Архив по тематике | "паудер"

В поисках сибирской пудры

Теги: , , , , , , , , , , , , , , , , , ,


Впечатления чужеземного райдера, полученные при катании с гидами из «ВерМира»

Автор — Флори Керн родился 25 декабря 1969 года. “В тот день, наверное, выпало такое количество снега, какое только могло дать небо”.  Встал на лыжи одновременно  с тем, как научился ходить и с тех пор постоянно ждал первых снежинок — начала зимы.

Флориан Керн

Флориан Керн

“Успех приходит, когда начинает получаться то, что тебе по душе” — именно под  этим девизом Флори  делает свое дело. Уже в самом раннем возрасте он участвует в первых соревнованиях в слаломе. В 17 он попадает в Новую Зеландию, где обнаруживается его новая страсть — могул. Однако надолго он здесь не задержался: через два года, выиграв Кубок Германии по фристайлу, Флори начинает тяжелые тренировки для участия в борьбе за Кубок мира, затем — гонка по всему миру в составе национальной команды Германии.

Соревнования и жизнь спортсмена помогли ему определить свой собственный путь, где он смог бы объединить свободу катания и любовь к горным лыжам. Следующие восемь сезонов он проводит в долине Шамони. Здесь Флориан Керн смог осуществить то, что он умеет лучше всего — катание на горных лыжах “по самому краешку”. В течение нескольких лет он обкатывает множество северных склонов, которые в альпинистских кругах означали бы серьезный вызов судьбе. Однако Флори делает это не только — точнее, не столько — чтобы ощущать собственную крутость, прежде всего его интересует Дух и Стиль, то, ради чего он на огромной скорости оставляет следы лыж на нетронутых склонах.

Время от времени Флори снова переносит свой “базовый лагерь” в Шварцвальд, где он живет вместе со своими детьми — Колин и Тиа —  и женой Дагмар. Но вскоре горы всего мира  зовут его к новым приключениям: в результате он оказывается на самом южном шеститысячнике Земли, горе Мармолехо в Чилийских Андах или на  неосвоенных вершинах Кавказа. Само собой, все эти проекты сопровождаются видео- и фотосъемками. Статус руководителя государственной Горной школы позволяет Флориану осуществлять свои проекты в самом широком географическом диапазоне: от топ-регионов Альп до самых отдаленных горных районов России.

“Снова и снова я в поиске новых районов на планете, пригодных для хели-ски. Как когда-то солнцепоклонники шли за светилом, так  и я ищу места с наибольшим количеством осадков. Места с настоящей бездонной пудрой.
Если внимательно изучить климатическую карту мира, то одной из областей, где возможны очень хорошие снегопады, будет хребет Хамар Дабан, который находится немного южнее самого большого резервуара с пресной водой на Земле — озера Байкал в Центральной Сибири”.
Хамар Дабан — в переводе с бурятского — хребет-нос, цепь горных массивов шириной от 40 до 90 км, длиной 500 км. Вершины лишены растительности, имеют округлые формы без резко выраженного гребня и достигают высоты 2000-2300 м над уровнем моря. Максимальная высота хребта 2371 м (гора Хан-Ула).  Горы круто обрываются к Байкалу и являются естественной преградой для влажных воздушных потоков, переносимых через Байкал. Климат северной части хребта более умеренный и влажный: в год здесь выпадает до 1300 мм осадков, в высокогорье объем осадков существенно больше — 2000 мм и более. Высота снежного покрова на склонах может вдвое превышать обычную норму в 80-120 см. Средняя температура января  составляет -16 -18 градусов.
Горнолыжный центр города Байкальска в настоящее время располагает 3 склонами для туристического и спортивного катания длиной 2000 м и перепадом 500 м, 1 склоном длиной 1000 м и перепадом 300 м, слаломным склоном длиной 500 и и перепадом 180 м. Склоны оборудованы 5-ю буксировочными канатными дорогами и обслуживаются ратраками фирмы “Кесборер”.

