешенно, особенно там, где падение может оказаться последним для вас. Да, и еще. Избавьтесь от тусовки, которая будет тормозить вас и тащить на подготовленные трассы, старайтесь преодолевать все испытания, которые горы подготовили для вас. И не торопитесь.

4.
Достаточно ли ты хорош для национальной сборной по горным лыжам?
Каждый юниор мечтает о всемирной славе. У некоторых мечты сбываются. Это требует полной отдачи, безумной любви к скорости и толстого кошелька родителей.
Что для этого нужно
Ну конечно, необходимо много трудиться, чтобы застолбить себе место в сборной России: стремление к совершенству, жертвы и все такое… Но в конце концов, когда вы готовитесь к старту, находясь один на один с крутой и ледяной трассой, что действительно вам понадобится – это мужество и смелость. Не простая храбрость, а «одна, но пламенная страсть», которая заставляет вас пренебречь само защитой и возбуждает в вас одно желание – сделать их всех!!!
Спортсмены никогда не говорят о страхе, но, если быть откровенными, они прекрасно знают, что то, что они делают, время от времени приводит к жутким падениям на огромной скорости и на очень жесткий снег, да еще и лыжи могут не отстегнуться. Если вы хотите делать спортивную карьеру, вы должны отдавать себе отчет, что вы, скорее всего, перенесете не одну серьезную травму. По шрамам и рубцам на коже можно прочитать историю физических страданий многих известных спортсменов -горнолыжников.
Желательно, чтобы Господь Бог наградил вас исключительным умением держать равновесие и мгновенной быстротой реакции. А также вы должны любить кататься по льду (трассы для соревнований Кубка Мира зачастую заливают водой, если их находят не достаточно жесткими).
Как им стать
Начинайте в раннем возрасте и выигрывайте или, по крайней мере, участвуйте во всех соревнованиях, где только сможете. Узнайте, как развивать, контролировать, а иногда и сбрасывать скорость, учитесь вести свои лыжи максимально точно и быстро.
Господа родители! А вы готовы к большим затратам на ваше чадо? Знаете, сколько стоит снаряжение (меняемое ежегодно), занятия с профессиональным тренером? А расходы на разъезды на сборы и соревнования – страна-то наша не маленькая…
И не надо звонить в Федерацию горнолыжного спорта России, умоляя обратить на вас внимание. Если вы стоите этого — о вас обязательно узнают. Там следуют жестким, но последовательным «объективным критериям», по которым они оценивают и находят очередных жертв спорта. Добейтесь определенных успехов – и вы приняты. Не оправдаете ожиданий – и можете ждать в надежде, что в вас еще проснется горнолыжный талант, а можете попробовать поступить в институт, например. По крайней мере, он безопаснее – это уж точно.

5.
Сможешь ли ты участвовать в хели-ски?
Что для этого нужно
Надеюсь, вы не думаете, что хели-ски – это всегда пухляк и большие открытые цирки? Как правило, вам придется столкнуться с большим разнообразием снежных и погодных условий. Опытный любитель хели-ски должен быть физически сильным и должен уметь справиться со всем: экстремально крутым склоном и часто растущими деревьями, с целиной и грязью, кашей и коркой и, как ни странно это может показаться, даже со льдом, да еще и в шишках размером в кулак – иногда и такое встречается.
Хели-ски предполагает жесткую дисциплину и подчинение. Когда ваш гид говорит вам: «Берите левее моих следов, иначе попадете в трещину» – он совершенно не преувеличивает и к нему стоит прислушаться. Это действительно опасное предприятие, проходящее в не очень-то дружелюбных и контролируемых условиях: лавины, трещины, обрывы – это все реальность, к которой стоит прибавить и проблемы с самим вертолетом, вплоть до крушения – и такое тоже бывает.
В одном вертолете обычно летят несколько групп, и спускаться вниз вы будете с той скоростью, с которой может ехать самый слабый лыжник, а еще он может упасть и потерять лыжу, что вполне нормально, и все должны ждать несчастного. А если какая-нибудь слабая девушка скажет, что она больше не может ехать дальше – хватит ли у вас снисходительности и великодушия (если вы, конечно, не та самая девушка)?
Опытные хели-скиеры знают, что за неделю катания в горах удачная погода может быть только 2-3 дня, остальное время возможна очень плохая видимость и вертолет не сможет лететь. Так что, заплатив за недельную поездку с катанием на вертолете, вы в результате сможете подняться на нем всего несколько раз.
Как им стать?
Купите или одолжите у продвинутых приятелей широкие – «толстые» — лыжи для целины и испытайте их в различных снежных условиях, стараясь отрабатывать длинные, плавные дуги, тренируя свою выносливость. Несмотря на то, что ваш гид обязан обучить вас поведению вне трасс, не поленитесь специально изучить информацию по безопасности в горах, именно для катания вне трасс. Лучше, конечно, также поучаствовать в семинарах и школах, проводимых профессионалами в горах, известных своими целинными склонами, такими, как Красная Поляна или Шерегеш, а если хватит денег – то на Камчатке или Аляске.

