Архив по тематике | "с эльбруса на лыжах"

Александр Захаров

Теги: , , , , , ,


Александр Захаров

Александр Захаров

Знакомьтесь: Александр Захаров, 51 год, на горных лыжах 30 лет, инструктор и преподаватель школ инструкторов ЦВТБ «Терскол».

Сколько раз ты ходил на Эльбрус и спускался с вершины на лыжах?

Девять попыток, из них пять – удачных, то есть побывал на вершинах. Три раза на Восточной и два раза на Западной.

Каждый год на вершины Эльбруса ходит масса народа. Желание взойти на вершину понятно, когда ты впервые идешь на эту Гору, но зачем ты туда ходишь из года в год? Одна и та же вершина, технически не сложная – она сложна психологически, физиологически, по погодным условиям, нужно крепко думать головой, когда идешь на нее. Но все равно – это одна и та же Гора. Зачем?

Знаешь, похожий вопрос задают альпинистам. И все на него отвечают по-разному. Но на самом деле это, видимо, какая-то своеобразная форма наркомании, что ли. Реально возникает какая-то физическая зависимость, и уже просто нельзя не ходить каждый год. Во-вторых, эта Гора – лыжная, с вершины, да и с любой точки по пути подъема можно спуститься на лыжах. А ведь сам знаешь — каждый спуск разным бывает. Кстати – еще одна причина, почему каждый год на одну и ту же Гору хожу: она каждый год и каждый раз разная. Каждое восхождение и каждый спуск уникальны. Недаром одно из древних названий Эльбруса – Гора тысячи гор, что-то в этом роде. Я в какой-то момент понял, что это именно потому, что она никогда не бывает одинаковой, у нее тысяча лиц и тысяча характеров. Она одна, но каждый раз другая. Тысячу раз можно на нее ходить, и каждый раз она будет другой.

На самом деле, я ожидал совершенно другого ответа на основной вопрос: «зачем?» Я был почти уверен, что ты скажешь, что «…мне 51, и я каждый год хожу, чтобы убеждаться на одном и том же эталоне, что за прошедший год я не потерял форму и остался прежним…»

Не без этого. Но это далеко не на первом месте, да и вообще это ведь гордыня – смертельный грех.

Другими словами, ты идешь на эту Гору для того, чтобы съехать.

Да, это бэккантри, а совсем не альпинизм, как считают некоторые. Это именно бэккантри, когда ты получаешь удовольствие и от того, что поднялся на вершину, и от того, что спустился, и от самого процесса спуска. Я даже не уверен, что где-то в Европе есть еще такие условия для бэккантри подобного уровня. Принципиально другая высота, масштабы совершенно другие, нежели в Альпах.

Но ведь можно подойти и по-другому: альпинизм – это некая гвоздевая часть, самая сложная, а все остальное, как говорится, подходы. В Европе, к примеру, на Монблан никто снизу пешком не идет – разве что именно для собственного удовольствия. Все сначала поднимаются на канатной дороге.

Разве это альпинизм, когда тебя на высоту 4800 поднимают сначала канатные дороги, потом ратрак? Хотя некоторые именно так ходят и всерьез считают, что они – альпинисты. Альпинизм – это совсем другое, там все снизу до верха по-честному.

А ты пешком снизу до верха ходил ногами?

Да, когда мы с Севера поднимались на Восточную вершину. Тогда мы шли с тремя промежуточными лагерями, все серьезно было. Такая мини-экспедиция.

Почему много людей не доходит до вершины? Что, недостаточно серьезно относятся к восхождению на эту Гору? Считает, что ничего сложного, вот он склон, пологий, и такой до самой вершины – иди себе, да иди.

Да. Я, кстати, и сам не сразу понял, что здесь халява не проходит. Потому, что те четыре раза, когда я на Гору не попал, я на нее и не шел. Ехал туда покататься на лыжах, поучаствовать в соревнованиях «Летние снега Эльбруса», ну и «ежели вот оно там само сложится, то, может быть, и схожу…» Вот такая штука ни фига не проходит, а все складывается, если ты реально настраиваешься и идешь на Гору всерьез. И готовишься, физически и морально. Ведь когда ты приезжаешь в Приэльбрусье, в первые дни Гора тебя морально просто давит, прессует. Очень тяжелые ощущения. Уже на подъезде тяжело, внизу, а наверху совсем беда. Очень медленно соображаешь. Например, я три раза был на Восточной вершине, а там такой небольшой обелиск есть, с надписью. И вот я каждый раз, когда туда собираюсь, думаю: «надо прочитать, что там написано». А когда наверху оказываюсь – каждый раз забываю.