“Очень трудно было получить хоть какую-то информацию о горах, которые практически неизвестны в Европе. В сообщениях по интернету рассказывалось лишь об очень снежных и холодных зимах.
В сентябре 2003 года я, вместе с моим русским другом Виталием (Ильиных) предприняли путешествие в Иркутск, что в 150 километрах от гор Хамар Дабан. Уже в Иркутске становится ясно, что о туризме здесь имеют весьма смутное представление: взять напрокат автомобиль в единственной на весь район фирме, располагающей всего двумя автомашинами, оказалось очень трудным делом. Несмотря на это вскоре мы выезжаем в ту сторону, где в обрамлении осеннего золота лесов возвышаются горы, чьи вершины — уже в это время года —  покрыты  толстым слоем снега!
Мы едем в направлении Байкальска, где в марте следующего, 2004 года, должна быть организована база для полетов на Хамар Дабан. На следующий день к нам присоединяется Юрий —  охотник и наш гид в этих горах.  В местности, абсолютно лишенной хоть каких-то дорог, он показывает нам склоны, нависающие над горными речками. Окрестности выглядят очень соблазнительно: широкие открытые склоны, с  идеальным уклоном. Виталий и я укрепляемся в намерении организовать здесь хели-ски одиссею.

Возвратившись в Иркутск, мы пытаемся установить контакт с авиа-фирмами. Иркутск-Авиа — предприятие, располагающее в своем арсенале 4-мя машинами, которые пригодны для нормальной перевозки пассажиров и грузов. Шеф авиапредприятия, Александр Романов, сначала никак не может понять, что мы от него хотим. “Катание на горных лыжах” для него абсолютно чуждое понятие, а уж об использовании вертолета в качестве лыжного подъемника он вообще никогда не слышал. Только показав ему фотографии с Камчатки и Кавказа, мы склоняем его к сотрудничеству и Виталий заключает с Александром договор: вертолет должен ждать нас в аэропорту Иркутска 17 марта 2004 года и в течение 9-ти дней быть в нашем полном распоряжении. Договор скрепляется стаканом водки. “До свидания”, “ауф видерзеен”… до марта.
На обратном пути в Москву мы с Виталием много говорим о проекте. Все ли получится? Будет ли достаточно снега? Какого он будет качества? Действительно ли вертолет будет нас ждать в Иркутске? И еще много открытых вопросов вертелось в голове во время подготовки к путешествию.

Аэропорт Франкфурта-на-Майне, место сбора нашей группы из 6 человек, все в тревожном и радостном ожидании. В 23-20 самолет “Аэрофлота”, гудя турбинами, взлетает в направлении Москвы, где мы должны будем встретиться с Виталием. 9 часов свободного времени в Москве посвящены осмотру достопримечательностей: Красная площадь, Кремль и самый большой в Европе черный рынок электроники.
Во второй половине дня, уже в одном из московских аэропортов, мы встречаем еще пятерых участников нашей экспедиции и некоторое время спустя летим дальше на восток. Через пять часов приземляемся в Иркутске, где температура воздуха около -35 градусов: начинаем понимать, что мы в самом деле прилетели в Сибирь.
В зале прилета нас встречает Александр Романов — шеф авиа-предприятия. Вертолет уже ждет нас в полной готовности, и мы грузим в него наши вещи и чехлы с лыжами. Наш пилот Вадим поздравляет нас с прибытием и с гордостью называет тип вертолета — Казань Ми-8, после чего надевает наушники и запускает турбины. С громким рокотом, сделав круг над полем аэродрома, вертолет держит курс на юго-восток, в направлении озера Байкал.

Замерзшее озеро выглядит как средних размеров море, а вдалеке, под серо-стальным небом, мы видим заснеженные хребты Хамар-Дабана. Наши носы тут же прилипают к иллюминаторам, и мы пытаемся разглядеть возможные варианты спусков. Приземляемся в городке Байкальск, на покрытом глубоким снегом футбольном поле. Ребятишки из близлежащих домов высыпают на улицу и разглядывают огромную машину, стоящую на их футбольном поле: вертолеты не каждый день приземляются в Байкальске.
На такси мы едем к Тамаре, которая сдает в своем доме несколько комнат.  В доме все вымыто до блеска, а из кухни аппетитно доносится запах плова: рис с овощами и мясом. После обеда, несмотря на долгий путь и усталость, нас разбирает любопытство и мы вновь поднимаемся  в воздух, чтобы осмотреть окрестности. Вместе с пилотами Виталий и я тщательно выбираем первое место для посадки. Сверху снег выглядит просто великолепно, но кто оставит первый след в этой сибирской целине?