6.
Сможешь ли ты быть настоящим спасателем?
Что для этого нужно
Пожалуй, это одна из самых трудных работ из всех существующих в мире. Спасатель на горнолыжном курорте – это альпинист, врач, а также лицо курорта в одном флаконе. Профессиональный спасатель должен отлично владеть горнолыжной и сноубордической техникой, а также (желательно) техникой телемарка и катания на сноублейдах, не говоря уже о запасе жизненных сил и выносливости, чтобы кататься ежедневно с утра до вечера, всю зиму – и в буран, и в пургу. Когда спасателям передают вызов, они должны преодолеть любые погодные условия или сложности в топографии местности. Необходимо быть действительно сильным лыжником – то есть не красавчиком на склоне, а человеком с отлично развитой мускулатурой. Настоящий спасатель должен просто обожать проводить время на открытом воздухе в любую погоду, быть рискованным человеком и не уставать удивляться постоянным сюрпризам. Необходимо обладать живым умом, а также достаточной физической силой, чтобы спокойно и уверенно спустить, например, крупного мужчину вниз (в специальных санях) по ледяным буграм, каше или просто крутому склону.
Спасатели живут и успешно выполняют свою работу в самых враждебных условиях. Они встают до рассвета, чтобы оценить лавинную ситуацию, и остаются на посту до сумерек, помогая потерявшимся лыжникам вернуться домой. Если на склоне происходит сильная травма, спасатель в одиночку сможет удержать агрессивного пострадавшего и оказать ему первую помощь, так как он обладает достаточными врачебными знаниями и терпением.
Спасатели, конечно, не менты, но могут и отобрать ски-пасс, или прочесть строгую лекцию при необходимости. Скорее их можно сравнить с пожарными. Они быстро снимают людей с остановившегося кресельного подъемника, пока все не оказались обмороженными, или невозмутимо ищут людей, оказавшихся в лавине. Работа приучила их находить быстрые решения на все вопросы, большинство из них нам не заметны, а некоторые – вопросы жизни и смерти. Спасатель должен быть трудолюбив, спокоен, но уметь легко приспосабливаться, быть независимым, но при этом быть частью команды. И когда необходимо спуститься по лавиноопасному склону – вы не услышите жалоб. Это настоящие мужчины.
Как им стать
Прежде всего – познакомьтесь и пообщайтесь со спасателями, работающими на большом горнолыжном курорте: узнайте, где и как они получили свое образование и опыт. Посетите курсы Российского Красного Креста, получите сертификат, подтверждающий то, что вы сможете оказать первую помощь, если удастся, попробуйте поработать добровольцем в ПСО (Поисково-Спасательный Отряд). Поселитесь в горах, где вы поймете на своей шкуре и отточите все необходимые «спасательные» навыки. При первой возможности помогайте штатным спасателям. Катайтесь как можно больше, приобретая опыт, учитесь, если не чувствуете себя в чем-то уверенно. И еще: ваши ботинки должны идеально подходить вашим ногам – вы будете проводить в них действительно много времени!

6.
Можешь ли ты быть тестером лыж?
Денег это не принесет, но занятие очень увлекательное.
Что для этого нужно
Для начала – надо уметь кататься по самым разнообразным склонам – пологим и крутым, ровным и с буграми, с любым состоянием снега, и делать это на протяжении восьми часов в день в течение недели, а то и двух, подряд. И при этом каждый день с утра до вечера получать удовольствие! Все время, в зависимости от ситуации, подстраивать свою технику под обстоятельства, в которых вы оказались, и под лыжи, которые у вас на ногах. Ведь чтобы оценить лыжи для слалома, нужно уметь кататься по жесткой трассе короткими резкими поворотами, а широкие целинные лыжи нуждаются в совсем ином обращении и оценивать их нужно на другой территории. Умение соизмерять свои усилия и амплитуду движений с поведением лыжи, анализировать и запоминать свои ощущения при катании также являются непременными качествами тестера. И наконец – нужно уметь изложить свои мысли словами.
Как им стать
Критически оцените свой технический уровень при катании на различных склонах. Сформулируйте – какие склоны, какое состояние снега вам нравятся, повороты какой величины вы предпочитаете и на какой скорости катаетесь. Ведь если вы собираетесь описывать поведение лыжи, нужно будет и соотнести класс лыжи и уровень лыжника.
Найдите пробелы в своей технике и восполните их — станьте настоящим экспертом.
Взгляните на свои собственные лыжи заново. Проверьте остроту кантов и заточите их – оценивать поведение тупых лыж попросту бесполезно, если только это не лыжи для целины. Попробуйте критически оценить поведение своих лыж в разном снегу, на разных скоростях, при загрузке носка или пятки, сформулируйте – что вам нравится, а что не нравится. Очень полезно составить свою шкалу ценностей и поставить своим лыжам отметки.
Следующий шаг – лыжи вашего приятеля или подруги. Почувствуйте разницу и как можно подробнее напишите о ней. Очень хорошо, если эти лыжи окажутся совсем-совсем простыми — тогда вы сможете представить себя в шкуре новичка, который делает на лыжах первые шаги. Или, может быть, у вас уже есть две пары лыж – одна для малых, вторая – для больших гор? И вы подумываете о третьей паре – для целины? Тогда вы, наверное, уже созрели для того, чтобы стать тестером.