А иностранцы всерьез готовятся, или совершенно не готовы к такому монстру и думают, что здесь, как в Альпах – приехал, прогулялся на Монблан?

Они могут быть и хорошо подготовлены, но у них, как правило, очень жесткий график. Приезжают, скажем, на три дня. А ведь за три дня, если в этом году еще не был на приличной высоте, акклиматизацию не наберешь. А они хотят за эти три дня обязательно забраться на вершину, вне зависимости от акклиматизации, от погоды. Да, гиды все нормальные, ходят с GPS, даже в непогоду выведут, но все равно по-разному бывает. Лыжи, кстати, чем хороши: на Эльбрусе погода может измениться очень быстро. Имея лыжи, ты, если вовремя сориентировался, успеешь до того, как накроет, быстро спуститься вниз.
И мало того, что лыжи – дополнительная степень безопасности. Ты, когда идешь наверх, поднимаешься к началу спуска. А это психологически совершенно другое дело, чем только идти на Гору. Когда ты без лыж, то если не взошел на вершину – фиаско, цель не достигнута. А с лыжами каждый шаг, который ты смог сделать к вершине, это потом – твой спуск. Ты идешь наверх для того, чтобы съехать – и это уже акция, это классно, это удовольствие, которые ты, сколько бы ты не прошел, обязательно получишь. Ты ведь в любом случае получаешь потрясающий спуск. И чуть выше или чуть ниже – уже не так обидно.

А когда спускаешься на лыжах с вершины, что под ногами – лед, жесткий фирн, снег?

Спуски каждый раз разные. Состояние снега – от совершенно фантастической доски с состоянием жесткого идеально ровного спортивного склона, по которой просто спускаешься в кайф, до того, что было в этом году: когда метровые заструги, очень жестко, и спуск вместо получаса занимает час, и после этого спуска ты уже совершенно «никакой». Но все равно на лыжах легче, чем если ты пешком оттуда топаешь. Существенно быстрее. Час вниз на лыжах по «плохому» склон – это четыре часа пешком. На самом деле сейчас уже примерно 80% всех, кто идет на Эльбрус, идут с лыжами, сноублейдами или сноубордами за спиной. Например, Анатолий Савейко, известный фотограф и гид, ходит со сноублейдами. Причем делает так: идет с фотоаппаратом, снимает, потом спускается, печатает. Народ спускается вниз – а для него уже и фотография с вершины готова.

А кто гидами работает?

Много народа. Из общих знакомых — Игорь Комаров, Кирилл Анисимов, Лиза Паль, Саша Байдаев, Володя Белый, Витя Янченко, Оля Лукина, Султан Качкаров, Володя Копылов… Он с собой обычно саксофон носит, и наверху играет. Кстати, в этом году случай был: мы идем к Приюту-11, и вдруг слышим – саксофон. Такие легкие блюзовые мелодии… Сначала думали – глюк. Но потом как-то сообразили, кто это может быть. А вот у тех, кто Володю не знает, действительно может крыша съехать. За нами шел один знакомый, он всерьез испугался, что у него глюки начались.

В чем ты ходишь – какую одежду надеваешь?

Одежда – «стандартная трехслойка». Я надеваю термобелье, у меня отличное белье Marmot, брюки из мембранной ткани GoreTex на подкладке из сетки. Кстати – каждый раз, когда иду наверх, то пока не взойдет солнце, настолько холодно, что думаю: «обязательно в следующий раз надену еще одни штаны». А потом согреваешься, и опять забываешь. Второй слой – флисовый блузон, а сверху ветровка из GoreTex. Рукавицы, шапка. Капюшон обязательно, очки. Носки хорошие должны быть, теплые, а то ноги мерзнут очень сильно. Один раз сильно задуло, я лицо замотал банданой из флиса – отлично помогла. Но вообще скажу честно – мне везет с погодой. Ведь бывает, накрывает так, что оттуда народ и летом в пуховках с обморожениями спускается. Но я в такую погоду не хожу.