Наконец, после основательного изучения снега, мы даем нашей группе зеленый свет. Усталость сразу же забыта и уже после первого спуска становится понятно, что мы нашли Мекку сибирской снежной целины. После четырех великолепных спусков, уставшие как собаки, но абсолютно счастливые, мы снова приземляемся на футбольном поле Байкальска. Некоторые члены нашей группы даже не могут поужинать у Тамары и быстро проваливаются в глубокий сон.

Следующий день начинается очень многообещающе: безоблачно, температура -15 градусов. Договариваемся встретиться с нашими пилотами в 10 часов на футбольном поле. Они также рады сегодняшнему дню и хорошей летной погоде, которые дают возможность изучить новые горные районы.
Виталий и я хотим показать участникам нашей экспедиции северную часть хребта, те долины и вершины, где мы успели побывать в сентябре прошлого года, пройдя здесь пешком. Вдоль реки Снежная мы летим к горной цепи Мамая. Здесь нас ожидают такие условия для катания, которые еще нужно поискать  в других районах мира, пригодных для хели-ски: около 1200 метров по вертикали, через светлые таежные леса, по потрясающему пухляку. На одном дыхании мы прочесываем бесконечные склоны Большого Мамая, сознавая, что до нас здесь никто не катался на горных лыжах. Счастливые улыбки застывают на лицах участников группы, но после общего набора высоты в 14000 метров, этот день тоже подходит к концу. Во время приземления на футбольном поле, нас снова встречает отряд ребятишек. Едва ли они могут представить, что мы пережили там, в горах над их деревней. Для них мы выглядим почти как астронавты — в ярких комбинезонах и блестящих шлемах…
У Тамары нас ждет горячее жаркое с картофелем и зимним салатом из овощей, из больших стеклянных банок. Вечером мы идем в местую пивную, знакомиться с местными жителями. Но все про нас уже знают: это те, которые летают на вертолете кататься на лыжах и носят яркие комбинезоны и блестящие шлемы. По русской традиции, дружба между народами скрепляется парой кружек пива и водкой.

На следующее утро небо затянуто облаками и идет небольшой снег. В 9 утра мы завтракаем, а Тамара угощает нас удивительным вареньем из собранных в тайге ягод.
В этот день мы хотим покататься в Байкальске, в местном горнолыжном центре. 4 подъемника поднимают нас на 850 м вверх, откуда уходят вниз бугристые трассы. На ланч нам готовят на открытом огне по порции шашлыка. К 14-00 небо проясняется и мы решаем, что еще осталось время для хели-ски. Облетаем вершины вокруг Байкальска — не очень высоко, но снег и здесь великолепный. После трех спусков солнце начинает медленно клониться к закату, а для нас заканчивается еще один день, наполненный яркими впечатлениями.

Следующие пять дней также дарят нам максимум удовольствия от катания по сибирской целине.
За все восемь дней, проведенных в Байкальске и полностью посвященных катанию, все участники нашей группы сделали по 42 спуска — по никем до нас не пройденным  склонам и в сумме набрали 50000 метров высоты. На девятый день наш вертолет взял курс на Иркутск, а оттуда самолет перенес нас сначала в Москву, а потом домой, в Германию. Первая хели-ски одиссея на Хамар Дабане оказалась успешной на все 100%. Наши ожидания оправдались многократно и с очень большой долей вероятности следующей зимой 2005 года мы вернемся сюда снова”.

Немного о том, на что должен рассчитывать житель Европы при планировании сибирского хели-ски:

— перелет Европа-Москва-Иркутск и обратно;
— все трансферы, включая переезды в Москве;
— 12 часов вертолетного времени или ок. 36000 м высоты;
— расходы по обслуживанию вертолета;
— три гида на группу из 12 человек;
— проживание с полупансионом в доме у Тамары (отель “Озеро”);
— ночевка в Иркутске на обратном пути;
— налоги и сборы,
всего 3800 евро.

По материалам www.ski2b.com

Перевел Павел Черепанов

Андерматт — внетрассовое Эльдорадо

Теги: , , , , , , , , , , , ,


Андерматт

Андерматт

Любители снежной целины и фанатики внетрассового катания смыслом своей жизни уже долгое время считают поиски мест, свободных от людской толчеи и модной окологорнолыжной тусовки. В своих поисках счастья они руководствуются представлениями о внетрассовых возможностях таких знаменитых мест, как Шамони, Вербье и Сант Антон. Однако наряду с этим подобная публика считает, что снежный рай не должен быть столь популярен, а природные условия должны быть таковы, чтобы предоставить (в результате начавшегося в обед и продолжающегося всю ночь снегопада) достаточное количество наисвежайшей качественной пудры. Тщательные поиски, в течение долгих лет предпринимаемые охотниками за целиной, на какое-то время принесли результат в виде новых мест катания.