8.
Сможете ли вы быть инструктором для своих детей?
Тот, кто умеет учить – учит, тот, кто не умеет – мучает ребенка и не катается сам.
Что для этого нужно
Обучать своего ребенка кататься на горных лыжах – прямой путь к конфликту. Вспомните старую истину: «Если вся семья катается вместе – мира не будет!» Родителям, которые живут вблизи горнолыжных курортов и не готовы жертвовать удовольствием от катания на горных лыжах, повезло. У них всегда есть возможность сдать своего ребенка в горнолыжную школу и полностью посвящать себя катанию, забыв о своем чаде на ближайшие несколько часов. Дети, которых берут с собой в драгоценный отпуск в горы, зачастую срывают планы родителей, которые не бывают достаточно терпеливыми и ждут от детей быстрых результатов. Это сразу же приводит к тому, что дети начинают ненавидеть горные лыжи и все, что с ними связано. Поэтому лучше предоставить возможность руководить этим чудесным процессом обучения профессионалам, хотя, конечно, бывают и исключения.
Дети учат друг друга. Вам достаточно немного проконтролировать их на безопасном «детском» склоне, естественно, и, как только они схватят основные движения, и у них начнет что-то получаться, предоставьте их самим себе.
Как им стать
Если вы определенно решили сами учить своих детей кататься на горных лыжах, вам есть чему поучиться. Позанимайтесь с хорошим детским инструктором, но вместо того, чтобы работать над своим катанием, обратите внимание на стиль и тактику, которые так необходимы при обучении детей.
Не ждите от своих детей успехов, как минимум до тех пор, пока им не исполнится 4 года. Большинство детей просто недостаточно выносливы и физически сильны для полноценного катания на горных лыжах. Многие лыжные школы на курортах Европы не принимают детей младше 3 лет. Выделите время на склоне, когда 100% вашего внимания принадлежит ребенку. Не спешите, и, как только вы столкнетесь с сопротивлением, (а вы обязательно с ним столкнетесь), отступите и сведите все к шутке. Как только ваш конфликт начнет выходить из-под контроля, сделайте друг другу одолжение, немедленно сдайте своего ребенка в лыжную школу. Вам что, не хватает других поводов для ссор?

9.
Можешь ли ты назвать себя настоящим инструктором?
Что для этого нужно
Многие инструкторы вовсе не эксперты. Да, они опытные, сильные лыжники, но спортивные навыки и педагогические способности важны в одинаковой степени. Вам не нужно быть лучшим на горе – вам нужно уметь чисто и красиво спускаться.
Лучший способ улучшить свою собственную технику – это точно и полностью понимать физику и все механизмы процесса, и уметь передать эту информацию другим. Очень тяжело, даже унизительно сознавать, что ваша техника никуда не годиться, и необходимо переучиваться. Именно это зачастую и происходит с теми, кто пытается стать инструктором. К тому же начинающий инструктор будет долго зарабатывать себе опыт, проводя часы и дни в плуге вместе с начинающими.
Лыжный инструктор — уважаемая профессия, но не слишком доходная. Лучшие представители этой профессии всю жизнь стремятся к самосовершенствованию, проводя месяцы в постоянных тренировках на снегу, настоящий инструктор – пожизненный студент в горнолыжном спорте. Старый стереотип надменного загорелого инструктора-«мачо» уже давно не соответствует действительности. Сейчас это спокойные и практичные ребята, которые могут зажечь в любое время и в любом месте, но в основном помогают в этом другим.
Как им стать
Для начала нужно пройти школу инструкторов. Не отходите ни на шаг от своих учителей, чтобы узнать как можно больше, попробуйте поработать как стажер-ученик, чтобы понять, насколько вам это нужно. Внимательно просматривайте и изучайте свои видеозаписи, стремясь к спокойному стилю, который позволит вам затрачивать минимальное количество энергии. Получив сертификат в России и необходимый опыт, не останавливайтесь на достигнутом, ведь никто не совершенен. Вдобавок, есть возможность поучиться и в США, и в Альпийских странах. Всегда стремитесь к лучшему, к следующему сертификату — это будет мотивировать вас и держать в тонусе.

10.
Можешь ли ты назвать себя настоящим гидом?
Что для этого нужно
Забудьте о том, что катание на лыжах – удовольствие. Став гидом, вы берете на себя огромную ответственность. Вы теперь – синоптик, специалист по лавинам, психолог и доктор в одном лице. Вы ответственны за чужие жизни, поэтому, если вы не сможете побороть свой стресс и страх, быть гидом — это не для вас.
Гид – супер-техничный лыжник, легко спускающийся в 40 градусном кулуаре с 30 килограммовым рюкзаком. Он способен чувствовать склон, уводя своих клиентов от опасностей в поиске целины, в которую они мечтали попасть и за которую ему и заплатили. Гид – прирожденный лидер и психолог, он способен руководить большими группами лыжников с разными способностями и разными характерами. Конечно, лучше быть обаятельным и привлекательным, а также интересным собеседником, некоторые гиды даже считают своей обязанностью иметь набор шуточек и анекдотов, чтобы развлекать клиентов. Но, прежде всего, гид должен владеть собой и сохранять постоянное равновесие и выдержку.
Гид – физически сильный человек, способный провести на лыжах подряд 100 дней, умеющий чувствовать горы и активно действовать в неожиданных, критических ситуациях. С легкостью гид может соорудить сани, если кто-нибудь пораниться, или спасительный кров, если погода начнет портиться. Ски-тур и поиск траектории подъема и спуска, перемещение по леднику и спасательные работы в трещине, альпинистские связки и первая медицинская помощь – это все знакомо гиду. Но есть один большой плюс в этой профессии — с возрастом вы становитесь только лучше!
Как им стать
Проводите огромное количество времени в горах, испытывая себя на разном рельефе и в разных погодных условиях. Поработайте инструктором для того, чтобы приобрести навыки общения и работы с лыжниками. Работа спасателем на горнолыжном курорте также даст вам необходимый опыт: лавины, первая медицинская помощь и другие стрессовые ситуации.