А в какой обуви ты идешь наверх?

В горнолыжных ботинках, застегнутых на все клипсы, чтобы не сбивать ноги. Поверх – кошки. Ботинки – те же, что и катаюсь зимой, Rossignol Race 2. Прекрасные ботинки. Пятый год катаюсь, и три раза на Эльбрус ходил. Идти, конечно, непросто, ведь голеностоп не гнется, и приходится идти на передних зубьях кошек. Но брать с собой в рюкзак ботинки для спуска, а наверх идти в треккинговых ботинках нельзя. Во-первых, это лишний вес. Во-вторых, пока ты будешь идти наверх, у тебя ботинки в рюкзаке так смерзнутся, что ты их наверху не сможешь обуть. В-третьих, там, наверху, любое движение вызывает очень сильную одышку – кислорода не хватает. А ведь горнолыжные ботинки и внизу обуть непросто. А наверху можешь наклониться и сознание потерять, зачем так рисковать?

Палки?

Палки любые, лучше всего телескопические, чтобы можно было укоротить их на подъеме в зависимости от крутизны склона. На Западную вершину от седловины идет склон крутизной градусов 40 – 45, так что палки нужно сильно укорачивать. Очень интересный вариант видел – палки, к рукояткам которых можно прикрепить специальные насадки, типа ледовых молотков. Если, не дай Бог, полетишь – по крайней мере, больше шансов зацепиться.

На каких лыжах ты спускаешься?

Универсальный фрирайд, Rossignol Bandit B2. Самый лучший выбор – я до этого три раза спускался на Rossignol Bandit XX. Оптимальные лыжи – для любого состояния снега, которое только может встретиться. В этом году было жестко, и еще один товарищ, Дима Расторгуев, спускался с вершины на Rossignol 9S Oversize – слаломная модель – и отлично съехал.

Ты говорил, что на спуске может встретиться очень жесткий склон, почти лед. Соответственно, лыжи должны быть хорошо заточены?

В бритву. Ты никогда не знаешь, что тебе наверху встретится, а падать есть куда. Какой бы снег не был, канты должны быть заточены до бритвенной остроты. В этом году спасатели вообще говорили: «…Какие лыжи, вы что? Там перила вешать надо…». Но нам повезло: погода улучшилась, и чуть-чуть подрастопило. Но все равно было очень жестко.

Крепления?

Я предпочитаю Rossignol с пяткой – «пушкой». Проверил неоднократно, доверяю им. Затягиваю сильнее, чем при обычном катании. Обычно я катаюсь, затянув их на «10» (я вешу 90 кг), а при восхождении – затягиваю на 11 – 12, потому что если лыжа отстегнется на 40-градусном склоне, то загремишь точно. А это неполезно. В последние году многие ходят на легких лыжах для ски-тура, со специальными креплениями, которые позволяют при подъеме вверх одеть кошки или камуса, поднять и освободить пятку – идешь вверх по прямой, лыжи на ногах – очень удобно. У спасателей МЧС Терскольских такие тоже видел.

Какие советы можешь дать тем, кто соберется идти на Эльбрус: готовьтесь, ребята, и?

Первая, и самая основная: уважайте Гору. Из этого уважения проистекает и все, что ты будешь делать: и как подготовишься, и что возьмешь с собой – продумаешь все, до мелочей. И даже то, сколько ты денег возьмешь с собой. Я всегда хожу с гидом, которому плачу деньги. В этом году двое шведов пошли без гида. Один уцелел, а второму сильно не повезло. Пошли не вовремя, возвращались в пять вечера… Гид бы такого никогда не допустил.

Получается, что если ты относишься к Горе с уважением, то и она соответствующим образом воспринимает тебя.