Заслуженные паудер-фаны, искавшие прежде дозу адреналина в Шамони, рванули в сторону Ля Грав, где толпой прошлись по местным склонам. Бывшие завсегдатаи Валь д’Изера стали регулярно делать налеты на район Сент Фой. Нереальные 2300 м перепада, которые дарит Аланья в Италии, превратили это место в культовую область любителей внетрассового катания.

В 90-е, на пике популярности сноуборда, возвращение лыж в виде моделей для карвинга, целинных моделей и лыж для ски-тура, также как и возросшая популярность собственно внетрассовых спусков, привели к тому, что снова встал вопрос о поиске новых мест, пригодных для катания. Таких мест, где энтузиасты зимних видов спорта могли бы осуществить свою мечту — кататься в стороне от подготовленных трасс. Несмотря на такой всплеск популярности фрирайда во всем мире, в сердце альпийских гор долгое время оставалась незаметной маленькая жемчужина, быстро превратившаяся в настоящее Эльдорадо фрирайда… Но так было не всегда.

Началось все 130 лет назад, в то время, когда швейцарцы еще не совсем представляли, что делать в этим «белым золотом гор». Местные жители маленкой горной деревушки Андерматт, лежащей на северном склоне перевала Сент Готтард, решили открыть свой край для европейского туризма. Великолепные отели, такие, например, как отель «Белльвю» (1872), «Гранд отель Даниот» (1880) и отель «Готтард» (1890), появившиеся у подножия горы Гемсшток, превратили бывшую деревню в один из самых модных курортов Европы конца XIX века.

В 1904 году в общине Андерматт появились четверо норвежцев, вместе с которыми на курорте появилась и такая новинка, как техника катания на лыжах в стиле телемарк. Андерматт стал быстро развиваться как мировой центр лыжного спорта. Задолго до того времени, как производство подъемников стало массовым во всем мире, здесь уже вовсю строили устройства для подъема лыжников на гору — в 1937 году второй в Швейцарии подъемник был построен именно в Андерматте.
Как и для многих других курортовВторая Мировая война стала для Андерматта тяжелым испытанием. На какое-то время туризм вообще исчез из Европы, и прошло много времени до того момента, когда швейцарцы стали восстанавливать свои люкс-отели. Пол-столетия понадобилось для того, чтобы местные общины, при полном отсутствии туристов, нашли средства на реставрационные работы. В течение второй половины XX столетия в разных альпийских регионах появились многочисленные горнолыжные станции, а великий и гордый Андерматт тихо дремал в полной безвестности.

Сегодня курорт вновь обретает былую популярность, прежде всего предлагая отличные возможности для катания лыжникам всех уровней подготовки на обширнейшей территории площадью 300 кв. км, которая включает несколько районов на склонах трех горных массивов, связанных между собой 12-ю подъемниками и 56 км подготовленных трасс. Однако протяженность внетрассовых спусков на столь огромной площади в 10 раз превышает длину склонов, обработанных ратраком. (Тут нужно сделать одно замечание — чтобы попасть наверх, предстоит отстоять в очереди час или два.) Так сноуборд- и фрирайд-революции в начале нового столетия ворвались в длинную историю Андерматта как центра зимних видов спорта, на этот раз во многом благодаря новому поколению фрирайдеров.

Дорога в направлении Андерматта — извилистый серпантин, вьющийся между горных громадин и глубоких пропастей. Рядом с автомобильной, в тени гранитных стен, проходит и железная дорога. Многочисленные туннели и козырьки на протяжении 6 км до высокогорного плато, защищают автомашины и поезда от схода снежных лавин. На этом плато раскинулся один из районов катания, относящийся к Андерматту — Хоспенталь.

300 лет назад здесь был прорублен первый туннель в гранитных скалах. Страшноватая дыра в горе, известная под названием Урнерлох, в ширину была не более 2 м. В 1707 году великий Гете описал в своих заметках путешествие через этот туннель и открывшуюся затем панораму высокогорного плато: «Из всех мест, которые я знаю, это — самое интересное и любимейшее».