По материалам журнала “Skiing”
Перевела Мария Долгошеина

Иван Знаменский

Теги: , , , , , , , ,


Иван Знаменский

Иван Знаменский

Прыгал fakie back flip 180. Убрался…

«Во всех странах на соревнованиях именно по фрирайду люди делают потрясающие ньюскульные вещи, а у нас судьи хотят видеть только своеобразный классический фрирайд в том виде, в котором он существовал и пять, и десять лет назад: спуск с максимальной скоростью, прямой прыжок с чистым приземлением…»

— На соревнования Nokia в Волене ты на big air коленные связки порвал… Как самочувствие?

— Да, вроде, ничего, тьфу-тьфу-тьфу. А в целом сезон нормальный вышел, хотя соревнований было не так уж и много. В Самаре, на склонах Красной Глинки, отметился, участвовал в соревнованиях по квотерпайпу, big air и new school, выиграл три или четыре этапа.

— Ты не упомянул хафпайп. Он тебе не нравится или есть какая-то другая причина?

— В прошлом году с пайпом был пролет. Организаторы соревнований под тем предлогом, что лыжники ломают хафпайп при приземлении — хотя это полный бред! — не допустили нас, только бордеров выпустили. Хотя на самом деле в пайпе мы все же покатались — спасибо Кирпичу, который его построил в Новопеределкино.

— К какому виду больше лежит душа?

— Мой любимый вид — ски-кросс. Пока могу прыгать — лежит душа и к new school, но мне кажется, что в России у ски-кросса гораздо больший потенциал. Ведь в нашей стране традиционно интерес велик к олимпийским видам спорта, а ски-кросс наверняка скоро станет олимпийской дисциплиной. А new school — это больше шоу. Шоу у нас мало кого привлекает, хотя это очень зрелищно. И серьезные чемпионаты по new school вряд ли в принципе будут проводиться у нас в стране, пока нет даже более или менее нормальных соревнований.

— Какая подготовка оптимальна для ски-кросса: в жестких видах горных лыж или опыт соревнований по фристайлу?

— Необходимо и то и другое. Самые высокие шансы будут у того, кто тренировался и в одном, и в другом виде, как я. С Петей Снисаревским ездили пару лет назад в Финляндию — там такие пролеты: ураган, метров по двадцать пять. А то, что у нас строят для соревнований, — в четыре раза меньше. Ски-кросс на самом деле штука очень интересная, зрелищная. А если правильно старты организовать — массу народа можно привлечь. Сейчас за границей проводят, например, старты по такой схеме: сначала ски-кросс, потом по этой же трассе, но снизу вверх — на снегоходах едут, затем тот же маршрут — на мотоциклах с шипами… Посмотреть на это народу собирается — о-го-го, и все платят денежки.

— Какие склоны нужны, чтобы поставить нормальную трассу ски-кросса? Достаточно Сорочан или нужно что-то повнушительней?

— В принципе, достаточно Сорочан. Практически в Подмосковье это единственное место, где хоть как-то можно провести ски-кросс. Хотя, конечно, трасса будет короткая, и из-за этого накрученная, дерганая, нелогичная. Лучше, конечно, иметь километр по долине, а то и полтора.

— Кто из российских райдеров или любителей выступает на хорошем уровне?

— Если взять все сразу — new school, big air, квотерпайп и хафпайп — даже и не знаю. Очень перспективный парень — Андрей Березкин из Самары, «Алкаш». Он бывший роллер, очень здорово прыгает и в квотере и на big air. Я по ски-кроссу на сегодняшний день лучший, могу и big air хорошо прыгнуть, и во фрирайде участвовать.

— В перспективе — чему имеет смысл уделять внимание организаторам, райдерам?

— Я считаю, что в России нужно основной акцент делать на ски-кросс и хафпайп, потому что остальные виды — это шоу, а не реальные соревнования. Вот разрешили в могуле прыжки — так на любых соревнованиях люди такое мочат, только держись И наши, кстати, в призерах европейских соревнований постоянно, вся молодежь.

— Как соотносятся new school и old school? Предположим, акробатика. Там ведь то же — трамплин…

— Акробатика — это классика, это красиво, но связи с big air нет никакой, это совсем другой вид. А вот с могулом, после того как разрешили сложные прыжки, связь самая прямая. И ребята молодые в могуле прыгают очень здорово. Они просто думают еще немного «по-старому», но это от тренеров идет, от системы подготовки: все упирается в трассу могула. И адепты old school пока не понимают, зачем нужны big air и new school. Мы, кто постарше, через это уже прошли и понимаем, что с точки зрения профессии, дальнейшей жизни нужно заглядывать вперед. Ты в спорте чего-то добился — ну и молодец, пора головой думать, да и отдыхать тоже пора.

— А джиббинг?

— Он, на мой взгляд, — как соревнование — популярным вряд ли станет. Останется в виде шоу — кто-то запрыгнул, проехал, проскользил красиво по периле, спрыгнул. Но это может любой, никаких умений или навыков не нужно. Три дня постоял на лыжах — и вперед. Джиббинг никогда не соберет столько зрителей, сколько их соберет ски-кросс или хафпайп. А в принципе покататься в таком стиле мне тоже нравится.

— Что основное с твоей точки зрения в new school?

— Стайл. Качество исполнения прыжка. Конечно, new school можно сделать настоящими соревнованиями, но мне кажется, что для этого спортсмен должен заказывать прыжок, чтобы судьи были готовы к оценке того, что им предстоит увидеть. А то сейчас как получается? Ты выпрыгиваешь, а судьи друг у друга спрашивают: «А что он сделал? Ну ладно, вроде он нормально трюк сделал, давай поставим…».