Да. Я когда в первый раз поднимался на вершину, то примерно в пять утра, когда солнце взошло, увидел весь этот ледник, и ощутил, что ты на самом деле ничего не значишь в этом мире. Ты – как букашка, которая ползет по слону, и хорошо, если тебя не заметят. И вообще — этой Горой нельзя обладать и ее нельзя покорить. Мне кажется, что термин «покорить Гору» придумали не альпинисты, а те, кто берет у них интервью. Есть ощущение того, что ты на самом деле, вместе со всеми своими понтами, значишь. Что бы ты здесь не делал, ничего не изменится и ничего с точки зрения вершины и вечности, не произойдет.

Многие из тех, кто был на Эльбрусе, жаловались на запах сероводорода. Ведь это вулкан, и выбросов газов там хватает. Тебя газом всерьез не накрывало?

Нет. Несколько раз чувствовал. Причем один раз был курьезный случай: впереди шел народ, и начало попахивать сероводородом. Я думаю: ну, у кого-то проблемы с желудком. Но пахнет и пахнет – ну не может же такой запас у человека быть, чтобы полчаса пахло. Тут и дошло до меня, что это как раз газовые выбросы. В принципе, бывает, что накрывает народ очень сильно. Мы с Володей Белым ходили – доктором из Терскола, он дал каждому по флакончику нашатырного спирта, чтобы мы нюхали его, поскольку нашатырь не только при потере сознания помогает, но и нейтрализует действие сероводорода на организм. Но нам, к счастью, это не пригодилось.

Тошнит?

Зависит от организма, но очень многих – да.

А ты с гидом ходишь, или уже сам?

Я ходил и с гидом, и без. Но все пять раз, когда я взошел на гору, я был с гидом. Теперь обязательно с гидом хожу, в этом году ходил с Володей Белым – доктором из Терскола. А если идет большая группа и неравная по силам, то иногда берут и двух и трех гидов, которые в случае чего помогают спуститься вниз тем, кто дальше идти не в состоянии

То есть совет – пользуйтесь услугами гида. А еще что посоветуешь?

Воду берите. Литра 4 – 5. У меня питьевая система CamelBack объемом 2 литра – очень удобно: идешь и через трубочку посасываешь. Это тема! Правда, иногда в трубочке вода замерзает… Там ночью градусов 10 мороза. Этой воды хватает до седловины. Дополнительно я беру еще термос объемом литра полтора, и на седловине заправляю эту систему из термоса. Говорят как: высота 2000 м – пьешь 2 литра в день, 3000 м – 3 литра, и так далее. Лучше всего, конечно, что-нибудь энергетическое, с глюкозой, типа Isostar, Gatorade… Но основная мысль – чтобы жидкость была кислой и сладкой. Из еды – шоколад, обычную шоколадку. Причем положить ее нужно внутрь одежды, в карман. В первый раз положил в рюкзак – так она так замерзла, что на седловине разгрызть ее не смог, совершенно каменная была. Фонарик нужен, лучше налобный: с ним ночью удобно идти.

Очки лучше горнолыжные?

Нет, хорошие альпинистские, темные, с боковыми крылышками. Никакой дешевки! От мороза пластик может лопнуть, а при таком солнце без очков легко можно остаться без глаз, а значит — восхождение кончилось. Так что еще и запасные очки нужны – я всегда с собой ношу, с тех пор, как однажды у меня дужка лопнула наверху. Тогда повезло, я кое-как под шапку заправил остатки дужки, так и спускался.

А шоколадка обычная или лучше с орехами, изюмом?

В первый раз у меня гидом был Игорь Комаров. Я ему задал этот же вопрос. Он ответил так: «…арахис в носу застревает, когда блюешь, так что бери лучше обычную…»

Откуда выходить – из Приюта 11?

Есть несколько вариантов. Основной вариант, с гарантией, это ночуешь на «бочках», оттуда на ратраке едешь до скал Пастухова, дальше пешком. Хорошего хода остается часов 6, и час спуска. Вероятность того, что ты взойдешь на вершину, очень высока. Второй вариант – ночуешь в Приюте, и оттуда начинаешь подъем. Тогда идти часа на два с половиной — три больше, да и поспать на Приюте толком не получится. И третий вариант, совершенно нереальный – идешь от «бочек» пешком. Я один раз пытался, дошел только до седловины.