Через 100 лет, в 1804 году, немецкий поэт и драматург Фридрих Шиллер, чья драма о швейцарском герое Вильгельме Телле обессмертила его имя, так описал Урнерлох: «Думаешь, что находишься в королевстве теней, но вот открывается черная, ужасная дверь, и взгляду предстает удивительный мир, где можно видеть праздник Весны и Осени. Хотел бы я убежать в эту счастливую долину от всех трудностей и страданий жизни».

От действительности можно убежать и сейчас, сюда, в царство настоящей зимы, в долину, над которой нависает вершина Гемсшток (2963 м). Эта гора оборудована двумя бугельными подъемниками для начинающих, двумя очередями гондольной канатки, которая поднимает на самый верх и одним кресельным подъемником. Небольшое количество канаток с лихвой компенсируется богатейшими возможностями разнообразнейшего внетрассового катания, для которого — в другом месте — понадобилось бы штук 25 подъемников или больше. Поэтому путешествовать здесь в одиночку очень не рекомендуется, нужен инструктор. Да вот хотя бы Карлос Даниот, который в свои 33, уже шесть лет является самым молодым начальником над всеми трассами Андерматта. Быстро, и — главное — вовремя, он получает всю актуальную информацию о состоянии лавинной опасности над трассами, к тому же он «на ты» с каждой скалой, каждым деревом и каждой трещиной во всем районе. Когда Карлос бывает свободен от основной работы, он с удовольствием покажет свои любимые маршруты. С Гемсштока в изобилии ведут крутые и опасные спуски, здесь быстрее, чем хотелось бы, можно «на деле» понять изречение «Вы упали — следовательно, вы умерли». Склон, который в данный момент может находиться перед вами, вдруг оказывается неимоверно крутым, изобилующим скальными выступами и камнями, поэтому если нет особого желания превратиться в фарш для гамбургера, лучше проявить осторожность. Инструктор подождет. Зато потом вы попадаете на девственно чистые снежные поля, абсолютно не тронутые после последнего снегопада!!! И тут уж ничего не остается, как вспомнить Шиллера, когда он открыл дверь из мрачного и страшного Урнерлоха и увидел прекрасную долину.

Трасса Кулуар Шарли — не прогулочная дорожка в парке. Это длинный, задутый ветром до состояния бетона обледенелый склон с уклоном в 45 градусов. Одного взгляда в эту пропасть достаточно, чтобы сердце любого горнолыжника очутилось в штанах, а его пульс ускорился до частоты вращения маминого миксера. Единственная мысль, которая сейчас в голове — на кой ляд я вообще сюда забрался?!

Однако Карлоса и компанию эта мысль, похоже, вовсе не напрягает, а вот и вы уже стоите рядом, в нескольких сотнях метров ниже, восстанавливая контроль над дыханием и разглядывая ТО, откуда вам повезло выбраться. Правая сторона кулуара — мягкий глубокий снег, левая — фирн, а середина — ломкая снежная корка. И все это снежное многообразие — на ширине менее 20 метров. Через 500 метров спуска с вершины, как раз посередине, торчит одинокая скала, после которой начинается огромный широченный склон с настоящей пудрой! И только здесь вы сможете увидеть следы других поклонников целины, добравшихся сюда другими путями. Но склон настолько неправдоподобно широк, что каждому хватит места, чтобы нарезать дуг по этой целине, а в зависимости от погоды сделать это можно и с северной, и с южной стороны, чтобы потом без проблем выбраться в долину.
Позже, отдышавшись, в кабине подъемника, разглядывая огромные снежные просторы и прикидывая очередной маршрут, нет-нет да и проскользнет мысль: «Неужто кому-то еще удалось сделать ЭТО?»

Район Готтард-Оберальп — обширный район в сердце Альп, включающий 166 км трасс всех категорий сложности и 34 подъемника.

Спуск с ледника Гемсшток назван в честь олимпийского чемпиона Саппоро Бернара Русси: «Это моя самая любимая трасса и один из красивейших спусков в Альпах. Для каждого горнолыжника это просто фантастика» — говорит Русси о 4-километровом спуске. Зимой 98-99 года здесь впервые состоялась гонка Бернар-Русси-даунхилл: длина трассы 3500 м, перепад 850 м, всего четверо контрольных ворот, средняя скорость100 км/ч. Из 18 участников первым был сын Бернара Иан Русси.

Павел Черепанов
По материалам журнала SKI Magazine