— С твоей точки зрения, что сейчас включает в себя понятие «фрирайд»? Только спуски вне трасс или плюс к тому еще и элементы new school?

— На самом деле и Фомич, и я считаем, что фрирайд сегодня должен включать в себя и те элементы, которые далеко не всякий лыжник, гоняющий вне трасс, может сделать. Но это наше мнение. Те люди, которые стояли у истоков российского фрирайда, а сейчас выступают как организаторы и судьи соревнований — Макс Иванов, Коля Веселовский и Виталик Ильиных, — придерживаются другого мнения. Мне кажется, что классный райдер должен показывать на соревнованиях все, что он умеет. И если он может с рельефа прыгнуть misty или helicopter 360 — 720, то почему бы этого не сделать? И такие вещи должны адекватно оцениваться. Именно из-за того, что судьи не разделяют такую точку зрения, мы с Димой Кашпаром на соревнованиях в Красной Поляне не попали даже в финал. Мне Макс потом так и сказал: но ведь это же фрирайд, а не new school…
В прошлом сезоне на соревнованиях засветились молодые ребята, которые действительно могут мочить всерьез — на очень высоком уровне. А в призах оказались те люди, которые отлично катаются, но, кроме красивого спуска, не могут ничего показать. Но ведь молодежь хочет делать более сложные вещи… И делает. Я не о себе говорю — о тех молодых ребятах, которые показывали очень хорошие прыжки и отличные спуски: на скалу fakie заезжали люди, например. А в финале оказывались те, кто падал, у кого лыжи при спуске отстегивались. Такой немного косный подход к делу тормозит развитие фрирайда, и в результате мы сейчас отстаем от европейцев.
После Красной Поляны я просто завязал с участием в соревнованиях по фрирайду. Какой смысл, если судьи тебе ставят оценки на два-три уровня ниже, чем ты на самом деле заслуживаешь? Обидно. Ну а кроме Поляны, был в Самаре, в Волене на кубке Nokia выступил. Там я на вig air связки на колене порвал. Прыгал fakie back flip 180, убрался. В летнем лагере на Эльбрусе был. Правда, после травмы в Волене я сейчас на Эльбрус ездил так, в легкую — тренироваться, восстанавливаться.

— У тебя есть какие-то любимые трюки?

— 720, fakie… Да все они для меня любимые. Вот сейчас хочу разучить несколько новых трюков — я их уже люблю, авансом, так сказать, заранее. Потому, что их надо разучить сначала. А потом, когда выучу, сделаю — еще больше полюблю. А что касается уж хорошо наработанных трюков… Ты меня ночью разбуди — и я их легко сделаю. Но самый-самый, любимый, самый для меня красивый — это длинный-длинный медленный, затянутый 360, с максимально большим транзитом, чтобы все фотографы успели настроиться. В прошлом году в лагере в Домбае я пирамиду перелетел. Нас всего двое ее перелетели — я и Леша Колестнов, Зиковский брат.

— Для чего нужен лагерь?

— Лагерь — это очень важная вещь, именно в лагере можно всем друг на друга посмотреть, причем не в том состоянии, когда ты на соревнованиях, а на тренировке. Можно вместе потренироваться, попасть в объективы фотографов — это на первом месте стоит для всех, и для тех, кто уже стал райдером, и для тех, кто только хочет им стать. Для молодых ребят — еще и тусовка, общение. Мы-то уже натусовались.

— Как тебе лагерь на Эльбрусе?

— Не понравилась организация. Выходишь на склон — а подъемники все лежат, ни один не работает. Или вот еще: утром выходишь, три прыжка делаешь, а потом на склоне появляются шейперы и вылет засыпают солью. Они ведь должны только разглаживать склон, чтобы условия были абсолютно одинаковыми: и на разгоне, и на кикере. Скольжение меняется, но не везде, а на каком-то участке, трамплин начинает выплевывать неожиданно сильно. Из-за этого травмы были — Илья Колестнов ребра сломал, Алексей, его брат, кусок мяса с ноги срезал, ему десять швов наложили. Я тоже убрался так, что дышу очень трудно, может быть, тоже ребра поломал. Да и в плане отношений с организаторами как-то было некомфортно.

— А где понравилось?

— В Самаре. Проблем никаких нет, встречают тебя так, как будто они только тебя одного и ждали. И такое отношение — абсолютно ко всем. Организация четкая, комплекс там хороший, склоны. Люди относятся к комплексу, как к своей личной машине, с любовью, с душой. Хорошее место. Респект. Да и мороз там был, хорошо.

— В Подмосковье где-нибудь нравится кататься?
— Нигде. Одно нормальное место — Переделкино. И хафпайп нормальный, и фигуры постоянно готовятся, можно приехать и в два часа дня, и в десять вечера — без разницы, все фигуры в хорошем состоянии. Даже если катаешься вместе с ребятами из спортшколы, у которых тренировка, трений не возникает. Если бы еще они смогли подъемники разделить — для спортсменов одни, для катающихся другие, — вообще было бы отлично. В Узкое иногда езжу, но туда далеко, в Переделкино мне ближе.

— Помимо лыж, что любишь делать?

— Чинить автомобили. Вообще техникой увлекаюсь — автомобили, мотоциклы. Я ведь еще и мастер спорта по мотоспорту. А ремонт автомобилей — это и хлеб, и хобби.

— Твои планы на будущее?