Ты говорил про деньги. Какова цена восхождения на Эльбрус в денежном исчислении?

Ночной выезд ратрака от «бочек» до скал Пастухова – 300 Евро. Ратрак берет не больше 10 человек, одну группу за ночь. Ночевки в «бочках» — в этом году было 300 рублей в день. Зато с комфортом, тепло, есть газ. Услуги гида — 300 долларов на группу. Нас шло трое, значит по 100 долларов. Продукты хорошие с собой, чтобы как следует есть перед восхождением – много и качественно. Энергетика организма ведь ниоткуда не берется.

Самый трудный момент восхождения?

Заставить себя выйти из теплой бочки на мороз, в ночь. Не помогает даже то, что ты слышишь, как рычит ратрак. То, как он рычит – это, наверное, как для бойца, лежащего в окопе, артподготовка. То есть ты слышишь, что это твои орудия там гремят, но уверенности это нисколько не добавляет.

Самый большой кайф – наверху, во время спуска, или когда съехал?

Когда спустился вниз, в поселок. Лето, полная расслабуха. И гора на тебя уже не давит.

Кстати, какое состояние во время спуска – спокойное или очень собранное?

Зависит от склона. От полного кайфа, когда полностью отдаешься ощущению спуска, скольжения, до полной собранности, как в этом году, когда я шел по крутому и очень жесткому склону первым, и все время слушал, не раздастся ли позади крик и не покатится ли кто-то мимо меня…

А при спуске есть дополнительные трудности, связанные с дыханием, по сравнению с катанием на высоте 3000 – 3500 метров?

Когда начинаешь спуск, сначала проезжаешь метров 100. Потом отдышался, проехал еще метров 200. Потом удается проехать 300. А от скал Пастухова практически идешь без остановки. С потерей высоты очень быстро восстанавливаются силы.

А какие-нибудь курьезные случаи бывали во время восхождений?

Самый забавный случай был во время восхождения с Северной стороны. Там пока мы шли, не встречали ни одного человека. Захожу на вершину и вижу взвод ребят в голубых беретах, а перед ними воткнут флаг ВВС России. А потом подходит Миша Калинкин. Представляешь – выходишь, наконец, на вершину, поднимаешь глаза – а там эти ребята стоят и честь флагу отдают… Вот тут-то я и подумал, что у меня крыша съехала от высоты. Оказалось – нет, это просто они там очередную Эльбрусиаду Вооруженных Сил проводили. Кстати – в тот же раз натыкаемся там на двух дедов, ветеранов альпинизма. Живут в палатке, на скалах Ленца, и ходят на вершины, причем сегодня – на одну, завтра – на вторую, а иногда и на обе по очереди за один день… причем ходят в валенках, на которых сверху кошки прикручены. А в этот раз, когда мы на вершине были, подходит еще одна группа, у них гидом был Володя Копылов. И просит меня еще раз забраться на самую вершинку – там небольшая пирамида, метров 15 высотой, и спуститься оттуда на лыжах. При этом говорит: «ты попрыгай, а я тебя сфотографирую». Один раз я попрыгал, а он и говорит: «давай еще раз, ты ведь не устал, правда?» И так дублей шесть, пока у меня уже круги перед глазами не пошли…

Какой подъем и спуск больше других запомнился – самый интересный, самый красивый?

Конечно, Восточная вершина с Севера. Это было первопрохождение со спуском на лыжах. Это ведь был первый официально зарегистрированный Кавказским Географическим Обществом случай восхождения на Эльбрус с Севера со спуском на лыжах.

Там, наверху, красиво?

Когда первые разы ходил – ничего не замечал. А сейчас вижу – да, потрясающая красота, особенно, когда восходит солнце.

Самое плохое восхождение? Наверное, из тех, что не удалось зайти на вершину?

Знаешь, когда идешь наверх для того, чтобы оттуда съехать, то плохих не бывает. Любое восхождение со спуском на лыжах – это праздник, который остается навсегда с тобой.

Разговаривал с Александром летом 2004 года Георгий Дубенецкий, которого Александр лет 20 назад в Шуколово учил кататься на горных лыжах