— Хотелось бы попасть в сборную России по ски-кроссу, которая, надеюсь, должна набираться в следующем году. Не знаю, когда будет создаваться сборная — в этом году или в следующем, но думаю, что вот-вот. А то по всей Европе уже гоняют, Кубки мира и Европы проводят, а у нас еще никто и не чешется. И вообще было бы хорошо, если бы наш министр спорта обращал побольше внимания на новые виды спорта.

расспрашивал Георгий Дубенецкий 2004

Иван Казаков

Теги: , , , , , , ,


Иван Казаков (слева) и Дмитрий Ульянов

Иван Казаков (слева) и Дмитрий Ульянов

Попал я в Slalom Narvik Club очень просто. Мама однажды в клуб позвонила и говорит: а что, можно ли с вами потренироваться русскому пареньку? Ей отвечают: разумеется, почему нет… Так я и стал членом клуба. Вообще это хорошее дело. Знаешь, друзья по клубу теперь очень активно болеют за меня — когда я еду на соревнования в Россию, говорят: «Сделай там всех!»

— Тебя в России не так-то просто застать… В чем дело?

— Ну вообще-то я в Апатитах родится, сейчас живу, что называется, на два дома, то в Кировске, то в Норвегии. Уехал, когда закончил здесь девятый класс. Сейчас мне двадцать один, значит, уже добрых шесть лет тому минуло. Снимаю квартиру в Нарвике. Сначала нравилось там жить, сейчас стало надоедать: городок небольшой, население всего тысяч тридцать, жизнь довольно однообразная… Заскучал бы совсем — если б не постоянные поездки. Там мы с мамой живем, а отец — тут, работает тренером, директорствует в детской спортивной школе в Звенигороде, строит сейчас там комплекс.

— То есть ты одной ногой тут, другой — там…

— Сначала редко приезжал в Россию, очень скучал по дому, по друзьям. Я ведь, помимо всего прочего в Норвегии еще и учился, не мог часто приезжать — два-три раза в год. Ну да сейчас не до учебы стало — начал, уже второй год подряд, показывать неплохие результаты, тренироваться надо. Сначала я год отучился там в спортивной школе. Нормально, только поначалу проблемы с норвежским языком были. Два курса закончил. Решил дальше учиться — на автомеханика. Хорошая профессия, потом, после окончания курса, нужно пройти двухгодичную практику, чтобы стать профессиональным механиком. Но у меня пока с этим не складывается — все время в разъездах.

— Придется что-то выбирать. Либо учеба и в перспективе — профессия. Либо — трасса.

— Конечно, понимаю… Кьетиль Андре Аамодт на этот счет однажды верную высказал мысль. У тебя что-то получилось в спорте? Хорошо. Надо продолжать. Но и задумываться о том, что станешь делать после того, как поставишь лыжи в угол. Но если в спорте не катит — лучше сразу заняться другим делом, учиться, например, получать хорошую профессию и не терять время понапрасну. У меня пока — особенно последние два года — катит. А вообще есть планы: выступать за Москву и учиться заочно.

— Ты упомянул про автомобили… Эта тема тебе по душе?

— Да, очень нравятся скоростные автомобили. Например, Audi RX4, RX6, BMW M3. Но своих колес пока у меня нет, езжу на отцовской машине.

— Кроме лыж чем занят?

— Зимой — ничем. Только лыжи и ничего больше. Летом другое дело, там полегче. На водных лыжах катаюсь. Верховой ездой увлекаюсь — там в Норвегии. Музыка нравится любая, русскую попсу слушаю. Танцевать люблю под progressive house. В дискотеки хожу, в боулинг, в бильярд поигрываю.

— Чем отличаются тренировки в Норвегии от российской практики?

— Мне трудно сказать, как тренируют национальную сборную, не было пока случая реально на это дело посмотреть. Но четко знаю другое: в обычных горнолыжных клубах никаких преград для того, чтобы по-настоящему заниматься горными лыжами нет. И соревновательная практика у них большая, много ездят по разным состязаниям.

— Ты ведь тоже член одного из таких клубов?

— Да. Мой клуб называется Slalom Narvik Club. Нарвик — это город в центре Норвегии. Попал я в него очень просто. Мама однажды в клуб позвонила и говорит: а что, можно ли с вами потренироваться русскому парню? Ей отвечают: разумеется, почему нет… Так я и стал членом клуба. Вообще в Норвегии около пятидесяти таких клубов. Мой входит в пятерку лучших. Знаешь, друзья по клубу теперь очень активно болеют за меня — когда я еду на соревнования в Россию, говорят: «Сделай там всех!»

— Удается — сделать?

— Да как сказать… В России трудно попасть в сборную. Плюс к тому — денег на команду очень мало выделяют. А ведь надо ездить, в Альпах кататься. Иначе ничего не выйдет. Но за границу ездят ведь несколько человек — Комаров, Шестаков и Ульянов, Коновалов. Но результатов, как на Кубке мира так и на Кубке Европы, пока не видно. Возможно, проблема и в тренерском составе тоже — не знаю. Но скорее все упирается в деньги. А вообще-то есть мечта — стать чемпионом мира, выиграть олимпиаду. Другой вопрос — как к этому прийти… Папа хочет, чтобы я выступал за Москву: здесь, в Кировске, все загибается понемногу… Здесь у меня никаких перспектив. В Москве проще найти спонсора. Да и тренеры хорошие — натаскивают меня мой отец, Александр Казаков и Евгения Евгеньевна Мякинина, она — личный главный тренер. Там со мной занимается известный уважаемый специалист — Арне Улсен. Ему предлагали возглавить сборную, он сказал, что согласиться пойти главным тренером — высоко себя ставит.

— А в Норвегии вообще это дело поставлено?

— После занятий в школе заезжает за тобой автобус, везет на гору. Все спортсмены помогают ставить трассы, проглаживают склон сами. Есть специальные программы. Например, верховая езда на лошадях — очень полезно для тренировок на баланс. Есть тренировки на координацию, технику — в зале в том числе: с тобой тренер по гимнастике занимается. Сальто на батуте вертишь и многое другое. Когда я учился в школе, тренировки для меня ничего не стоили. Сейчас вот не учусь — приходится платить: около 1500 долларов в год. В эту сумму входят оплаты круглогодичного ски-паса, тренажерный зал, поездки.

— Часто ездишь на соревнования?

— На международные, ранга FIS — в зависимости от удаленности стартов от Нарвика… А вообще-то такие старты проходят каждую неделю. Примерно два раза в месяц выезжаю на них… Участвую в России в лично-командном чемпионате. Выиграл зачет по слалому, был третьим в зачете гиганта, а по общему зачету в двух дисциплинах — второй, после Филичкина.

— А там удается выигрывать?

— Когда как, все зависит от состава участников, да и от массы прочих причин: каким номером стартуешь и так далее. Бывал и первым, бывал и двадцатым — по-разному.

— Какой победой ты особенно гордишься?

— В прошлом году выиграл соревнования FIS в Нарвике. Про российский чемпионат я уже говорил — тут тоже хорошие результаты. Еще запомнился юниорский чемпионат 2000 года в Кировске — там был первым.

— Любимая дисциплина…

— Слалом. В Норвегии общий уровень спортсменов очень высокий, на чемпионате Норвегии конкуренция большая. У нас набирается на чемпионате 100 человек участников. У них — раза в полтора больше. Так что за место под солнцем там надо всерьез биться — попасть в сборную крайне сложно. У норвежцев сейчас несколько команд: «юниоры-один», «юниоры-два», «кубок Европы», «Кубок мира». Но я хочу выступать за Россию.

Расспрашивала Дарья Перевозчикова. 2004

Андрей Филичкин

Теги: ,


Andrei Filichkin

Андрей Филичкин

17.12.2003 Kirovgrad   RUS FIS Race Giant Slalom 1
18.12.2003 Kirovgrad   RUS FIS Race Giant Slalom 1
23.12.2003 Abzakovo   RUS FIS Race Giant Slalom 1
24.12.2003 Abzakovo   RUS FIS Race Giant Slalom 2
13.01.2004 Terskol       RUS FIS Race Giant Slalom 1
14.01.2004 Terskol       RUS FIS Race Giant Slalom 2

Name: FILISCHKIN Andrej
FIS Code: 480031
Birthdate: 17.01.1975
Status: active
Sector: Alpine (AL)
Nation: RUS
Ski club: Elisovo Sports Club

Два года назад Андрей не вошел в состав национальной сборной команды России. Трудно сказать: возможно, сильный характер, своенравие и независимость послужили причиной того, что один из сильнейших горнолыжников страны оказался «не у дел»…

— Андрей, сколько лет ты «кочевал» вместе со сборной командой?

— С 1992 по 2003 года был в основной команде, по полгода не бывал дома… 6 месяцев. Сейчас, на Чемпионате России, намного легче: уехал на полтора месяца, вернулся, да и в России все время, а не за границей. Здесь все совершенно по-другому, и психологически себя намного комфортней чувствуешь. Есть к кому в гости сходить, пообщаться. Пока в сборной был — очень тяжело приходилось. Нагрузка постоянная психологическая, а она очень сильно давит. Я в сезоне 96-97 года на одном из этапов Кубка мира был девятым, а если бы тогда в команде чуть больше денег было и можно было бы на недельку съездить домой отдохнуть — кто знает, может быть и смог бы еще лучше результат показать. Швейцарцы, австрийцы по пятницам разъезжаются по домам, с женой или подругой общаются, с детьми играют, на велосипедах катаются — отдыхают. Восстанавливаются не только физиологически, но и психологически. А мы и по выходным сидим в апартаментах: это они дома, а мы ведь за границей. Когда с тобой постоянно по полгода пять-шесть человек — все надоедает. Все книги перечитаны, фильмы пересмотрены, анекдоты рассказаны…

-Ты считаешь, что все проблемы наших горных лыж сводятся к деньгам? Если бы было финансирование, в том числе нормальная зарплата у спортсменов и тренеров, то и результаты были бы выше?

— Конечно. Сейчас у спортсмена или тренера зарплата 300 долларов, а на такие деньги разве можно семью содержать нормально? Вот и получается, что даже тренером национальной команды работать мало кто хочет — только настоящие фанатики. Очень тяжело. Без семьи по полгода, жены разводятся… Фактически, на себе крест ставишь.

— Нет желания попробовать себя в роли тренера, перебраться в Москву?

— Нет. Неблагодарное это дело — тренером работать. У меня другие планы: бизнес наладить, ведь можно 3 — 4 тысячи в месяц зарабатывать, если есть голова. А в лыжах — доказать всем, что практически не тренируясь, все еще остаюсь сильнейшим горнолыжником России. То есть летом — работа, зимой — Чемпионат России.

— Как ты сейчас оцениваешь — в чем причина того, что тебя убрали из команды. Ты пытался что-то доказать, не кивал послушно?

— Думаю, все делал «неправильно», не так, как хотел старший тренер. Мог спокойно уехать со сборов, а потом приехать (или не приехать) как считал нужным. А другие ребята смотрели на лидера — а я тогда был лидером — и спрашивали «а почему Филичкину можно, а нам нет?». Старшему тренеру это было неудобно. У меня были хорошие результаты: я был пятым в общем зачете Кубка Европы, в сезоне 2001 — 2002 г.г. Я считаю, что мог себе такое поведение позволить, а остальные ребята — нет. Возникли трения со старшим тренером. А потом… Я уехал со сборов. А посреди лета старший тренер позвонил мне и сказал, что меня отчислили из команды за то, что я якобы балуюсь наркотиками. Ему наговорили, он поверил. Нужно было эту проблему решать: проходить в Москве обследование, кому-то что-то доказывать… А у меня уже тогда была нормальная работа, я стал зарабатывать деньги. И лететь в Москву чтобы что-то доказывать мне совершенно не хотелось. Я сказал: «Хорошо, отчисляйте, на Чемпионате России посмотрим, кто чего стоит.» Считаю, что своими стартами все доказал. Еще год я точно смогу на таком-же уровне продержаться, а потом уже работать будет нужно, а не кататься — здоровье все-таки не такое, как в 19 лет.

— А в мужской команде кого ты считаешь своими соперниками?

— Там есть два-три человека, которые являются действительно серьезными конкурентами. Это прежде всего Паша Шестаков, Дима Ульянов. Это два основных соперника, которые могут составить серьезную конкуренцию в гиганте — я ведь езжу именно гигант. Комаров Серега тоже может составить конкуренцию, если не перегорит перед стартом. И если трасса будет «его» — он любит более пологие трассы, накатистые. И лыжи у него отличные: Саломон ему дает самые лучшие лыжи из тех, что есть в России, да и Анатолий Леонидович (отец и тренер Сергея) подготовкой лыж занимается, а он очень хорошо умеет лыжи готовить. А вот на сложной трассе все будет зависеть не только от лыж, а больше от техники, опыта и психологической подготовки.

— Но ведь с тех пор, как распался СССР, в сборной команде должность психолога отсутствует?

— Да. Денег нет. На многое денег не хватает: ведь не только психолог, но и доктор должен по идее к каждому спортсмену индивидуально подходить, а научно-исследовательской работы не ведется, средств не хватает. Взять хоть восстанавливающие препараты: каждому свой комплекс нужен, одному эти белки подходят идеально, а другого от них только пучит, а пользы нет. И чувствуешь, что едешь совершенно по-другому. В результате ничего не получается. Да что там научные исследования: просто людей не хватает. Например, такой случай: два года назад в Италии я был в хорошей форме, и мы там были вчетвером: Паша Шестаков, тренер, доктор и я. В один день в Валь Гардене и в Альта Бадия — два старта сразу. Павел вдвоем с доктором остаются выступать в Валь Гардене, а мы вдвоем с тренером поехали в Альта Бадию. Информации по трассе — ноль, просто никакой информации. Подготовка была отличная, но мы вдвоем — больше никого! За 10 ворот до финиша я схожу. Вся трасса ровная, лед, а в одном месте — яма. А у меня нет этой информации. Обидно: на промежуточном финише был примерно пятнадцатым — шестнадцатым, и сошел… Потом возвращаемся в Валь Гардену, а там аналогичная ситуация: ехал Павел Шестаков, упал — отсутствовала информация по трассе из-за того, что не было нужного количества народа.

— Не будем о грустном. Прокомментируй лучше возрожденный Чемпионат России — ведь его сейчас проводит НГЛ, во главе которой стоит твой бывший тренер — Сергей Назаров. Появились денежные призы. Насколько реальные деньги можно заработать?

— Заработать действительно можно. За первое место дают 600 долларов, так что можно за каждый этап заработать какие-то ощутимые деньги. Но заработки в данном случае — это уже дело десятое. В первую очередь, благодаря соревнованиям, которые проводятся в разных местах, стало выступать гораздо больше народа, и появилась реальная возможность возродить горнолыжный спорт в Росии. Появилось что-то вроде соревнований между клубами, возник какой-то интерес к соревнованиям. Приходят зрители, телевидение подтянулось — по ТВ7 репортажи идут.

— Наши специалисты могут обеспечить такое-же состояние склона и поставить трассу такого же уровня, как на стартах Кубка Европы, мира?

— Да. Стартуешь там пятидесятым, и если тепло, то видишь такие же канавы, как и здесь. Если стоит мороз — то трасса будет жесткая, держится хорошо. Например, в Кировграде и Абзаково отлично трассы подготовлены. Там есть искуственный снег такого качества, какой требуется. Можно еще на Камчатке сделать, там трасса очень хорошая, лучшая в России. Но далековато: дорога для большинства спортсменов обойдется в те же деньги, что в Европу слетать. И специалисты, которые трассы могут поставить, тоже, думаю, есть.
Это старшие тренеры — и Владимир Макеев, и Леонид Мельников. Не знаю, как слалом, но гигант — точно. Правда, они постоянно за рубежом, и не ставят трассы Кубка России. Но думаю, что это не проблема.

— Ты выступаешь на лыжах Rossignol. Я обратил внимание на то, что те, кто катается на лыжах этой фирмы, потом узнают их буквально «с закрытими глазами» и не изменяют им.

— Я знаю, что Atomic, Fischer, Salomon — очень сильные лыжи, но мне раньше давали Rossignol, и теперь я уже катаюсь только на них. Привык, да и зачем изменять хорошей фирме.

Беседовал Г. Дубенецкий